Алена Даркина – Внимание! Провоз лягушек строго воспрещен (страница 2)

– Понял. Сколько?

– Он живет в Можайске, под Москвой.

– Не вопрос! Сколько?

– Билет на автобус стоит три тысячи.

– А! Ну так и иди на автобус. Чего ко мне-то прицепилась? – он пополз вперед.

– Не уходи! Хочешь я сделаю тебя красивым?

– Не хочу, – хмыкнул парень. – У тебя не получится. Царь Кощей над златом чахнет. Про это еще Пушкин писал. А ты жмотишься.

– Я не могу тратить папины деньги, – буркнула жаба. – Как ты себе представляешь? Он должен платить за то, что ты привез меня оттуда, куда он сам и отправил?

– А тебе он, что ли, не отсыпал?

– Он еще жив! Наследство я пока не получила.

– Ну ладно! Как получишь – квакни, – он снова стал спускаться.

– Подожди! У меня клининговая фирма, – заявила она и, видимо, не надеясь на его интеллект, добавила: – Квартиры убираем.

– А! – многозначительно кивнул Илья. – Я думал, что клинья делаете. Ну и что?

– Могу организовать тебе бесплатную уборку дома в течение десяти лет.

– В Щербаковке? – засомневался Илья.

– В любом месте! – пообещала лягушка.

– Отлично. Только в течение пятидесяти лет.

– Очешуел? Максимум пятнадцать!

– Пятьдесят пять!

– Что? Кто так торгуется? Двадцать!

– Шестьдесят и доставка готовой еды на дом на этот же срок.

– Да иди ты к лешему!

– Отлично! Пока!

– Стой! – в скрипучем голосе послышались слезы. – Я согласна.

– Вот это другое дело! – Илья тут же вскарабкался обратно. – А то выпендриваются буржуи проклятые. Насобирали себе золото, аж чахнут, а как отплатить добром, так шиш тебе на ряске.

Он вернулся к лягушке. Она сидела грустная, будто совершила самую ужасную сделку в жизни, но Илья не обратил на это внимания.

– Давай, что ли, прыгай на плечо.

– Я жаба, а не лягушка, – хмуро сообщила она.

– Ладушки, – он, не особенно церемонясь, схватил ее в охапку и водрузил на плечо.

– Я жаба, а не кошка! – буркнула она, соскальзывая с футболки.

– Ну тогда только так, – Илья оттопырил ворот и сунул амфибию за пазуху.

– Нет! – отчаянно пискнула она. – Я тут задохнусь!

– Потерпишь, – отмахнулся парень. – Да, чуть не забыл, – Илья снова остановился. – Одно слово о моей внешности, запахе, я тебя высаживаю из машины и будешь знакомиться с рационом питания ежиков. Поняла? Меня зовут Илья Александрович. А ты у нас Василиса Остаповна, полагаю?

– Да, – уныло подтвердила жаба.

– Будем знакомы! – он стал карабкаться вниз.

Глава 2. …И предубеждение

В первый раз Василисе захотелось покинуть отчий дом в пять лет, когда родители сообщили, что разводятся. Мама ходила по особняку злая, в доме на каждом шагу ожидали сюрпризы. Из заварочного чайника мог вылезти маленький джин с большой ёлдой и как настоящий официант суетиться на столе, подавая чашку или двигая печенье. Тапочки могли превратиться в разъяренного кота, вцепляющегося в ноги всеми когтями. Зубная щетка выскальзывала из рук и мазала пастой всю голову, так что нужно было лезть под душ. В унитазе запросто мог сидеть невидимый дракончик, стреляющий огнем, как только становилось темно.

Отец сохранял абсолютное спокойствие и счастливо избегал любой западни. Василиса сначала посчитала происходящее развлечением и только тем и занималась, что носилась по дому в поисках ловушек. Но потом ее посадили на стульчик и задали сакраментальный вопрос: с кем она хочет жить.

А она знала правильный ответ! Всегда надо говорить, что хочешь жить и с папой, и с мамой, потому что, если скажешь правду, то кто-нибудь обидится. Это она и сообщила, крайне довольная собой, будто распознала еще один капкан и удачно его обезвредила.

Но оказалось, что под капканом замаскировали ловчую яму, в которую Василиса благополучно и свалилась. Теперь каждое воскресенье ей приходилось переезжать.

Одну неделю она жила с мамой и ее очередным бойфрендом молодым и мускулистым, а вторую – с папой и его новой женой, чем-то очень похожей на маму, но с рыжими волосами и медовым голосом. Когда Василиса слышала этот голос, хотелось сунуть ей в рот ложку горчицы.

Мачеха Наина любила сюсюкать с ней:

– Как дела, мой цветочек? Что сегодня будешь кушать? У меня есть вкусная пшенная кашка!

Василиса представляла, что кормит мачеху горчицей, и в следующий момент та морщилась, будто проглотила ежа, и шла пить воду. Видимо, от стресса у Василисы начали пробуждаться колдовские способности.

Примерно через полгода Наина перестала сюсюкать – она притащила откуда-то орущий сверток. Василисе торжественно сообщили, что это ее брат Яромир, и запретили к нему подходить под страхом усекновения головы.

Не больно-то и хотелось!

Василиса собрала вещи (ложки, платье и белую шапку с ушами зайца), позвала волка Горина и собралась ехать жить в тайгу. Ее поймали, отшлепали, посадили на день под домашний арест. Волку досталось больше – он просидел в магической клетке неделю. Затем под страхом превращения в обычного лесного зверя ему запретили исполнять бредовые идеи девчонки и скрепили этот договор клятвой. Горина это так напугало, что он потом десять лет не отвечал ни на какие призывы, притворяясь старым и больным.

Помаявшись еще немного между двумя домами, Василиса окончательно уверилась, что надо жить одной, но у нее хватило мудрости принять тот факт, что ей этого никто не позволит, пока она не станет совершеннолетней или не выйдет замуж. Второе было быстрее, но подходящих кандидатов с жилплощадью не нашлось. Единственный перспективный жених – чур1[1], охраняющий дом. Василиса предложила ему руку и сердце. Он на коленях попросил прощения за то, что поторопился и уже заключил брак. Но сказал, что знает проверенный способ: если погрузиться в учебу, то двенадцать лет, оставшиеся до совершеннолетия и свободы, пролетят как один день. Или как двенадцать дней. После этого у Никифора появилась новая «Тойота», но два этих события – отказ жениться на Василисе и появление автомобиля – связались в ее голове гораздо позже. Даже сейчас хотелось думать, что наградили чура все-таки за хороший совет.

Василиса пошла долгим путем. История про год за день оказалась сильным преувеличением, поэтому девочка предприняла еще два решительных шага. Она отказалась жить с мамой, объяснив тем, что ей больно видеть рядом с ней других мужчин. (На самом деле ей надоело попадать впросак, путая их имена, а образ жизни альфонсов вызывал отвращение.) И она потребовала, чтобы ее комната была как можно дальше от комнат, где можно встретить отца, мачеху или сводного брата, мотивируя это усилением депрессии и головной болью. Плюс она наняла жену чура, чтобы та охраняла порог от всех посетителей, кроме тех, кого она пригласит лично. Теперь Наина и ее отпрыск, словно настоящие вампиры, не могли зайти к ней, даже если очень хотели. С отцом проворачивать такой фокус Василиса не рисковала – все-таки это был его особняк, приходилось с этим мириться.

Таким образом, она жила почти одна, пересекаясь с вольными и невольными родственниками только на глобальных семейных праздниках типа юбилея отца. Два года назад ему стукнуло восемьдесят, и они увиделись, впервые за три года. До этого только перезванивались изредка. Встреча закончилась тем, что она оказалась в болоте в жабьей шкурке.

Кстати, следовало бы развеять недопонимание относительно ее семьи.

Во-первых, да. В их роду по мужской линии рождались очень сильные маги. Последние сто лет все они верой и правдой служили системе2[1] и занимали довольно высокие должности в полиции, не используя их для того, чтобы награбить побольше. Просто уже не нужно было, потому что все, кто жил до этого, награбили достаточно, так что вряд ли при самом большом желании можно накопленное потратить. Разве только раздать всем жителям планеты по одному доллару.

Во-вторых, нет. Никто в их роду не знает секрет бессмертия и не живет вечно. Бессмертный – это фамилия, которая когда-то была прозвищем. Максимум, что доступно Бессмертным, как и прочим магам – более долгая, чем у обычных людей жизнь с сохранением здоровья и бодрости.

В-третьих, да. Кощей – это от древнего слова «кости», мужчины в их роду были очень худыми.

Двенадцать лет Василиса погружалась в таинства земной и магической науки. Пришлось смириться с тем, что по женской линии гены сильных магов не передавались. Ее максимум – бытовая магия: уборка, готовка, шитье. Но ей нравилось решать нестандартные задачи. До восемнадцати лет она работала в клининге как самозанятая, после совершеннолетия организовала свой бизнес. Параллельно получала образование в известном московском вузе, обучаясь сразу на двух факультетах, и искала способы вплетать магию в то, что создавала своими руками: панно, свитера, вышивки.

К сожалению, многие, когда видели Василису – высокую красивую девушку с женственной фигурой и косами ниже пояса – не могли воспринимать ее всерьез: слишком молодая, слишком красивая да еще при богатом папе. Для бизнеса нужен был кто-то внушающий доверие. Ее выбор пал на Ирину Сергеевну Чехину, невысокую темноволосую женщину. Как и многие другие на Каторге внешне она ничем не отличалась от человека, но на самом деле была сульлин. Это существа, рожденные из воды, отражающей луну, рядом с ними человек лучше понимает свои чувства, сульлин умеют останавливать словесные конфликты, создавая вокруг людей «зону тишины», где невозможно соврать себе.

Василиса познакомилась с ней, когда Ирина приходила в университет улаживать конфликтный вопрос между студентами и преподавателями. Ей понравилась проницательность сульлин, умение не попадать под власть бушующих эмоций и успокаивать других. После этого они несколько раз встретились в книжном клубе и скоро подружились, несмотря на разницу в возрасте – больше двадцати лет. Но в невысокой Ирине с красивым без морщин лицом, не чувствовалось груза лет. Когда сульлин заикнулась, что хочет сменить работу, Василиса тут же предложила пойти к ней менеджером по персоналу.