Алена Даркина – Шелкопряд (страница 5)
Следуя приглашающему жесту хозяина дома, Регина прошла на кухню. Всё это время она старалась не смотреть на Гришу. Год назад один из каторжан украл его сына Елисея2. Гриша – маг-надзиратель, тогда уехал работать в Москву, чтобы быстрее ипотеку выплатить. Пока Регина и остальные разыскивали ребенка и пытались его вернуть, похититель напоил мальчика каким-то снадобьем и промыл ему мозги. С тех пор Григорий Чистяков осунулся, стал еще более тощим и нескладным, но при этом более собранным. Теперь он привлекал к себе гораздо меньше внимания, чем прежде. Общеизвестно, что, чем больше внимания привлекаешь, тем больше тебе подвластна магия. И раз уж Гриша не мог стать прежним «рассеянным с улицы Бассейной», то следовало осваивать другой вид силы: привлекать внимание внешностью, голосом, деятельностью. Хоть чем-нибудь. Но, видимо, пока он еще не мог взять себя в руки. А тут еще новая беда…
На просторной кухне очень стильно смотрелся кухонный гарнитур из натурального дерева, на окошке – черный телефон. Семья Чистяковых была из тех ретроградов, кто всё еще не отказался от домашнего номера. Но после событий прошлого года Ольга полностью сменила мебель. Вещи из прежней квартиры погружали ее в кошмар.
Пока женщина не присоединилась к ним, Регина спросила негромко:
– Как Елисей?
– Так же, – с каким-то отчаянием махнул рукой Гриша, затем полез в стол, достал сигареты и прикурил.
– Гриша? – удивленно воскликнула Регина.
– Если я не буду курить, то сопьюсь, – с кривой усмешкой пояснил он. – Магией пользоваться научили, а справляться со стрессами – нет.
– Извини, но тогда мне придется попросить тебя выйти на балкон. Я от сигаретного дыма задыхаюсь.
– Всё, – он быстро раздавил в пепельнице сигарету и открыл форточку. – Потом покурю. Знаешь, иногда мне кажется, что это вообще не мой сын, – он так и замер у окна, глядя на улицу, спиной к Регине. – От него прежнего только внешность осталась. Он смеется не так, как Елисей, интересы у него другие. Он не смотрит мультфильмы, не читает детские книжки. Он уверен, что ему надо учиться как можно больше, чтобы стать лучшим хирургом. Он часами изучает атласы по анатомии. А ему семь лет!
– Гриша, но разве это главное? – робко вставила Регина. – А если бы ничего не произошло и тот прежний Елисей захотел стать хирургом, ты что, его разлюбил бы?
– Да не в этом дело, – он опять махнул рукой и сел на табуретку. – Он меня не любит.
– Гриша…
– Я слышал, как он говорил Ольге, что его папа умер, что он готов жить со мной, но любить будет только прежнего папу…
– Послушай, не надо сгущать краски, – предложила Регина. – Представь, что ты женился на Ольге недавно и Елисей – твой сын. Ведь он действительно твой! Но тебя никогда не знал. Без тебя вырос. Как бы ты действовал в таком случае?
– Да, ты права. Это мелочи, по сравнению… Как там Борик? – и стало понятно, что эти его долгие жалобы лишь повод отсрочить вопрос и услышать ответ, который ему не понравится.
– Плохо, – Регина опустила голову. – В коме, весь обвешанный трубками. Только врачи уверены, что это ненадолго. Кто-то очень хотел его убить. Настолько хотел, что позаботился не только об осиновом коле, но и о специальном яде. И распознать этот яд они не могут. С каждым днем ему становится хуже.
– Мне так же сказали, – кивнул Гриша и потянулся за сигаретами, потом швырнул пачку обратно в стол и с грохотом задвинул ящик.
– Привет, Регин, – Оля не вошла, а будто соткалась из воздуха на кухне, настолько плавными были ее движения. Глаз не отвести.
То же самое событие – похищение сына – повлияло на нее противоположным образом. Из неприметной женщины, привлекающей к себе внимание, только если сама захочет, она превратилась в элегантную даму, поражающую одновременно красотой и неприступностью. Она еще обучалась магии, но каждый день делала успехи и через год-другой запросто могла превзойти прежнего Гришу в этом искусстве. К Грише нынешнему она уже подобралась. Ей прочили тоже карьеру мага-надзирателя, но она не торопилась найти свое место в системе.
– Значит, врачи ничего не придумали? – она слышала окончание диалога.
– Нет, – покачала головой Регина. – Спасибо Гриша его нашел вовремя, до утра без медицинской помощи он бы точно умер.
– Он мне позвонил, – объяснил Чистяков, – говорит: «Оставил Азу3 возле “Пятерочки”, минут через десять буду у тебя». Но его не было и через десять минут, и через двадцать. Я думал, может, в магазин зашел. Так зачем? Мог бы сначала зайти, потом мне звонить. И так муторно мне. Звоню ему – вызов идет, а трубку не берет никто. Ну, я и колданул. Вычислил, где он, пошел туда… – он снова полез за сигаретами и снова с грохотом задвинул ящик. – И это был человек. Как такое может быть, Регина? Человек не из системы, но точно знающий, как убить Борика. Что происходит, Регина? И я ведь предупреждал. Когда двух подростков-оборотней убили из детей ссыльных, никто даже шевелиться особенно не стал. Убили и убили. А я предупреждал: если на охоту по какой-то причине вышли люди – это серьезно, потому что встает вопрос: откуда они узнали? Кто их просветил? А что если они не остановятся на ссыльных или каторжанах? И вот, пожалуйста… Как накаркал. Только опять никто не пошевелится, да? Борик, он же не человек. Всякое бывает. Работа у него такая, да?
– Зря ты, – мягко упрекнула Регина. – Расследование Фролову поручили. Он рвется в бой. А у него, кроме мозгов, еще и сердце очень доброе. Сделает всё, что может, и не успокоится, пока не найдет преступника.
– Только вы там, в следственном комитете, можете сделать гораздо больше. Но не будете.
– Гриш, не заводись, – снова попыталась успокоить его Регина. – Ты меня позвал на систему пожаловаться? Так ни ты, ни я, ничего здесь не изменим. Следственный комитет занимается только убийствами людей, да и то не всякими. Тут даже отец вряд ли что-то изменит. Разве что личная инициатива…
Отец Регины был магом-надзирателем по европейской части России. Должность в двух шагах от начальника каторги, то есть очень большой чин. Отношения с ним были сложные, они только начали искать пути к пониманию друг друга. Вернее, она начала. Юрий Эрнестович давно пытался, но безуспешно.
– Вот насчет инициативы… – подхватил Гриша. – Оля, ты не могла бы оставить нас минут на десять?
Ольга демонстративно включила электрический чайник.
– Кто хочет чаю или кофе? – спросила она у обоих.
– Оля, я прошу тебя… – повысил голос Гриша.
– Ты ничего не спутал? – ровно поинтересовалась Ольга. – Прошли те времена, когда ты скрывал от меня большую часть своей жизни. Теперь я знаю всё и впредь тоже хочу знать. Если ты во что-то впутываешься, то я с тобой. Или не позволю тебе встрять, если это будет опасно для ребенка.
Гриша сжал кулаки и отвернулся, сцепив зубы.
– Да ладно, – легко улыбнулась Регина. – Хватит уже в Штирлица играть, говори, что ты задумал, все свои.
Мужчина тут же повернулся к ней, делая вид, что не замечает Олю.
– Я думаю, зигорра4 должен знать, как помочь Борику. Или подскажет, как найти преступника. Чем-нибудь обязательно поможет.
– С чего ты взял? – Регина поникла. Ей и самой пришла в голову та же мысль в больнице, но, вспоминая, какое давление ей пришлось выдержать в прошлый раз, чтобы попасть к зигорра, она заранее испытывала уныние.
– Потому что он всё знает, черт его подери! Он, даже сидя в газовой камере, умудряется всё знать. Иногда мне кажется, он до сих пор сидит в тюрьме лишь потому, что хочет там сидеть, иначе давно бы свалил. Слишком силен, зараза. Сходи к нему! Я уверен, он поможет.
– Я думаю, он
– Регин, ты вообще слышала, что я сказал? Если бы он захотел, он бы сбежал без всяких просьб. Он сидит там, потому что ему для чего-то это надо. Не знаю для чего. Не нужно ему ничье разрешение.
– Сомневаюсь, – поджала губы Стерва Нарутова.
– А ты не сомневайся. Ты ведь сейчас рассуждаешь в духе мудрой Эльзы: а что если… А что если твои рассуждения ложны, и он с радостью поможет, чтобы еще раз показать свою лояльность? Пожалуйста, Регина. Кроме тебя, никому не дадут разрешение.
– Потому что папа – большой начальник, – ухмыльнулась она. – Разрешение дадут. Просто, кроме меня, никому в голову не придет, спрашивать по этому поводу мнения зигорра. Да ты не волнуйся, Гриш. Я уже заполнила требование на беседу с ним. Просто хочу охладить тебя немного, чтобы ты особенно ни на что не рассчитывал. Вероятность очень мала, поверь. Очень.
Чистяков услышал только то, что ему было нужно:
– Уже заполнила?! Ты умница, Регина. Я всегда говорил, что ты далеко пойдешь. Завтра с ним встретишься?
– Завтра, – подтвердила она.
– А потом сразу мне позвонишь?
– Ну, этого уж обещать не буду. Может, и не позвоню. Смотря, что он мне скажет. Так что остынь немного. И поверь, что не ты один хочешь, чтобы Борик выжил. Хороший он мужик, хоть и вампир. И гады мы будем, если просто так его сольем.