Алессандро Мандзони – Избранное (страница 28)

(берет его за руку) Я покажу тебя моим вождям, Отдам при них тебе твой меч. (К комиссарам.) Синьоры! Я ухожу. Я не был до победы Ни добр, ни ласков с вашими врагами. Прошу вас это помнить. До свиданья.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Что? И теперь вы скажете, что мне, Где нет опасности, порой опасность снится? Что слишком скор я был на подозренья? Что я к нему давно несправедлив По чувству личной ненависти? Часто Он отвечал мне резко и обида Туманит глаз мой? Что же? Он упрям, Надменный вождь, нетерпелив и дерзок, Но верен долгу? Нам нужны услуги, А не покорность кондотьера? Слишком Преувеличенным казался вам мой страх, Когда я опасался, что откажет В опасности исполнить просьбы граф, С которыми к нему мы обратимся? Теперь убеждены вы? Даже слишком. Я говорил ему, что нам необходимо Нанесть удар бегущему врагу,— Он отказался. Что же он сказал? Он крепости намерен брать осадой, Боится он… Какая осторожность! И этот страх… после победы! Он Мне отвечал с обидной неохотой. Едва-едва сходили с языка Его слова. Он говорил, казалось, С назойливым, нескромным болтуном, Который выведать старается секреты, Совсем ему ненужные, чужие… Но все же он вам свой секрет открыл? И вы нашли, что тот мотив, который Он вам привел, чтоб успокоить вас, Единственный и верный? Я не знаю. К таким речам я не привык, и мне Казался он каким-то сумасшедшим. Его слова я взвесить не успел. Но, знаете… Мне кажется, от битвы Страх был велик, а вред ее — ничтожен. Зачем вредить недавнему синьору?.. ^{12} Он награждать его умел когда-то… Из рук его он получил свой трон… И… может быть… с него довольно страха?.. Пусть только герцог наконец поймет, Каков его противник знаменитый. Пусть только он поймет, что этот враг Незаменимым, мощным будет другом… И мог ли граф желать разрушить трон, Который им же раньше был поставлен? Ведь только там он первым мог стоять, И ближе всех к сидящему на троне… Миланский герцог любит воевать И гнется сам под тяжестью доспеха; Ему нужны советы и мечи