Алена Тимофеева – Одержимость Беллы Холл (страница 27)
– Черт! – выругался Том, отпрянув от Беллы. На его нижней губе проступила алая капля. – Ты укусила меня, поверить не могу, – недоумевал Том.
– Слезь с меня, – отчеканила Белла, осознавая, что встать самостоятельно у нее не выйдет. Том прижал к губе тыльную сторону руки, поморщился. Он даже не предпринял попыток выполнить приказ.
– Но почему? – поинтересовался Том тоном, каким обычно у случайного прохожего узнают который час.
– Потому что я сказала «нет». Потому что мне страшно и я хочу уйти к себе, – дрожащим голосом отозвалась Белла. Комната перед ее взором начала вращаться, и Белла ощутила себя заброшенной в адскую карусель.
– Это пройдет, подожди.
Тома она стала слышать точно через вату. Его голос тонул в нарастающем гуле космоса, представшего перед Беллой наяву.
– Звезды… – отчаянно прохрипела Белла, будто они могли ей помочь. Том вновь оказался непозволительно близко, его пальцы проникли под футболку Беллы и закружили по напрягшемуся животу. Возможно, звезды действительно услышали ее мольбы и ласково укрыли Беллу антрацитовой пеленой. Она почти не почувствовала, как руки Тома скользнули к застежке ее джинсов. Не услышала, с каким неприятным звуком расстегнулась молния.
«Лучше бы сгорел этот дом, а не Джека. Тогда бы все закончилось… для всех», – подумала Белла, прежде чем окончательно провалиться в беспамятство.
Глава 21. Одержимость Беллой Холл
Тяжелая сумка клонила плечо Беллы вниз. Длинные волосы водопадом спускались ей на спину, похлопывали по ней при каждом шаге. Ей было сложно преодолевать высокие и скрипучие от старости ступени с широкими расселинами. В трещинах скапливалась пыль, и Белле порой казалось, что из них вот-вот выскочит вереница тараканов. Но трещины лишь зияли чернотой. Утреннее солнце заглядывало в заляпанные белой краской окна, роняя теплые лучи на спускавшуюся девушку. Пряди вспыхнули раскаленной медью, океан в глазах пробудился, засиял. Когда ей оставался всего один пролет, ремешок сумки зацепился за край легкого летнего платья. Белла остановилась, чтобы поправить его. Наверху раздался хлопок двери: кто-то вышел из спальни, ступени на втором этаже вновь заскрипели.
«Я не успею, не успею», – лихорадочно заметалась Белла, озираясь по сторонам, словно вор.
– Ну и куда ты собралась с утра пораньше? А? – точно глас божий раздался низкий голос над головой Беллы. С опаской посмотрев наверх, Белла увидела парня в серой растянутой футболке Metallica и клетчатых пижамных штанах. Отросшие светлые волосы падали ему на лицо.
– Курт, я ухожу. Передай Беатрис. Все кончено, с меня хватит, – отчеканила Белла, перехватывая сумку поудобнее. Курт хмыкнул. Не говоря больше ни слова, он мгновенно сбежал по лестнице. Спохватившись, Белла успела достигнуть только середины пролета. Гонку она проиграла, когда крепкие мозолистые пальцы Курта вцепились ей в предплечье.
– Пусти, урод.
– Кто урод? Я? И это ты мне говоришь, маленькая потаскушка?
От звука сильной пощечины, казалось, зазвенели окна.
– Я никогда тобой не интересовалась. У безмозглых мерзавцев вроде тебя нет ни малейшего шанса, – ядовито прошипела Белла в лицо Курту, который потирал обожженную щеку. Он осоловело глядел на Беллу, точно прикидывая, что с ней делать дальше.
– Ты никуда не пойдешь. Трис расстроится.
Белла истерично хохотнула.
– О да, конечно. Я же мешаю вашему счастью. Проблема теперь исчезнет. Заодно и от тебя буду подальше.
Курт сдаваться не собирался, он обхватил Беллу рукой поперек талии и с силой рванул вверх, начиная подниматься по лестнице.
– Убери руки!
– Да успокойся, истеричка.
На Беллу волной нахлынула паника. Она трепыхалась в руках Курта, как птица в силках. Белла отчаянно цеплялась за щербатые перила, но ладонь соскользнула. Последовала вспышка боли, Белла зашипела и увидела багровый росчерк на запястье, чудом не пересекший голубую реку вены. На острие гвоздя поблескивали капельки крови. Собрав все силы, Белла вложила их в единственный удар: корпусом толкнула обидчика, а локтем въехала ему под ребра, тут же выбив весь воздух из его легких.
– Дрянь, – прохрипел Курт, пытаясь восстановить дыхание. Недолго думая, Белла решила закрепить свой результат: она пихнула Курта сумкой в живот и, не теряя времени, развернувшись на каблуках, сбежала с лестницы. Ступени уже не ощущались столь высокими и опасными. У подножия лестницы она оказалась за считаные секунды. Сзади послышался сдавленный хрип. Рискнув обернуться, Белла с ужасом наблюдала, как Курт скатывается по ступеням крутой лестницы. Белла отступила, когда ее коснулось теплое тело парня.
– Ку-урт?.. – позвала она его дрогнувшим голосом. Склонившись над ним, Белла заглянула в остекленевшие серые глаза, скользнула взглядом по тоненькой струйке крови, вытекавшей из его побледневшего рта.
– Боже…
– Курт, Белла, вы опять поругаться решили? Шесть утра на часах, совсем совесть потеряли?! – высокий голос Беатрис привел Беллу в чувства.
– Прости, – прошептала она, покосившись на мертвого Курта. Ее глаза застлали слезы, и сквозь них она увидела, как голова мертвеца повернулась к ней. Вместо Курта на нее уже смотрел Том.
– За что? – тихий шепот сорвался с его губ, и Белла пронзительно закричала.
Белла в немом крике проснулась в собственной спальне. В предрассветном сумраке она с трудом сфокусировалась на предметах, но смогла узнать свою удобную кровать, тумбочку с выключенным ночником на ней, высокий вместительный шкаф. Первым делом Белла включила лампу, позволяя мягкому рассеянному свету залить комнату. Поморщившись, она приложила прохладную ладонь ко лбу. Голова чудилась ей налитой свинцом, гудящей, как рой пчел.
– О-ох, что вчера произошло?.. – пробормотала Белла, садясь в постели. Разум отказывался показывать картинки прошлого вечера, окутывая воспоминания молочным туманом. Она бросила взгляд на прикроватную тумбочку, заметила стакан с водой и пачку обезболивающих. Затем осмотрела себя: в футболке бы она вряд ли решила лечь спать. Белла потерла шею сзади, разминая ее. Рука сама собой потянулась к стакану и таблеткам. Только когда влага коснулась ее губ, она поняла, насколько мучилась от жажды. Сухость во рту ушла с последним глотком воды.
«Футболка, вода… Словно сама я до кровати не добралась», – размышляла Белла, распластавшись на кровати звездочкой. И после этой неосторожной мысли с запертых чертогов воспоминаний сорвались замки. Вихрь произошедших накануне событий закружил Беллу в своем потоке, достигая точки невозврата и подводя ее к эпицентру кошмара: Тому. Белла странно всхлипнула, когда разум обожгло знакомое имя. Она ощущала себя разбитой, точно море выбросило ее на берег, измотав в шторме. День рождения. Терпкое вино. Потерявший рассудок Том. Блеск бескрайнего космоса и не пропускающая свет удушающая тьма. Едва не захлебнувшись собственным вздохом, Белла зашлась в рыданиях, стараясь плакать как можно тише, чтобы не привлечь внимание Тома.
«Это нереально, это был сон. Такого просто не могло со мной произойти».
Но отрицание не помогло – ожившая в голове картина никак не желала уходить. Белла немного успокоилась и вслушалась в дыхание еще спящего дома. Ни звука. Она медленно сползла с кровати на пол, обняла себя за колени.
«Позвонить детективам. Попросить помощи у Даяны… но… мне нужно признание. Я должна знать, что писали в газетах о Томе. Если он мог совершить столь гнусный поступок по отношению ко мне, что уж говорить о других девушках. Вдруг он и убил несчастную Ребекку Уилсон?» – Белла тряхнула волосами, заставляя беспорядочные мысли разлететься в стороны. Затем она соскребла себя с пола, подперла дверь в спальню стулом и прошлепала в ванную.
Контрастный душ отрезвил, заставил кровь прилить к голове, а мозг заработать. Под холодными струями Белла осмотрела себя, брезгливо проводя по коже, будто руки принадлежали Тому, а не ей. С горечью она убедилась, что он не остановился после того, как Белла лишилась чувств.
«Чудовище, просто чудовище, – Белла с остервенением натирала тело мочалкой. – Сама виновата, не стоило терять бдительности… Но разве это бы его остановило? Полагаю, что нет».
Белла с яростью отшвырнула мочалку, смыла пену и закрутила краны. Поплотнее замотавшись в полотенце, она вернулась в спальню. Не чувствуя холода стылых стен, Белла бросилась к телефону. Сначала она позвонила в участок. Но дежурный не ответил. Пальцы вновь завертели диск, набирая цифры телефона Даяны. Трубку взяла экономка. На чванливое приветствие Белла затараторила, надеясь, что у старой карги еще остались крупицы сострадания:
– Маргарет, пожалуйста, даже если миз Эпплгейт спит, передайте ей срочное сообщение, что Белла Холл будет ждать ее в течение дня в доме Уордов. И чем раньше она приедет, тем лучше.
– Я передам вашу просьбу миссис Эпплгейт, как только она проснется. Всего доброго.
Трубка зашлась противными гудками.
– Чертова старуха! – Белла положила трубку, и телефон жалобно звякнул. Круговыми движениями помассировав виски, Белла сделала глубокий вдох. Медленно выдохнув, она осмотрела тумбочку. Чего-то не хватало.
«Он стащил мою пластинку! Пластинку Джека!» – Белла в возмущении встала на ноги и нервно зашагала по комнате.
– Вот же…
Нелицеприятные эпитеты злым шепотом разносились по комнате, подобно шуршанию сухих листьев. Белла прекратила бесцельное мельтешение в спальне, решив, что в одном полотенце далеко не уйдешь. Любимые джинсы покоились на подлокотнике кресла, но Белла даже смотреть на них не могла.