Алена Ромашкова – Связанные туманом (страница 28)

— Втроем не хотите? Нимфы тогда нас до эльфов на руках донесут. Они такого в жизни не видели — тетки уже красные все. Разожжем эти трухлявые ходячие деревяшки?

Эти слова не сразу, но все же дошли до мозга. Я дернулась, а Талсадар прохрипел:

— Стой! Мне кажется, нам не поверили. Давай, углубим!

Он потянулся рукой к пуговицам на поясе штанов, расстегнул их и начал стягивать. Хорошо, хоть не мои, а свои — нимфы, уже не скрываясь, вскрикивали, плотоядно глядя на открывающееся на их глазах зрелище очень готового ниже пояса мужчины.

— Что ты делаешь? — опять не заботясь о вежливости, начала шептать я.

— Тссс… Хирон прав, этим нужно действо. Не поверят. Стони!

— Хватит! — призвала к разуму я, так как пришла в себя и уже не хотела играть на показ в нашей сомнительной сцене.

— Эй, вы там что затеяли? — подала голос королева, и мы в ту же секунду отстранились друг от друга, только сейчас осознав, что лежим уже втроем в одном клубке. Бррр… Совсем я бесстыдная стала. Но что есть, то есть. Напускная деревенская скромность под действием обстоятельств и чего-то ещё, что я сама в себе ещё не понимаю, сползала словно отмершая кожа.

— Вижу, что вы втроем неплохо спелись! Я обещала и отпускаю вас. Вы можете идти к Карнаниэлю. Не забудьте передать привет от меня этому… — Лианора сделала паузу и мечтательно улыбнулась, словно вспомнив что-то трогательное — забыльник все еще работал. Через пару секунд, отогнав дрему, королева продолжила:

— Однако есть одно условие, которое позволит вам оставаться в безопасности на протяжении всего пути, а его нарушение карается смертью: в этот раз мои лозочки порвут вас на куски в мгновение ока.

Мы молчали, а женщина сделал паузу, словно ожидая, когда мы ее переспросим, уточним, что за условие. Но ни я, ни темные лорды не раскрыли рта. Тогда королева сдалась и предупредила:

— Нельзя разжигать костер. Вообще никакого огня — даже факел запрещен. Мой лес на вашем пути к королю не должен увидеть ни одного лепестка пламени. Вам понятно?

— Да, — за всех ответила я. А королева встала и напоследок обратилась ко мне:

— А все же зря ты оставила их в живых. Нахлебаешься еще горя с этими тварями.

После этих слов поляну накрыл плотный белый туман, а когда он развеялся, мы увидели, что остались втроем. Нимфы исчезли.

Все выдохнули и посмотрели друг на друга. Я и Талсадар сидели в расхристанной одежде, даже не пытаясь что-то поправить, Хирон выглядел приличнее, но был всё ещё необычайно бледен. Молчание затянулось, первым, кто подал голос был Талсадар:

— Вернемся в лагерь, — сказал и встал на ноги, после чего наклонился, поднял меня на руки и пошел по направлению к месту, где мы оставили вещи. Я не сопротивлялась такому способу передвижения: несет и хорошо — после ночного забега и переживаний я просто очень хотела молчать и ничего не делать. Хирон взял мою сумку и направился вслед.

На месте нашего привала мы угрюмо посмотрели на потухший костер, который натворил дел, разозлив лесную банду нимф. Хирон разворошил оставшиеся угли и поленья ногой, а потом развалился на своем лежаке, к которому он ночью так и не прикоснулся. Сладко зевнув, он сказал

— А полукровочка нас спасла, темный. Я ей говорил бежать, а она ни в какую.

— Когда это вы успели пообщаться? — сверкнув глазами, с прищуром поинтересовался Талсадар.

Мне было лень пересказывать всю историю. Я легла на свое одеяло и расслабилась, наслаждаясь утренней свежестью и возможностью жить. Хирон рассказал то, что он знал, а потом лорды начали меня пытать, какое лекарство в итоге я дала нимфе. Я была краткой:

— Забыльник. Она все вспомнила.

— Какая оригинальная логика у людей, все же. Назвать растение по улучшению памяти «забыльником», — искренне недоумевал блондин. Талсадар молча сидел и смотрел на меня.

— Мы должны тебе, — сказал он, а Хирон почти торжественно подтвердил это:

— Да, по законам Даркмара каждый, кто без корысти поможет другому, получает право на одно желание. Стоит ли говорить, что таких прецедентов очень мало у нас? — хохотнул мужчина. — Так вот, теперь мы должны тебе по такому желанию, полукровка. Подумай, прежде чем просить. Хотя, мне кажется, я знаю, что у тебя на уме. Не стесняйся, говори.

Я посмотрела на обоих. Хирон был расслаблен и уверен в себе, а второй напряжен — Талсадар тягуче всматривался мне в глаза и ожидал моего ответа, словно опасаясь чего-то.

— Я пока не буду просить, — ошарашила я блондина и, кажется, успокоила Талсадара. Он боролся сам с собой, но не выдержал и обратился ко мне:

— Право первого — это еще и официальная защита от чужих посягательств. Прежде чем отказаться от него, убедись, что это безопасно, и тебя не принуждает ни к чему другой похотливый самец.

Хм, а это хорошая мысль. А так, глядишь, через несколько недель право само слетит с меня, и я сохраню свои желания. Умно!

Довольная собой, я закрыла глаза, приготовившись спать. Мужчины не возражали, но Талсадар все же сказал:

— Отдых — пара часов. Лучше — потратить световую часть дня на поход, а ночью поспать. Этот лес полон сюрпризов, как я погляжу.

Отдохнув и собравшись, мы оседлали коней и продолжили свой путь. Перекусили своими припасами всухомятку — запрет на костер усложнял процесс приготовления пищи. Точнее, ее вовсе невозможно было готовить. Первые сутки мы ели то, что у нас с собой было — хлеб, вяленое мясо, сыр. Крупу выбросили, так как жевать ее сухой никто не собирался, а варить было не на чем. На вторые сутки вопрос с пропитанием встал более остро, а еще через день я начала по-настоящему голодать.

— Смотрите, вон куст с ягодами, я их знаю, можно есть. Я остановила коня и побежала к красным аппетитным кругляшам, которые так и просились в рот. Мужчины скептически относились к подобным перекусам. Что им те ягоды! Впрочем, от голода они страдать не собирались. Лордам уже надоело терпеть орехово-ягодную диету: Хирон, психанув, убил птицу, метко метнув нее нож, и они с Талсадаром съели ее у меня на глазах сырой. Даже не потроша толком. Меня чуть не стошнило, а мужчины урчали, слизывая кровь с пальцев.

— Как вы можете ее вот так?

— Какая разница — сырая или нет? Жареная, действительно, аппетитнее, но сейчас с голодухи и с кровью запредельно вкусно. Может, попробуешь? — издевался Хирон, наблюдая за моими рвотными позывами.

Талсадар ушел к небольшой речушке, возле которой в этот момент мы переводили дух. Он отсутствовал минут пять, а потом вернулся, неся в руках рыбу. Она была еще живая и хлестала ему по рукам хвостом. Дроу вытащил нож, ловко срезал несколько тонких пластин ее мяса и протянул мне.

— Ешь! — приказал мужчина.

Я взяла тарелку, посолила рыбу, подцепила пальцами один кусок и попробовала. Потом взяла второй, а потом, все сразу и начала жевать, млея от удовольствия.

— Почему вы сразу мне не дали такое? — спросила я с полным ртом. Я опять вернулась к вежливой форме обращения с лордами. Хирон напомнил, что мне нужно привыкать, так как скоро мы будем у светлых.

— Я ждал, пока ты достаточно проголодаешься, чтобы съесть это. В первый день ты бы выплюнула.

Много он знает! Не выплюнула бы — в первый день я бы и в рот такое не взяла!

Наевшись сырой рыбы и закусив ягодами, почувствовала себя намного лучше. Мы ехали шагом, и я решила задать один давно беспокоивший меня вопрос:

— Уважаемые лорды, а вам не кажется, что я могу вызвать у светлых эльфов неприятные эмоции?

— Объясни, — недоуменно потребовал Талсадар.

— Ну как же. Приедут двое темных, привезут с собой рабыню. И рабыня хоть и не их расы, но выглядит все же как настоящая светлая эльфийка. Мне кажется, это их оскорбит.

Ответом мне была тишина. Но она была такая громкая и многозначительная, что я поняла, насколько мужчины прониклись. Лорды привыкли к наличию рабов, поэтому не подумали, как это выглядит со стороны.

— Дело говоришь, — нахмурился Хирон. — С рабыней мы погорячились. Темный, что думаешь?

— Везти любовницу или невесту в такой поход странно. Остается служанка, — также согласился с моими доводами Талсдар.

— Что ж, добровольная служанка — это получше. Да, полукровка? У тебя повышение, — подвел итог блондин.

— Благодарствую, лорды, — нарочито деревенским говором ответила я, чем вызвала очередной приступ веселья у Хирона.

К вечеру мы надеялись прибыть во дворец, который эльфы называли Лунным холмом, а заселенную вокруг него территорию — Танарисом, что с древнеэльфийского переводилось как “Лунный город”. Название происходило от королевской династии, которая относилась к роду Серебряной луны. Как мне объяснили дроу, светлые не обносили свои города крепостными стенами или иными ограждениями, поэтому не всегда можно зафиксировать момент прибытия в них. Оказалось, мы уже находились на территории столицы Гринлойда, но пока самой ее окраины, поэтому не замечали признаков привычной в людских городах картины. Приближение основной части города можно было ожидать после появления сельских построек, которые постепенно перейдут в районы, обжитые горожанами с более внушительными, чем сельские дома размерами жилищ и более богатым внешним оформлением. Высшая аристократия жила ближе всего к королю — в богатых особняках в окрестностях дворца.

Мы ехали, всматриваясь в окружающий пейзаж, который едва заметно, но уже отличался от обычного лесного. Начала замечать признаки хозяйственной деятельности: на глаза попались участки с ровными рядами кустов малины, засеянные какими-то травами лужайки, беседки, сплетенных из веток. И все же непривычно было воспринимать городом то, что утопало в зелени деревьев и кустарников и было раскрашено пестротой цветов. Самих эльфов не было видно, пока они внезапно не появились перед нами в виде военного патруля.