Алена Новикова – Частный детектив Пятаков. Тайна художника (страница 5)

– И тебе не хворать, Матвей! – ответил на приветствие Пятаков.

Крупинин поспешно вышел из-за стола и крепко обнял старого приятеля. Хватка у него была будь здоров! Антон знал, что его медвежьи объятия предназначены только для самых близких, поэтому не сопротивлялся и ответил другу взаимностью. Да и сопротивляться было абсолютно бессмысленно: тот был в два раза крупнее его. Ростом они были примерно одинаковы, а вот по ширине Антон безнадежно проигрывал. Он беспомощно повис в объятиях Матвея, болтая руками словно тряпичная кукла, пока тот энергично его тряс.

…Знакомы они были уже больше пятнадцати лет: учились вместе в академии, начинали службу в полиции, долгое время были напарниками. Не один пуд соли съели и не раз помогали друг другу в сложных, а порой и смертельно опасных ситуациях. Но три-четыре года назад их пути разошлись: Матвей остался на службе и добился повышения, а Антон уволился и занялся частным сыском. Но, несмотря ни на что, они продолжали поддерживать хорошие дружеские отношения, хотя и виделись нечасто в последнее время.

…Каждый из них был вполне удовлетворен сложившимся положением дел. Антон стал своего рода свободным художником, мог выбирать, за какую работу браться, а за какую – нет. Матвей же получил должность, к которой давно стремился. Он был весьма честолюбив и, несмотря на трудности, упорно продвигался вверх по карьерной лестнице. Время от времени Крупинин подкидывал Пятакову дельце, которым в полиции не занимались, а чаще всего и не хотели браться. Работа, в большинстве своём, конечно, была не ахти какая – хотя и здесь попадались весьма интересные дела – но позволяла продержаться на плаву в отсутствие чего-то более стоящего.

Кабинет у Матвея был просторным и вполне соответствовал его должности. При этом обстановка была весьма аскетичной: письменный стол, кресло, компьютер, пара стульев, шкаф с документами и небольшой шифоньер для верхней одежды – ничего лишнего. Выкрашенные в какой-то казённый зелёный цвет стены создавали гнетущую атмосферу, не добавляя и капли уюта. Видимо, посетители не должны были задерживаться в кабинете начальства слишком долго. На одной из стен располагалось окно с вертикальными жалюзи, на другой – карта города. Одним словом, это был скучный и ничем не примечательный рабочий кабинет. Глазу и зацепиться не за что, а значит, ничто не отвлекает от работы.

– Ну и где тебя носило столько времени? Хоть раз бы в гости заскочил! – с укоризной произнёс Матвей.

– Да весь в делах, – отмахнулся Антон и парировал: – Сам-то ведь тоже не заходишь.

– Ладно, ладно! Оба хороши!

Матвей вернулся за стол и плюхнулся в кресло. Оно просело под ним, скрипнуло, но выдержало.

– Слушай, а давай и впрямь соберёмся, как раньше? Позовём всех наших, да и махнём на рыбалку или на шашлыки? Что скажешь?.. Давно ведь никуда не выбирались!

– Я не против. Только давай об этом позже. У тебя, кажется, для меня есть работа?

Пятаков сразу перешёл к делу. Он без церемоний уселся на один из стульев и закинул ногу на ногу. Обстановка совершенно не способствовала ведению неспешной дружеской беседы.

– А ты не меняешься!.. Мир перевернётся с ног на голову, а у тебя работа так и останется на первом месте!… Жениться тебе надо! – упрекнул его Матвей.

– Ты ведь не хуже меня знаешь: был негативный опыт, больше не тянет.

Антон не любил копаться в своём прошлом, а ещё больше не любил, когда кто-то делал это за него. От слов Матвея его лицо приобрело недовольную гримасу.

– Ну хорошо, к делу так к делу. Вот, посмотри: заявление некой гражданки Беловой, – Крупинин передал Пятакову лист с заявлением. – У неё якобы украли картину и, как она утверждает, заменили копией.

– Что значит «якобы» украли?..

– Да вот то и значит, что доказать факт кражи невозможно!

Антон был сбит с толку. Он вопросительно смотрел на друга и совершенно ничего не понимал. Размытое выражение «якобы украли» вносило непределённость в дело. А он, как и любой сыщик, доверял только фактам.

– Да не смотри ты на меня так удивлённо! Сейчас всё объясню по порядку.

Матвей придвинул кресло вплотную к столу, расположился в нём поудобнее и, сцепив руки в замок, неспешно продолжил:

– Картинку эту написал её дед, и никакой художественной или исторической ценности она не представляет, разве что как семейная реликвия. Поэтому доказать, была ли она заменена копией или нет, не представляется возможным, так как никто и никогда не проводил её экспертную оценку. Теперь понимаешь, о чём я толкую?

– Ты издеваешься, что ли? Это же бред сумасшедшего! – Антон не скрывал своего разочарования. – То есть ты предлагаешь мне «пойти туда, не знаю куда, и найти то, не знаю что».

– Я всё понимаю, Антоха! Даже то, что эта дамочка, вероятно, не в себе. Но и ты пойми: у неё связи. Она уже кому-то пожаловалась, и на меня стали сверху давить. Прошу тебя по-дружески: займись этим делом! Поезжай к ней, осмотрись, покажи свою заинтересованность и между делом убеди её, что картина абсолютно та же, что и была раньше, разве что немного выцвела от времени. Ну, придумай что-нибудь!.. Кроме того, клиентка готова платить деньги, и немалые. Для тебя это дело-то пустяковое, а деньги не помешают. Уладишь всё это, и я буду тебе весьма признателен. Думаю, пары дней тебе вполне хватит. Ну же, соглашайся! Выручи меня!

…Антон молчал… Дело представлялось ему заведомо безнадежным и бессмысленным. Стоило ли за него браться?.. Сомнения одолевали, терзали душу. Он хмурился, гоняя мысли в голове по кругу, и никак не мог принять решение. Надо бы помочь Матвею, но… тратить время впустую совсем не хотелось. Да и обманывать клиентов было не в его привычках!.. Поразмыслив, Пятаков принял решение: он возьмётся за это дело, но если не обнаружит состава преступления, то сразу от него откажется.

– Хорошо! – неохотно согласился он. – Попробую тебе помочь, но сразу предупреждаю: обещать ничего не стану!

– Да мне этого вполне достаточно!

Лицо Матвея радостно просияло. Он выдохнул и выпрямился, будто отвёл в сторону дамоклов меч, висевший над его головой.

– В заявлении указаны её номер телефона и адрес проживания. Я её уже предупредил, что ты займёшься этим делом.

– Что-о?!.. Ну ты и субчик! – Антон удивлённо вытаращил глаза на друга. – Вот ведь ловкач, знал, что я соглашусь, ещё до моего прихода.

– Ну ладно, ладно, – Матвей самодовольно улыбнулся. – Надеюсь, ты будешь держать меня в курсе того, как продвигается расследование?

– Ты же всё наперёд знаешь! Вот и ответь сам на свой вопрос.

Голос Антона прозвучал с напускной обидой. Матвей ничего на это не ответил, зная непростой нрав своего друга, лишь хмыкнул и покачал головой.

– Ну, до связи! – бесцеремонно попрощался Антон и порывисто вышел из кабинета, прихватив с собой заявление.

Крупинин еще что-то говорил ему вслед, но тот уже не слышал его причитаний, стремясь побыстрее покинуть неуютное здание.

Дождь закончился, и из-за туч выглянуло долгожданное золотистое солнце. Отражаясь миллионами бликов в зеркалах лужиц, оно неспешно выползало из-за туч, прогоняя промозглый холод. Пятаков вышел на улицу, надел солнцезащитные очки, сел в машину и набрал номер своей новой клиентки. Дело представлялось ему совершенно пустяковым, и сыщик рассчитывал быстро его закончить.

Глава 3

Серая осень растаяла так же молниеносно, как и появилась, уступив место яркому лету. Отряхнувшись от дождя, город нежился в лучах ласкового полуденного солнца. Остатки воды ручьями стекали с разноцветных крыш, бежали по асфальту и исчезали за чугунными сливными решётками. Омытые улицы и дома, стряхнув с себя городскую пыль, блестели первозданной чистотой. Листва деревьев переливалась изумрудным светом на фоне рассиневшегося неба. Воздух благоухал послегрозовой свежестью. Дышалось на редкость легко и свободно.

Антон старался подольше насладиться прохладой воздуха и никак не мог надышаться. Стоя у своего автомобиля, он вертел головой во все стороны, с интересом осматриваясь вокруг. Уютный дворик, представший перед его глазами, навевал смутные воспоминания из далёкого и порядком подзабытого детства. Было здесь что-то неуловимо знакомое и родное сердцу… Какое-то давно забытое чувство слабо шевельнулось в душе и тут же затихло. Пятаков попытался воскресить в памяти образы своих детских лет, но они плыли, словно в сумрачной дымке: неясные, призрачные, недосягаемые… И он оставил эту затею.

Неподалёку на лавочке сидели старушки – местные сплетницы – и о чём-то энергично спорили. Не умолкая ни на секунду, они недобро и с некоторой долей подозрения косились в его сторону. Шутка ли – незнакомец в их владениях!.. Чуть поодаль от них, в тени раскидистых деревьев, двое мужчин играли в нарды. Увлечённые игрой, они ни на кого не обращали внимания. Трое молодых людей, перепачканные машинным маслом, копались под капотом старенького автомобиля. А вокруг них гомонила детвора – местная шпана. Вот, пожалуй, и всё. Обычный, ничем не примечательный двор, похожий на большинство других, с его такими же обыкновенными обитателями.

Дом, в котором жила клиентка, был дореволюционной постройки. Отреставрированный, он блестел чистотой после дождя и выглядел на все сто – наверное, и лет ему было не меньше. Антону безумно нравились такие дома: их величественная архитектура, очарование вековой старины. В нём, несомненно, прежде жили сплошь творческие люди: поэты, писатели, художники или артисты. Перед мысленным взором сыщика проплыли кареты, запряжённые тройками гнедых лошадей, дамы в пышных воздушных платьях, прогуливающиеся по мостовым под руку с кавалерами во фраках и старомодных цилиндрах… На душе у Пятакова стало невероятно тепло и спокойно.