Алена Волгина – Дорога до Белой башни (страница 4)

В последний раз он был в этом городе осенью и долго бродил, очарованный сонной тишиной узких улочек, блестящих от дождя, а потом неожиданно наткнулся на какую-то пивную, где его угостили необычным напитком, оставлявшим на языке вкус лета, хмеля и мёда… Интересно, получится ли найти её снова?

Спохватившись, Аларик одёрнул себя: нашёл время мечтать! Альтарен далеко, и с каждым часом пути становится ещё дальше. Этот город был для него кем-то вроде старого друга, к которому всегда приятно вернуться.

Заблудившись в воспоминаниях, он не сразу расслышал, что его спутники обсуждают очередную остановку. Что, опять? Впрочем, он и сам заметил, что его лошадь шла тяжелее. Просто он забыл, насколько слабыми были живые существа по сравнению с кьяри. Нужно будет взять это на заметку. Дорога очень вовремя привела их в очередной городок, где на главной улице призывно покачивалась вывеска постоялого двора.

«Это заведение будет получше того трактира», – отметил про себя Аларик. На вымытых окнах цвела герань, крыльцо сверкало, как новенькое, а изнутри так приятно тянуло запахом свежеиспеченного хлеба, что ноги путников сами собой своричивали с дороги.

В зале, где сидели немногочисленные постояльцы, царил полумрак и благословенная прохлада. Мебель была солидной, из тяжелого тёмного дерева. На стенах вместо дешёвых сальных «коптилок» висели хорошие светильники. Оглядевшись, Аларик по привычке выбрал стол подальше от входа и поближе к окну.

– Садитесь, садитесь. Ишь, бледный какой! – сердобольно кивнула ему хозяйка, моложавая крепкая женщина с суровым взглядом и быстрыми проворными движениями. – А лицом-то пригож, что новенький голден! На-ко вот, – и она подвинула ему запотевшую холодную крынку, от которой пахло молоком.

Хэлис за столом зарылась в свои кудри, откуда послышалось сдавленное хрюканье. Эринна и Тиль подозрительно закашлялись. Только Вал остался невозмутимым.

Подобные казусы случались довольно часто. В своём человеческом облике Аларик выглядел смазливым юнцом, вызывая у пожилых трактирщиц материнские чувства, а у их занозистых постояльцев – нервный зуд в костяшках пальцев, что частенько приводило к драке. В некоторых краях он даже приобрёл определенную известность, и завсегдатаи харчевен потом долго вспоминали Рика Задиру, с которым лучше было не связываться, несмотря на внешнюю хлипкость. Конечно, он мог бы осадить добрую женщину одним взглядом – таким «специальным» взглядом кьяри, но подумал, что будет некстати себя обнаружить. Слухи о появившемся в городе тёмном маге разнесутся по округе быстрее ветра, а это им совсем ни к чему. Поэтому он молча забрал у Вала кружку с квасом, передав молоко Хэлис. Этой малявке оно точно будет на пользу.

За ужином, состоявшим из тушёного мяса и свежих овощей, они обсудили дальнейший путь. Для наглядности Аларик выставил полукругом несколько кружек.

– Представьте, что это – нагорье Лабрис. Проникнуть в пустыню можно здесь, здесь и здесь. Я знаю на перевалах каждый камешек, так что с этой частью пути проблем не будет.

А где-то там, в центре пустыни медленно разлагалась гигантская туша Серентиса.

– По тракту мы сможем доехать до самого Дикого поля, – высказал предложение Тиллерин. – Не люблю торгашей-гонзийцев, но дороги они содержат в порядке. Мы только краешком зацепим степи, а там уже рукой подать до земель кьяри.

Поскольку время было достаточно позднее, они решили снять у хозяйки две комнаты для ночлега и посвятить остаток вечера добросовестному отдыху. Аларик попытался было спорить, но его возражения утонули в вежливых объяснениях Эринны и молчаливом неодобрении остальных спутников. Он сам не мог сказать с уверенностью, что его настораживало в этом тихом, мирном городке. Но чувство приближающейся опасности не отпускало.

После ужина, когда его попутчики разбрелись по комнатам, Аларик решил наведаться на задний двор, чтобы выместить раздражение на куче чурбаков, которые надлежало превратить в аккуратные поленья. Заодно отсюда можно было понаблюдать за крыльцом. Правда, уже стемнело, но глазам кьяри это не помеха. Он сразу засёк виверра, неподвижно застывшего на коньке крыши и подумал, что тот, вероятно, следил за ним по поручению Вала. Кроме того, компанию ему составил толстый хозяйкин кот, который, узрев в своих владениях чужака, тут же заявил свои права на поленницу. Аларик ему улыбнулся – кот повернулся спиной и не спеша принялся умываться. Никто, кроме котов, не умеет выразить спиной такой широкий спектр эмоций! Этот кот излучал ледяное безразличие с капелькой презрения. Он делал это обстоятельно и со вкусом в течение всего времени, пока Аларик занимался дровами. Наконец, их безмолвный диалог прервала Эринна, выглянувшая на крыльцо. Аларик как раз подошёл к поленнице с охапкой нарубленных дров, и кот, выгнув спину, раздражённо зашипел.

– Я слышала, что коты наоборот испытывают необъяснимую симпатию к кьяри, – пошутила девушка.

– Обычно да. Жаль, что в Лабрисе они не живут. – В Лабрисе, этом лабиринте, состоящем из крошечных плато и бездонных ущелий, даже мыши были сплошь летучими. Чтобы выжить там, котам пришлось бы отрастить крылья.

– Разминаешься? – спросила Эринна, помогая укладывать дрова.

Аларик усмехнулся.

– Да вот, решил доказать нашей почтенной хозяйке, что я не переодетая девица и не собираюсь вот-вот испустить дух от истощения, – пошутил он.

– Мог бы ей просто улыбнуться. Такой широкой открытой улыбкой, как тогда в трактире.

– Ага, и в лучшем случае мы остались бы без ночлега. А в худшем – весть о вас разнеслась бы по всему городу. Кьяри – не самые безопасные попутчики... Скажи, тебе не встречался в пути один тип: длинный, весь какой-то серый, постоянно кутается в плащ, и голос хриплый, будто простуженный. Я видел его в Терране. А полчаса назад он заходил сюда, ненадолго.

Было видно, что девушка насторожилась. Аккуратно сложила дрова и обернулась к нему:

– Когда закончишь, приходи наверх. Я позову остальных. Надо кое-что обсудить.

Глава 3

Аларик заволновался бы еще больше, знай он, что в Лабрисе уже заметили его исчезновение. Пока он общался с котом на заднем дворе трактира, лорд Файерс, глава его клана, в замке Миэрглосс выслушивал свежие новости своих доглядчиков.

Одним из его шпионов был Финик, бывший воришка, когда-то промышлявший по мелочи на улицах Саммера в далёком Хараане. Сейчас он стоял в роскошном кабинете и маялся под проницательным взглядом сиятельного лорда. Блудливый взгляд Финика метался по сторонам, стараясь избегать страшного кьяри, и, наконец, зацепился за часы. Они были великолепны. Круглый циферблат покоился на резной подставке, похожей на львиные лапы, подставка покрыта чёрным лаком, одна из резных стрелок медленно-медленно двигалась по кругу. Если сосредоточить своё внимание на этой стрелке, дрожь в руках немного успокаивалась. Финик старался не думать о том, что по воле сидящего в кресле вальяжного лорда каждая минута, отсчитываемая этой стрелкой, может стать для него последней.

– Значит, ты говоришь, что кучка альтийцев направляется прямиком в Серентис? Очень интересно, – улыбнулся Файерс, блеснув клыками.

Финик вытянулся в струнку, чувствуя, как по спине сбегает струйка пота.

Уличный инстинкт подсказывал ему, что этот хрупкий, разряженный в пух и прах господин на поверку был опаснее гремучей змеи. Когда до него в первый раз дошли слухи о лорде Файерсе, главе одного из сильнейших кланов, он представлял его совсем иначе. Так было до тех пор, пока однажды они не столкнулись с Файерсом в Саммере.

«Лёгкая добыча», – подмигнул тогда Финику Хрипач, глядя из подворотни на подгулявшего аристократика, который растерянно оглядывал вывески в поисках постоялого двора. Подмигнул – а через некоторое время уже валялся с проломленной башкой на мостовой, вместе с третьим подельником из их шайки. Кто же знал, что тросточка, на которую картинно опирался аристократ, окажется таким грозным оружием, а в его тощих запястьях таится нечеловеческая сила! Финик был ещё новичком, стоял на стрёме, в потасовке участия не принимал и поэтому остался жив. Он даже не смог убежать, потрясенный внезапной и страшной гибелью товарищей. Зажмурившись, он ждал неминуемой смерти, но кьяри отчего-то пощадил его и взял к себе. Раньше Финик был на побегушках у Хрипача, теперь вот у Файерса. Иногда новый хозяин ему даже нравился. Его умное узкое лицо с живыми карими глазами могло показаться приятным (при условии, что он не улыбался). В отличие от Хрипача Файерс быстро ориентировался в ситуации и не скупился на плату. Но этот постоянный страх… В присутствии кьяри у Финика всегда леденели руки и отнимался язык. «Проклятые твари!» – подумал он с гневом и тут же загасил эту мысль. Кто знает, а вдруг Файерс прочтёт его мысли?

– Ты хорошо поработал, – лениво заметил лорд, снизойдя до похвалы. В воздухе блеснула золотая монета, и Финик ловко поймал её на лету. Тем временем Файерс поднялся и позвонил в колокольчик, чтобы вызвать слугу.

Финик даже моргнуть не успел, как он оказался рядом.

– Надеюсь, ты и дальше меня не разочаруешь, – произнёс над ухом шепчущий голос, от которого бедный воришка покрылся мурашками с головы до пят.

В дверях так же бесшумно возник слуга.