Алена Тимофеева – Одержимость Беллы Холл (страница 29)

«Вот же актриса», – ужалила мысль разум Беллы до того, как Даяна внезапно схватила гостью за руку.

– Ты не обидишься, если я сначала переоденусь? Маргарет затопила все камины, мне что-то жарко.

Белла пожала плечами:

– Это же твой дом.

Даяна сжала длинные пальцы на запястье Беллы, надеясь подбодрить. Беллу одолело желание выдернуть руку, но она этого делать не стала. Ее сердце забилось в ритме ритуальных барабанов, во рту пересохло. Том. Звезды. Бездна.

– Оставь пальто на вешалке. Покажу свою комнату, идем, – ласково, как ребенка, уговаривала Даяна. В графитовых глазах заискрилось тепло. От мягкого тона Белла почему-то не успокоилась – напротив, в животе болезненно затрепыхались бабочки волнения. Их острые крылья царапали Беллу изнутри. Ноги ее намертво прилипли к начищенному паркету. Широкая лестница с алой ковровой дорожкой почудилась Белле высунутым языком разверзнутой пасти чудовища.

– Да я тут подожду, – промямлила Белла, топчась на месте. Острые ноготки, покрытые бордовым лаком, скользнули по коже, и Белла вздрогнула. Даяна отпустила запястье Беллы, скрестила руки на груди.

– Я не знаю, что именно между вами с Томом произошло, но вижу, ты не в порядке. Проведем день как подружки? Переберем косметику, посмотрим кино? В морозилке есть мороженое.

Губы Беллы дрогнули. Она не знала, стоит ли рассмеяться или заплакать.

– Я поднимусь с тобой. И спасибо за заботу, но пока я не в настроении.

– Если захочешь поделиться, я рядом.

Даяна развернулась и зашагала к лестнице.

– А где Ганс? – запоздало удивилась Белла. Даяна даже не повернула светловолосой головы.

– Его Нил на время забрал. Я попросила. Помню, вы с ним что-то не подружились.

«К чему мне дружба с Цербером?» – Белла сняла пальто, небрежно кинула его на вешалку. Обняв себя за плечи, она поднялась по лестнице следом. Девушки прошли в конец широкого коридора, где рядом с арочным окном росли в тяжелых кадках финиковые пальмы. Солнце ласкало их большие гладкие листья, а на отполированном паркете отдыхали в прохладе вытянутые тени.

«Адский пес наверняка любит лежать под пальмой, как раз рядом со спальней хозяйки», – успела подумать Белла, прежде чем переступить порог комнаты Даяны. Осмотрев хозяйские покои, Белла не сумела сдержать восхищения:

– Вот это да!

Подошва ботинок Беллы утонула в мягком ворсе кремового ковра. Светлую мебель из натурального дерева, словно полупрозрачная дымка, окружал легкий полумрак. К двуспальной кровати с высоким изголовьем был придвинут небольшой столик, украшенный живыми белыми розами в фарфоровой вазочке. Идеально заправленную постель без единой морщинки покрывало множество атласных подушек. Трюмо с резными ножками ломилось от всевозможных баночек, шкатулок и флаконов духов. У окна уютно смотрелось мягкое кресло с раскрытой книгой на подлокотнике. Приоткрытая створка позволила невесомому тюлю скромно танцевать в воздухе, касаясь старомодных оборочек кресла, подобно фантому. Аромат роз причудливо смешивался с излюбленным парфюмом Даяны.

– Нравится? – понимающе улыбнулась та. Белла кивнула.

– Вот и бабушка любила эту спальню. Моя детская куда скромнее. Я оставила все, кроме кровати. У стариков весьма специфический запах, – сморщилась Даяна, но тут же расплылась в обезоруживающей улыбке: – Даже любовь к бабуле не смогла помочь мне преодолеть брезгливость.

Белла нахмурилась:

– Ты же хотела затеять ремонт? Могла пожить и в другой комнате.

Губы Даяны растянулись еще шире, превращаясь в тоненькие светлые полоски. Они напомнили Белле бледный рот лягушки.

– Я не собиралась трогать спальню бабушки. – С этими словами, небрежно брошенными и не требовавшими ответа, Даяна скользнула за ширму, стоявшую возле шкафа. Черные брюки и жемчужный свитер, в которые была одета Даяна, вскоре украсили лакированные панели ширмы, а сама она предстала перед Беллой в легком платье из органзы, с воздушными рукавами и белым кружевным воротничком.

– Красиво, – машинально отметила Белла. Даяна поправила волосы, и те, блеснув золотом, шелком заструились по ее ровной спине.

– Железная миссис Пристмен всегда учила меня выглядеть утонченно и вынудила забыть про удобные штаны и футболки. Бабушка обладала прекрасным вкусом, из-за чего ее считали русской аристократкой.

– Я тоже не прочь стать похожей на русскую аристократку.

– Извини, но ты больше смахиваешь на ирландку, – подмигнула Даяна Белле и прошла к туалетному столику. Она взяла с трюмо небольшой округлый флакончик из червленого стекла и с негромким щелчком сняла с него крышку. Пара нажатий – и по комнате поплыл дурманящий, немного мыльный аромат белых цветов.

– А от тебя обычно пахнет еще и ванилью, – Белла приблизилась к трюмо. – «Poison», – прочитала она на пузырьке с духами. Даяна издала легкий, как облачко, смешок:

– На коже остается ваниль, припудренная цветами. Моя особенность. – Она вновь взяла духи в руки, погладила большим пальцем название на флаконе.

– Подарить? Нераспакованных нет, но я купила духи недавно. Каждые три месяца пополняю запасы. – Даяна протянула парфюм Белле. Та подавила в себе порыв забрать круглый флакончик, предлагаемый, будто запретный плод.

– Спасибо, но я не могу.

Даяна растерянно заморгала:

– Почему?

– Не хочу злоупотреблять гостеприимством. И потом, они же тебе самой нравятся. Если бы пришлись не по душе, то другое дело.

Даяна медленно поставила флакон обратно на трюмо. В дверь спальни постучали. Белла с Даяной тотчас повернули головы к источнику звука.

– Да? – подала голос Даяна. В проеме показалась надменная Маргарет.

– Миссис Эпплгейт, комната для мисс Холл готова. Кофе будет подан через десять минут.

Даяна сдержанно кивнула, и экономка удалилась, не забыв прикрыть за собой дверь.

– Пойдем вниз?

– Она не успеет так быстро сварить кофе, – хмыкнула Белла.

– Зато мороженое поедим. – Даяна с улыбкой вышла из спальни. Белле ничего не оставалось, как только последовать за ней.

– Я не знаю, что мне теперь делать. Никогда бы не подумала, что Том на такое способен. – Белла шмыгнула носом, скомкала в руке бумажный платочек. Коробка с салфетками, любезно предоставленная Даяной, почти опустела.

– Не думала уехать отсюда? У меня здесь бабушкин дом и фабрика. Если бы не бизнес и наследство, я бы давно сделала ручкой Лэйквуду. – Даяна вытащила из антикварного портсигара сигареты, одну протянула Белле, другую зажала между белых зубов. Чиркнула зажигалка, подпалившая две сигареты, и дым потянулся к потолку. Мороженое так и осталось в морозилке, кофе в чашках давно остыл, а в прозрачных стаканах искрился медовым цветом бренди. Затянувшись, Белла выпустила дым, опустила голову на мягкий подлокотник дивана и вытянула ноги. Даяна молча курила в кресле, которое она придвинула поближе к дивану, не испугавшись повредить паркет.

– А фабрика разве не Уордов? Ты же вполне можешь продать дом, найти со своими двумя степенями работу в крупном городе, а? – Белла стряхнула пепел в хрустальную тяжелую пепельницу на столике. Даяна застыла, пепел тлеющей сигареты грозился осыпаться на пол.

– Уордов. Я пока занимаюсь всеми делами этой умирающей фирмы. Если бы получилось продать ее, то, возможно, я смогла бы задуматься о переезде.

– А как же местные?

Даяна успела донести сигарету до пепельницы, где размозжила ее.

– А что местные? На месте фабрики построят что-нибудь, где найдется работка для наших столяров. Ты в курсе, что фабрика не сможет скоро платить всем зарплату? Начнутся сокращения. Затем снизится производительность, фабрика потеряет контракты. И как итог – полная ликвидация нерентабельной мастерской.

Белла фыркнула:

– Слышала, даже компенсации могли выплачивать нехилые.

– Если ты об Эрике…

– То она не стоит и упоминания, – закончил за Даяну мужской голос. Глубокий баритон заставил Беллу подобрать под себя ноги, а Даяну подняться с кресла. В гостиную вошел высокий мужчина, сверкая темными глазами, напоминавшими цветом плескавшийся в стаканах бренди.

– Вы-ы?.. – заикаясь, начала Белла.

– Томас Уорд. – Уорд-старший стянул с себя кашемировое пальто, повесил на спинку кресла, где несколько секунд назад сидела Даяна.

Белла сглотнула, вжалась спиной в подлокотник.

– Вы… вы же уехали?.. – пролепетала она.

Даяна встала рядом с Беллой, и ее статная фигура теперь нависала над гостьей.

Мистер Уорд пригладил коротко подстриженные волосы, растянул губы в вежливой профессиональной улыбке. Карие глаза ни на градус не потеплели.

– Я решил вернуться. И вы, уже не столь юная леди, тому виной.

Белла растерялась. Она взглянула на Даяну: побледневшая подруга не сводила глаз с Уорда-старшего.

– Вы сейчас обо мне? – на всякий случай уточнила Белла. Мистер Уорд громко и колко рассмеялся:

– О вас, моя дорогая. Впрочем, вы просто оказались не в то время и не в том месте. Да, милая? – он перевел взгляд на замершую Даяну. Похолодев, Белла подняла голову, силясь заглянуть Даяне в глаза.

– Да, – хрипло отозвалась Даяна, подписывая тем самым смертельный приговор Белле. Оказавшись между верхним и нижним жерновами, Белла вскочила, встала у стены напротив дивана. Их мрачное трио образовало подобие треугольника.

«И выберутся из него живыми не все», – горько подумала Белла, снова моля звезды о помощи.