Алессандро Мандзони – Избранное (страница 28)
(берет его за руку)
Я покажу тебя моим вождям,
Отдам при них тебе твой меч.
(К комиссарам.)
Синьоры!
Я ухожу. Я не был до победы
Ни добр, ни ласков с вашими врагами.
Прошу вас это помнить. До свиданья.
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Что? И теперь вы скажете, что мне,
Где нет опасности, порой опасность снится?
Что слишком скор я был на подозренья?
Что я к нему давно несправедлив
По чувству личной ненависти? Часто
Он отвечал мне резко и обида
Туманит глаз мой? Что же? Он упрям,
Надменный вождь, нетерпелив и дерзок,
Но верен долгу? Нам нужны услуги,
А не покорность кондотьера? Слишком
Преувеличенным казался вам мой страх,
Когда я опасался, что откажет
В опасности исполнить просьбы граф,
С которыми к нему мы обратимся?
Теперь убеждены вы?
Даже слишком.
Я говорил ему, что нам необходимо
Нанесть удар бегущему врагу,—
Он отказался.
Что же он сказал?
Он крепости намерен брать осадой,
Боится он…
Какая осторожность!
И этот страх… после победы!
Он
Мне отвечал с обидной неохотой.
Едва-едва сходили с языка
Его слова. Он говорил, казалось,
С назойливым, нескромным болтуном,
Который выведать старается секреты,
Совсем ему ненужные, чужие…
Но все же он вам свой секрет открыл?
И вы нашли, что тот мотив, который
Он вам привел, чтоб успокоить вас,
Единственный и верный?
Я не знаю.
К таким речам я не привык, и мне
Казался он каким-то сумасшедшим.
Его слова я взвесить не успел.
Но, знаете… Мне кажется, от битвы
Страх был велик, а вред ее — ничтожен.
Зачем вредить недавнему синьору?.. {12}
Он награждать его умел когда-то…
Из рук его он получил свой трон…
И… может быть… с него довольно страха?..
Пусть только герцог наконец поймет,
Каков его противник знаменитый.
Пусть только он поймет, что этот враг
Незаменимым, мощным будет другом…
И мог ли граф желать разрушить трон,
Который им же раньше был поставлен?
Ведь только там он первым мог стоять,
И ближе всех к сидящему на троне…
Миланский герцог любит воевать
И гнется сам под тяжестью доспеха;
Ему нужны советы и мечи