Алес Март – Звери войны. Ворон (страница 3)

Небо постепенно темнело, – здесь ночь наступала медленнее, – на стены древней башни опустились причудливые резкие витиеватые тени. Еще через полчаса взошла круглая луна, которая тут же спряталась в набежавших облаках.

– Черт! – выругался Рейвен, – я так ничего не разгляжу!

Ветер нагонял тяжелые дождевые тучи. Мужчина запахнул теплый черный плащ, прячась от холода, и замер, всматриваясь вдаль. Так он простоял довольно долго, но ничего не менялось, только ветер, становился все сильней, да еще начал накрапывать мелкий дождик.

Время, указанное эльфийкой, подходило. Рейвен решился на крайние меры и уже, распахнув плащ, шагнул к краю парапета, как вдруг остановился, вглядываясь вниз.

– О, нет!

По тропинке, заросшей столетним слоем мха и травой по колено, в направлении башни двигалась маленькая хрупкая фигурка.

Эту особу вампир теперь не перепутал бы ни с кем. В своем широком сером плаще с огромным капюшоном она казалась маленьким ребенком, бредущим в гуще зарослей. Рейвен долго наблюдал, как эльфийка неуклюже пробирается, раздвигая кущу руками и стараясь приминать миниатюрными ножками в серых туфельках. Травы тут же вставали невредимыми, создавалось впечатление, что эльфийка плывет в странном пожухшем море. Вампир сложил руки на груди и смотрел, как мокрая от измороси Айрисэль, наконец, вылезла из зарослей, отряхнулась, поправила плащ и вошла в выставленные ворота башни. На несколько минут она скрылась из виду, но Рейвен слышал негромкие шаги и хлюпанье мокрой обуви по ступеням. Топот приближался, и вскоре фигура эльфийки возникла в проеме. Вампир, стоящий в тени, запахнул плащ и прислонился к холодной стене: так его практически невозможно было заметить. Айрисэль прошла мимо и, откинув капюшон, застыла у края парапета, где недавно стаял мужчина. Но надолго ее не хватило: уже через пару минут она отошла от края и стала ходить из угла в угол по площадке. Вампир все также стоял в тени. Что-то цепляло его в этой смешной эльфийке. Потом Айрисэль тихо запела на диалекте трэйли, снова подошла к парапету и вгляделась в затянутое тучами небо.

– На что я надеялась? – почти шепотом произнесла эльфийка, – конечно же он не придет.

Она стиснула руки в замок и дрожащим голосом продолжила:

– Нужно было просто доложить старосте, коль не удалось выяснить самой. С чего я взяла, что граф Ристара станет слушать, а тем более иметь со мной какие-то общие дела?

Рейвен осторожно вышел из тени, встал позади нее.

– Ну и где твое явление?

Эльфийка вздрогнула, едва не повалившись через парапет, обернулась. Лицо ее озарила улыбка, и граф вдруг понял, что какой бы взрослый вид ни придавала ей одежда и напускная серьезность, Айрисэль – юная и совсем еще глупая девушка.

– Чего улыбаешься? – спросил он, нависая над нею грозной тенью.

Она лишь покачала головой. На душе вдруг стало мрачно: она-то думала, что обрела соратника в лице этого вампира, что вместе они раскроют какую-то невероятно важную тайну… То ли эльфийка была действительно настолько молода и наивна, то ли граф так запал ей в душу… Айрисэль бросила смущенный взгляд на Рейвена, медленно отвернулась и приготовилась высказать что-то жалостное по этому поводу, как вдруг в небе показались отблески, словно над Ристаром полыхало огромное пламя.

– Ваше Сиятельство, смотрите! – воскликнула она, но Рейвен уже уставился в сторону своего города, – это оно! Только сегодня плохо видно из-за погоды!

Ничего не говоря, вампир взмыл в небо, прямо к надвигающимся тучам. Где-то вдалеке послышался гром. Айрисэль стояла на краю парапета, и, не дыша, наблюдала. Дождь припустил сильнее, тучи сгустились, снова прогремело. Рейвен поднял лицо вверх, раскинул руки, обнимая воздух, и тут же воздел их к небу. Оно ответило новой серией грохота. Эльфийка закуталась в серый, промокший насквозь плащ, но от края не отступила ни на шаг. Граф тем временем поднялся выше, – дождь успел превратиться в ливень, – протянул вперед руку и громогласно произнес:

– Повелеваю! Три стихии, придите в гармонию!

Гром грянул сильнее прежнего, в черном небе совсем рядом с вампиром ударили сразу несколько молний, осветив его яркими вспышками. Айрисэль вскрикнула и все же отпрянула от парапета. Строго говоря, этой преамбулы могло и не быть, ее вампир вставил, дабы покрасоваться перед девчонкой. Дальше все происходило в следующем порядке:

– Огонь! – проговорил властным голосом мужчина: молния вспыхнула где-то в стороне и исчезла.

– Воздух! – издав слабый далекий раскат, заглох гром, тучи начали расходиться.

– Вода! – вдруг оборвался бешено струившийся дождь.

С последним словом Рейвен опустился на край парапета. Айрисэль бросилась к нему, но тот лишь отмахнулся, его сейчас занимало другое. На очищенном от грозовых туч небе открывалась чудная картина: какие-то странные вспышки то и дело озаряли небосвод, словно языки пламени лизали ночную мглу, но, едва появившись, тут же исчезали. Эльфийка не обманула. И, в тоже время, почему этого не видно из Ристара?

– Странно это все… – произнес он, – что-то творится в Ристаре такое, чего я не знаю. Тайно, ночью… значит, противозаконно! Но почему же никто этого не заметил, ведь вспышки такие яркие?

Айрисэль молчала: ответа она не знала, а упасть в глазах графа, сморозив очередную глупость, не хотелось. Рейвен постоял, глядя на неизвестное явление, еще пару минут, потом вдруг поднялся в воздух.

– Стой здесь, – бросил он эльфийке, – я скоро вернусь. Дождись меня!

Та даже не успела ничего возразить, только глубже закуталась в серый плащ и, проводив взглядом темную удаляющуюся фигуру ворона, стала ждать…

Рейвен добрался до границы Кристалла довольно скоро. По пути он никого не встретил, и его никто не заметил, так что появился шанс возникнуть в том месте, куда сейчас направлялся, внезапно и, возможно, застать правонарушителей врасплох. Вскоре сияние стало таким ярким, что резало глаза. Но только граф пересек незримую границу земель личного домена короля, как свет исчез, будто его и не было вовсе. Вампир заложил вираж в воздухе, посмотрел по сторонам: ни тебе всполохов, ни огненных языков – ничего, только обыкновенное в это время суток черное небо мирно спало над миром. «Может, уже все закончилось? – подумал он, – обидно, конечно. Это все из-за грозы! Ну, ничего, завтра надо загодя подготовить погоду. А сейчас – к эльфийке: скажу ей, чтобы топала домой, а то привязалась ко мне»…

Рейвен неспешно двинулся назад, оглядывая по пути имения. Он всегда считал, что этот город красивее других в королевстве. Окраины, селения его действительно необъяснимо манили к себе. Казалось бы, что такого привлекательного может быть в заросших, неухоженных лугах, где трава по пояс, а то и выше; в этих наскоро засеянных полях, на которых весной недружно всходила пшеница. Правда, к концу лета она ухитрялась подтягиваться, и в августе колосья уже равномерно золотились на маленьких отрезах земли. В густых рощах, которые и рощами-то не назовешь – леса они и есть леса… Но графу Ристара нравился этот край, потому, пролетая мимо, он любовно оглядывал все, что попадалось на пути.

Но, едва Рейвен оказался в черте предместий столицы, как сияние вспыхнуло с прежней силой, точно и не пропадало вовсе. «Интересно, – подумал вампир, – что бы это могло означать?» Он несколько раз возвращался в Ристар и вылетал из него. В землях Эфаса сияние видно, а в родном графстве его не было!

Айрисэль, конечно, графа долго ждать не стала, как только тот скрылся, эльфийка со всех ног бросилась за ним. Для нее расстояние не было помехой, как и для всех эльфов, но девушка не могла передвигаться также быстро, как ворон. Она застала вампира сидящим на мраморной плите местного кладбища, мимо которого как раз лежал путь в Ристар. Айрисэль приблизилась к графу. Тот прибывал в глубокой задумчивости и являл собой нечто, вроде каменного изваяния, нелепо примощенного кем-то сверху на памятник.

– Ваше Сиятельство, я… – начала было эльфийка.

– Здесь творится что-то совсем странное, – перебил он, – знаешь, ты была права, за пределами Кристалла ничего не видно… Но что-то же происходит! Кто-то должен знать!

Айрисэль пожала плечами и промолчала. Она тоже понимала, за непонятным явлением кто-то должен стоять. Но вот кто? Также, до сего момента, не сомневалась, Рейвену ничего не стоит выяснить, какие дела происходят в его имении. Как оказалось, для него самого представлялось загадкой, что делалось под самым носом. Айрисэль вздохнула, и устало опустилась на землю у ног графа.

– Что же мы будем делать? – спросила она, подняв голову вверх, – нельзя все оставлять так, как есть. Вдруг нашим землям грозит опасность.

– Ты права, эльфийка, оставаться в неведении нельзя, – подтвердил Рейвен, – но при чем здесь «мы»? Ты что же, решила, я свяжусь с тобой, безродным эльфом из провинции Кристалла?

Айрисэль, не ожидавшая такого резкого ответа, застыла в позе, которой сидела, слезы навернулись на глаза.

– Но я не безродная! – воскликнула она, – наш род очень древний! Он берет свое начало еще до правления Великого Дракона! Если Вы не верите мне, граф, то в архивах Большой Дворцовой Библиотеки есть летописи, где встречается наше имя…

– Мне не интересно, что там написано в эльфийских книжках! – отрезал Рейвен, – я сказал, что наше замечательное общение закончилось, и дороги расходятся: твой путь теперь лежит в Кристалл, мой – в Ристар. Прощай!