Алессандро Мандзони – Избранное (страница 15)

И нет для нас потерь невозвратимых При нашем войске, если же оно Разбито будет, с ним мы все теряем. Зачем же нам бросать его, как кости, Закрыв глаза, бросают игроки? Нам будет тесно это поле битвы. Оно нам незнакомо, а врагу, Должно быть, слишком хорошо знакомо, Что он упорно манит нас к нему, Для нас узка дорога к Карманьоле, Меж двух болот идет к нему она, Кусты на ней разбросаны повсюду. В них скрыл свои отряды хитрый вождь. Где мы пойдем, оставив ложементы? Как мы пройдем по этому пути? Я убежден глубоко: здесь засада. Недаром я не раз на бой ходил В одних рядах когда-то с Карманьолой. Мне кажется, в войне с таким врагом Особенно опасна торопливость. Мы будем ждать момента. Может быть, Он утомит суровой дисциплиной Своих вождей и, может быть, устанет Держать всегда натянутой узду… И если день настал для этой битвы, Не здесь ей место. Мы должны уйти. Мы сами выберем удобное нам место. И пусть туда за нами он идет, Таких удобств он там иметь не будет. Лицом к лицу стоят войска пред битвой, Великой битвой, герцогу Филиппу Она нужна. Он слишком долго медлил И слишком, слишком много потерял, Пока таким же следовал советам… Нет, медлить — риск, уйти отсюда — гибель. Кто знает, там, на вашем новом месте, Найду ли я солдат своих такими, Какими здесь их вижу? Все, что вождь Прикажет им, они теперь исполнят, И с ними мне теперь возможно все!

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Как кстати к нам приходите вы, Сфорца И Фортебраччо! Расскажите нам, Каким нашли вы боевое поле? Чего нам ждать? Победы, кондотьер! Когда приказ готовиться к сраженью Я объявлял солдатам, мне в ответ Шумел грозой могучий крик восторга. Меня встречал их радостный привет, Я говорил, и тотчас умолкали Все голоса, и в мертвой тишине Мой только голос властно раздавался. И взоры их, горевшие огнем, «Веди скорей на бой» — мне говорили. Да, кондотьер, таким огнем горит Все наше войско. И когда к солдатам Я подскакал, суровою толпой Они меня угрюмо обступили. Один спросил: «Звук боевой трубы Когда-нибудь услышать нам придется?» Другой сказал: «Насмешки от врага Нам надоесть успели». Все просили Скорее битвы. Им ее успех Не кажется сомнительным, и только