Алена Новикова – Частный детектив Пятаков. Тайна художника (страница 6)

Но как бы Антону ни хотелось продлить это благостное видение, он был вынужден отогнать его прочь. Чай, не развлекаться приехал!.. Он позвонил в домофон и поднялся по лестнице на последний этаж. Хозяйка квартиры уже ожидала его, стоя у приоткрытой двери. Он поздоровался с ней и вошёл внутрь.

– Меня зовут Пятаков Антон Павлович, – представился сыщик и сразу перешёл к сути. – Мне передали ваше дело.

– Здравствуйте, молодой человек! – поздоровалась хозяйка квартиры. – Валентина Сергеевна Белова! Я так понимаю, вам уже описали всю ситуацию?

– В общих чертах, – пояснил он. – Но я предпочитаю получать информацию, как говорится, из первых уст. Профессия обязывает.

– Что же, проходите в комнату. Может быть, желаете чай или кофе?

– Нет, нет, спасибо, ничего не нужно.

Антон не хотел надолго задерживаться и отказался от угощения: работа для него всегда была превыше всего. Он прошёл в просторную и очень светлую комнату. Здесь было довольно уютно. На стенах висели картины в резных деревянных рамах, они занимали всё свободное место: большие, маленькие, круглые и квадратные. На паркетном полу был расстелен бордовый персидский ковёр с причудливым разноцветным узором. Потолок украшала изящная лепнина в старинном стиле, хрустальная люстра застыла в воздухе, блестящим водопадом. Не квартира, а небольшой музей. Сыщик замер в восхищении, озираясь вокруг. Сквозь большое окно проникал тёплый солнечный свет, разлившийся жёлтым озером на полу. Мебель в квартире, по всей видимости, была антикварной. Пятаков в этом мало разбирался, но предположил, что это именно антиквариат. Во всей квартире царил идеальный порядок, которому он даже позавидовал. Его холостяцкое жилище в этом плане было далеко не идеальным.

На вид клиентке было немногим более пятидесяти лет. В общении она была весьма обходительна и вела себя вполне адекватно, хотя и держалась несколько высокомерно, самую малость. А может быть, это была не высокомерность, а всего лишь такая редкая в наше время учтивость.

– А с какой из этих картин произошла подмена?

Сыщик деловито окидывал комнату изучающим взглядом. Тратить время на пустые разговоры ему не хотелось.

Валентина Сергеевна указала на полотно, висевшее над небольшой банкеткой. Размеры его были невелики: в ширину не более метра, в высоту около полуметра. На картине красовался довольно густой тёмно-зелёный лес вдоль берега узкой реки. На холме, у самой кромки леса, стоял небольшой деревянный домик с резными ставнями, из трубы которого вился тонкий белый дымок. Антон принялся пристально вглядываться в этот пейзаж, но сколько бы он ни искал в нём что-либо необычное, так и не смог разглядеть ничего примечательного.

– Когда вы обнаружили подмену? – спросил он, закончив осмотр.

– Это было пару дней назад, – она немного подумала и поспешила добавить: – Хотя я абсолютно уверена, что накануне всё было в порядке.

– Не поймите меня превратно, – осторожно начал сыщик, – но я вынужден спросить: почему вы решили, что это копия вашей картины?

– Антон Павлович, если бы вы встретили на улице близнецов, смогли бы отличить их друг от друга?

Вопрос был странным, и Антон на мгновение растерялся. К чему она ведёт?.. Непонятно. Может, и правда не в себе?..

– Хм, вряд ли!

– А вот для их родителей они абсолютно непохожи. И они с лёгкостью их различают. Так и для меня: картина, каждый миллиметр которой я знаю наизусть, легко отличима, пусть даже от хорошей, но всё же копии. Кроме того, она пахнет свежей краской. Вы только принюхайтесь!

Пятаков приблизил лицо к полотну и шумно втянул носом воздух. Ничего!.. Сколько ни старался, он так и не смог уловить запах краски. Доводы хозяйки относительно картины оставались для него неубедительными. Ему требовались более веские доказательства её правоты, если таковые вообще имелись. Пока же сомнения у сыщика возникали только лишь в отношении хозяйки дома, а не картины.

– Что-нибудь ещё пропало или… было заменено копией? – поинтересовался он с некоторой заминкой.

– Ничего, только картина, – уверенно отрезала она.

– А по-вашему мнению, сколько времени нужно, чтобы сделать такую копию? – задумчиво продолжал сыщик.

Валентина Сергеевна помедлила и через мгновение ответила:

– При современных технологиях, с учётом ускоренной полимеризации масляной краски, такое полотно можно написать… ну, скажем, где-то за неделю. При условии, что художник – профессионал.

– Ого! Откуда такая осведомлённость? – удивился её познаниям Пятаков.

– Издержки профессии, – она рассмеялась и не без гордости объяснила: – Я ведь работаю директором музея изобразительных искусств. Кое в чём всё-таки разбираюсь.

Антон не ответил, лишь хмыкнул неопределённо. Поэтому было непонятно, оценил он её высококультурную должность или нет.

«Зачем кому-то понадобились сложности с подменой картины? Здесь и без того много ценного… Может быть, под слоем краски был скрыт какой-нибудь утерянный шедевр?.. И знает ли клиентка об этом что-нибудь?»

Мысли в его голове сменялись одна за другой. Сыщик был озадачен: вопросов много, а ответов – ни одного. Он спросил разрешение провести осмотр всей квартиры и, получив утвердительный ответ, приступил к делу.

В первую очередь Антон проверил входную дверь на наличие следов взлома. Тщательно осмотрел дверной замок изнутри и снаружи, но ничего не обнаружил, ни единой улики. Не похоже было, что замок повреждён. Если его кто-то и вскрывал, то это был профессионал в своём деле, не оставляющий следов… Или же вовсе никого и не было!..

Осматривая дверной замок, Пятаков обратил внимание на пульт сигнализации, размещённый на стене.

– А сигнализация у вас работает?

– Разумеется! Я всегда её включаю перед уходом.

– А в тот день?

– И в тот день, и во все другие дни сигнализация была включена. Я пока ещё в своём уме! – Говоря это, она одарила его ледяным взглядом, и в её голосе прозвучали стальные нотки, так что он не стал развивать эту тему дальше.

Не найдя каких-либо следов чужого вмешательства на замке входной двери, Антон приступил к осмотру окон. Но и здесь не обнаружил абсолютно ничего. Он осмотрел их изнутри и снаружи, выглянул на улицу, свесившись наполовину из окна и рискуя выпасть, но всё тщетно: ничего подозрительного, ни малейшей царапины.

Выходило, что Крупинин прав: дамочка была не в себе. Пятаков никак не мог в это поверить. Неужели он так в ней ошибся? Ведь он считал, что неплохо разбирается в людях. Ему достаточно было поговорить с человеком пару минут, и психологический портрет был готов процентов на семьдесят. Но сейчас он ошибся, и не на семьдесят процентов, а на все сто! Как он мог так опростоволоситься?.. Его ведь учили всем этим психологическим приёмчикам, и он с успехом применял их в своей работе и в полиции, и в частном сыске. И вот, на тебе… Ошибся!

Мысленно коря себя, сыщик направился в комнату с якобы подмененной картиной. Он обдумывал, как клиентке лучше донести, что кража – всего лишь плод её воображения. Это нужно было сделать весьма корректно, но при этом максимально убедительно. Он даже был готов отказаться от денег: совесть просто не позволяла ему брать деньги за работу, которую он не выполнил.

Антон не знал, как начать непростой разговор, и ругал себя за то, что взялся за это дело. Он проходил мимо камина. В этот момент, наверное, сработало чутье сыщика: это было уже на уровне рефлекса – глаз что-то заметил, а мозг ещё не успел обработать новую информацию. Пятаков наклонился, чтобы разглядеть, что там. В одном месте, на дне довольно чистого очага, была небольшая горка сажи вперемешку с красной кирпичной пылью. Он прикоснулся к ней пальцами, и горка осыпалась.

– Валентина Сергеевна, а вы пользуетесь камином?

Задавая этот вопрос, он заранее знал ответ, ведь каминами в городе уже давно никто не пользовался, но убедиться ему было необходимо.

– Камином?.. – хозяйка была в недоумении. – Никогда не пользовалась, сколько здесь живу. Да и ни один камин в доме уже давно не функционирует… Они остались как предметы интерьера. А вы что-то обнаружили?

– Я пока не уверен, но кое-что необычное есть.

Антон показал ей следы сажи и кирпичной пыли в самом углу. Небольшая осыпавшаяся горка возвышалась на абсолютно чистой поверхности.

– Вы думаете, что кто-то мог пролезть здесь?.. А разве человек сможет пролезть через дымоход? – она немного встревожилась. – Меня убеждали, что дымоходы в доме замурованы.

– Обычный человек не сможет, если только он не Санта-Клаус. А у нас, как известно, Санта-Клаусы не водятся…, – Пятаков, внимательно разглядывая находку, о чём-то задумался.

– Если не человек, то кто? – продолжала тревожиться хозяйка.

– Пока не знаю… Возможно, какое-то животное… Это уже интересно… И означает только одно: во время вашего отсутствия у вас в квартире всё-таки побывали «гости», – он секунду помедлил и продолжил: – Мне нужно попасть на чердак вашего дома. Хочу и там осмотреться.

– Чердаки у нас на замке, а ключей у меня нет… Вероятно, они есть в жилконторе, – растерянно ответила она.

– Замок не проблема.

Антон вышел на лестничную клетку и осмотрел дверь, ведущую на чердак. В железные проушины был вставлен навесной замок: массивный, старый, с налётом ржавчины и царапинами у замочной скважины. Пятаков дёрнул за него, но тот не поддался – был заперт на ключ.