Alexander Grigoryev – Наследник (страница 5)

Джон выпрямился под взглядом отца.

– Ты нашел след. Теперь найди охотника, который умеет по таким следам идти. Не учёного. Не солдата. Кого-то, кто живёт в тех мирах, где правила пишутся не нами. Кто-то, кто не побоится сунуться в эту… дыру. Найди проводника. И найди способ поймать этот «Феникс». Не уничтожить. Поймать. Живым, целым и невредимым. Технология должна стать нашей.

Решение было вынесено. Оно не было победоносным. Оно было прагматичным и жестоким. Бранд признал своё бессилие в лобовой конфронтации и сделал ставку на ассимиляцию угрозы. Он послал каждого сына на его собственную, изолированную тропу, превратив их соперничество в разделение обязанностей. Но в его глазах, когда он смотрел на координаты астероида-могильника, горел не страх, а холодная, хищная алчность. Кто-то сделал прыжок. И он, Бранд, намерен был прыгнуть вслед за ним – и перегнать.

– У вас есть две недели на первые результаты, – заключил Император. – Не подведите Империю. И не подведите меня.

Он махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена. Три наследника поклонились и молча разошлись в разные стороны зала, каждый с своей задачей, каждый – со своим пониманием того, какой ценой она может быть выполнена. Война с призраком вступила в новую фазу. Фазу охоты.

Часть 8: Три корабля, три цели

Спустя шесть часов после аудиенции у отца три корабля, столь же непохожих, как и их командиры, покинули орбиту столицы. Их маршруты расходились под разными углами, унося сыновей Бранда в те области космоса, где каждый из них намеревался найти свой ответ.

«Вепрь», флагманский крейсер типа «Паладин».

Мощный, угловатый, закованный в броню из полированного дюралия, он походил на плавучую крепость. Его силуэт резал пространство с непоколебимой уверенностью, словно бросая вызов самой пустоте. На мостике, в кресле командующего, Артур ощущал знакомую, успокаивающую вибрацию мощных двигателей. Приказ отца был унизителен: стоять и ждать. Но Артур не был создан для ожидания.

– Капитан Варгас, – его голос прозвучал чётко, нарушая тишину мостика, где все старались не шуметь под стать настроению командующего. – Курс на границу сектора «Дельта». На границу, не пересекая. Вывести эскадру «Альфа» на патрулирование на пределе видимости от нейтральных трактов.

Варгас кивнул, скрывая недоумение.– Цель, адмирал? Мы не можем атаковать без…– Цель – показать зубы, – прервал его Артур. – Я не могу жечь их базы? Хорошо. Но я могу встать у них под боком. Пусть видят наши орудия, пусть читают наши активные сканеры на своих экранах. Пусть знают, что мы здесь, и мы злимся. И пусть эта мысль заставит кого-то нервничать, ошибиться, выдать себя. Мы будем давить тишиной. Военной, железной тишиной. И если этот «Феникс» хоть раз выглянет, чтобы что-то умыкнуть, он увидит нас первым. А затем… – Артур посмотрел на залитую звездами черноту за окном. – Затем мы схватим его, и отец поймет, что в конечном счете только сила решает. Всегда.

«Тень», разведывательный корвет типа «Призрак».

Этот корабль был полной противоположностью «Вепрю». Низкий, обтекаемый, покрытый абсорбирующим покрытием, он был почти невидим для радаров. Внутри царила полутьма, освещаемая лишь мягким свечением тактических голограмм. Гектор сидел не в кресле, а в коконе из потоков данных в своем личном аналитическом центре.

На экранах вокруг него мелькали лица, биографии, паттерны поведения. Не политиков или военных. Учёные-теоретики, инженеры-экспериментаторы, даже маргинальные философы, писавшие трактаты о многомерности. «Тихий контингент» уже начал присылать первые отчёты. Ничего конкретного. Пока лишь фон.

– ИИ, – тихо произнёс Гектор. – Запусти модель «Паутина». Цель: выявить аномалии в коммуникационных паттернах научного сообщества Внешнего Кольца за последние пять лет. Ищи не всплески, а провалы. Не кто внезапно заговорил, а кто внезапно замолчал. Или чьи исследования внезапно перестали нуждаться в финансировании, но не прекратились.

Отец был прав. Искать гения – это как искать иголку в стоге сена. Искать техника, уборщика, снабженца – это искать нить. У любой тайны есть обслуга. У любой технологии – инфраструктура. «Тень» несла его не к полю боя, а к задворкам цивилизации, в те закоулки, где продаются неоформленные знания и краденые чертежи. Он не станет ловить «Феникс». Он найдёт того, кто его чистит, заправляет, ремонтирует. И тогда «Феникс» найдёт сам себя. Гектор позволит Джону и его пилотам бегать за сияющим призраком. Сам же он намеревался подрезать ему крылья, перекупив или устранив того, кто их мастерил.

«Искатель», модифицированный исследовательский челнок.

Маленький, верткий, с обшивкой, покрытой царапинами от недавнего приключения, «Искатель» пробирался не по военным или шпионским тропам. Он двигался по маршруту, составленному из сплетен, данных чёрного рынка и полумифических координат, которые Джон выудил из глубин запрещённых сетей подпольных астронавигаторов.

В кабине царил творческий хаос. Джон не сидел за штурвалом – автопилот вёл корабль. Сам учёный был погружён в голограммы, построенные на основе данных «Омега-Видения». Он пытался экстраполировать траекторию ускользнувшей вспышки. Куда? Не просто в другую точку пространства. След говорил о переходе в иное состояние. Значит, и искать нужно было не в обычном космосе.

– Регина, – сказал он, протирая глаза. – Построй вероятностную карту на основе последнего зафиксированного вектора искажений. Отсеки все известные звёздные системы, колонии, станции. Ищи… места силы. Естественные гравитационные аномалии, разрывы пространства, зоны с высоким фоном тёмной материи.

– Это создаст тысячи потенциальных целей с низкой вероятностью, – напомнил ИИ.– Я знаю. Я ищу не адрес. Я ищутип места. Где мог бы спрятаться тот, кто играет с самой тканью мироздания? – Он замолчал, глядя на карту. Сила Артура и тайна Гектора были направлены вовне, на поиск врага в знакомом мире. Его же цель была иной. Он искал проводника в мир незнакомый. Кого-то, кто не боялся призраков, потому что жил среди них. Кого-то вроде капитана Вольфа Грея – имя, которое всплывало в контрабандистских сводках как человека, который мог найти что угодно и кого угодно… за соответствующую цену.

«Искатель» взял курс на туманность «Волчья Пасть» – космическую трущобу, где правила Империи были пустым звуком. Джон не искал врага. Он искал того, кто знает, где враг прячет свои правила. Это была самая опасная и самая неопределённая цель из всех трёх. Но единственная, которая могла привести не к столкновению, а к пониманию.

Три корабля. Три брата. Три цели: Сила, давящая на грани войны. Тайна, роющаяся в чужих секретах. И Разум, ищущий проводника в безумие. Гонка началась. И от её исхода зависело не только, кто станет наследником, но и сможет ли Империя вообще пережить встречу с технологией, которая, казалось, пришла из будущего.

Часть 9: Авария в туманности «Волчья Пасть»

Туманность «Волчья Пасть» не просто поглощала свет. Она, казалось, пожирала саму уверенность. Датчики «Искателя», настроенные на предельную чувствительность, захлебывались в хаосе электромагнитных бурь, гравитационных микровихрей и потоков ионизированного газа, окрашенного в ядовитые оттенки лилового и изумрудного. Картография здесь была понятием условным. Навигатор прокладывал путь не по звёздам, а по всплескам относительно стабильного излучения, между смертоносными протуберанцами плазмы.

Джон пилотировал вручную, его пальцы летали по панелям, внося коррекции каждые несколько секунд. Пот стекал у него по вискам. Он шёл по «тихому» маршруту, добытому за полцены у одного из контрабандистов на окраине Пояса. Маршруту, ведущему к координатам, где, по слухам, можно было найти «того, кто знает дороги сквозь сам Хаос».

– Регина, уровень излучения в секторе «Гамма»? – спросил он, уклоняясь от внезапно вспыхнувшей перед ним дуги энергии.

– На 300% выше предельно допустимого для корпуса «Искателя». Щиты на грани перегрузки. Рекомендую отход.

– Некуда отходить. Продолжай сканирование на предмет искусственных сигналов. Любых.

Искусственных сигналов не было. Была только слепая, безумная ярость природы. Туманность жила своей жизнью, и вторжение крошечного корабля её, судя по всему, раздражало.

Именно в этот момент, когда Джон пытался обойти особенно плотное скопление космической пыли, «это» и случилось.

Не взрыв. Не удар. А тихое, почти вежливоеотключение.

Сначала погасли основные двигатели. Не аварийно, не с грохотом, а будто кто-то вынул вилку из розетки. Затем свет в кабине сменился на тусклое аварийное красное. Голограммы погасли. Звук работающих систем жизнеобеспечения затих, сменившись на зловещий вой сирены.

– Регина! Отчёт! – крикнул Джон, отчаянно тыча в мёртвые сенсорные панели.

Молчание.

Он переключился на резервную, чисто механическую систему управления. Руль отзывался вяло. «Искатель», потерявший тягу, начало медленно разворачивать и сносить в сторону бушующего фиолетового вихря плазмы.

– Всё отключено, – прошептал он себе под нос, пытаясь подавить панику. – ЭМИ? Нет, тогда бы всё сгорело. Это что-то другое… Локальное подавление поля?

Он бросил взгляд на внешние камеры, которые ещё работали от автономных батарей. И увидел. В кипящей массе туманности, прямо по курсу, висело нечто. Не скала. Не сгусток газа. Это была конструкция. Уродливая, угловатая, собранная, казалось, из обломков десятков разных кораблей, сваренных вместе в единое чудовищное целое. Она напоминала гнездо гигантского космического паука-падальщика. И из её «брюха» исходила слабая, пульсирующая волна того самого неестественного затишья, которое убило системы «Искателя».