Ален Грин – Наследие эллидора. Вторая часть (страница 2)
– Ох! – выдохнул маг.
Хэил встал и помог Тэсии подняться. Она отряхнула юбку и пошла по длинному узкому тёмному коридору. Сначала тот был деревянным и шёл под уклоном тридцать – сорок градусов, потом стал земляным и ровным. Запахло сыростью, плесенью и водой. Сейчас Хэил жалел, что не обладал силой огня – в кромешном мраке она не помешала бы. Женщина будто прочла его мысли. «Чирк» – в её руке засветился тусклый огонёк. Не факел, но всё же. Вскоре путники упёрлись в тупик. Тэсия провела рукой по холодной стене и, нащупав рычаг, потянула на себя. Раздался приглушенный щелчок, и, освобождая проход, земля ушла в глубину.
Они быстро вышли на поверхность из хорошо замаскированного грота, который был засажен вьющейся травой с серебристыми листьями. Завидев растение, Хэил непроизвольно подался в его сторону, потрогал бархатистые листья, размял один пальцами и вдохнул сладковато-кислый аромат. Женщина ничего не сказала, но посмотрела на мага, как на ненормального. Призывая двигаться дальше, она резко кивнула головой в нужную сторону. Хэил пошёл следом. Они обогнули грот и вышли к воде. С обеих сторон от грота стояли большие катушки, те, которые он видел на чертеже. От каждой бобины в воду спускались толстые скрученные жгуты.
– Скорее! – Тэсия схватила мага за руку и побежала в сторону одной из катушек, потом по кромке леса и дальше за угол деревянной будки. Только они спрятались, как из леса вышли двое здоровых парней. Они по очереди осмотрели катушки и, придя к выводу, что всё в исправности, удалились.
– Уже близко, – прошептала женщина и быстро пошла по узкой тропинке, углубляющейся в густой лес.
Через пять минут вышли на полянку, на которой стоял небольшой приземистый домик, обвитый тем же серебристым вьюном. Пахло сухой хвоей и выгоревшей травой. Весёлый птичий гомон доносился со всех сторон. Неожиданно из леса на поляну выскочил похожий на ласку небольшой серый зверёк. Он встал на задние лапки, повёл носом, увидел Хэила с женщиной, замер и молниеносно юркнул за ближайшие деревья.
– Пойдём, – позвала Тэсия. – Я живу в стороне от остальных. Деревня там. – Она махнула влево.
Попав в помещение, Хэил прищурился: полумрак, царивший здесь, не позволял толком ничего разглядеть. Привыкнув к темноте, маг заметил, что в доме они не одни.
В углу на кровати сидел мальчик примерно двенадцати лет. Он был худеньким и бледным. Светлые волосы, завиваясь в крупные кудри, достигали плеч. Прямой, как у матери, нос шмыгал от обилия соплей. Большие глаза осматривали гостя с интересом. Мальчишка поднялся с кровати и, прыгая на одной ноге, подскочил к матери. Женщина обняла сына и потрепала его по волосам.
– Как ты тут? – спросила нежно.
– Таски приходил, книгу забрал, – грустно сказал мальчик. – Кто с тобой?
– Это маг. – Тэсия села за стол. – Вот, – указала на сына женщина, – чтобы не сбежала, ногу ребёнку сломали. Кости срослись неправильно, и теперь он только скачет.
– Целитель? – спросил мальчишка, с ещё большим интересом разглядывая Хэила.
– Нет, – не без сожаления сознался тот.
– Какая ж от него польза? – Мальчик вскинул плечи, развёл руки в стороны и поскакал обратно к кровати.
– Сама пока не знаю, – откликнулась мать, – но чую, пригодится.
Первый раз в жизни о Хэиле говорили, как о неодушевленном предмете. Маг усмехнулся: что поделаешь, пленнику не выбирать. Он подошёл к кровати, наклонился над мальчиком, выпрямил его больную ногу, задрал широкую штанину и осмотрел место перелома. Тот не сопротивлялся, только скептически поглядывал то на ногу, то на Хэила.
– Без помощи целителя не обойтись. Кости ломать надо, ставить правильно и сращивать. Ларго бы исправил, я – бессилен. Травяной настой для лучшего сращивания – запросто. Мази для обезболивания – пожалуйста, а вот остальное…
– Значит, – обрадованно вскинул голову мальчишка, – исправить можно? Я смогу ходить?
– Почему он бледный, как смерть? – поинтересовалась Тэсия.
– Чем питается, что пьёт? – Хэил пригляделся и увидел, что кожа ребёнка действительно имеет странный землистый оттенок.
– Когда меня нет, ему в деревне готовят и приносят.
На столе стояли тарелка с нетронутой кашей и стакан с тёмно-жёлтой жидкостью. По всей видимости, компот.
Хэил понюхал содержимое тарелки. На первый взгляд, обычная каша. Он попробовал её на вкус и не заметил ничего необычного.
– Не буду есть. – Мальчишка насупился, вытер рукавом выступившие сопли и смешно сморщил нос. – Каша – гадость, а компот о-о-очень сладкий!
Хэил поднял стакан и принюхался. Фруктовый компот обладал едва уловимым запахом хрена. Он чуть пригубил жидкость, потом провёл языком по подсохшим губам. О себе дал знать острый, слегка горьковатый привкус. Быть не может! У мага округлились глаза. Хэил посмотрел на Тэсию и отставил стакан в сторону.
– Аконит или борец, семейство лютиковые. Это растение смертельно опасно. Это яд… – Хэил недоумевал, как можно травить ребёнка?! – Принесите чистой воды! – Тэсия вскочила и выбежала. – Давно ты пьёшь это? – Маг повернулся к мальчику. – Судороги были? Покалывание во рту, обильное слюнотечение, боль в животе, рвота?
– Давно пью?.. Судороги?.. – запинаясь, повторил тот. Его бледные губы посинели, а в глазах застыл испуг. – Компот приторный третий день. Я его не пил. Может, сделал глоток-другой, а остатки в кусты вылил, чтобы Таски ничего не заметил.
– Молодец! – Хэил облегчённо вздохнул и ободряюще похлопал мальчика по плечу. – Если аконит давали тебе в малых дозах, и ты его почти не пил, сильного отравления не будет.
В комнату вбежала женщина с ведром воды. Хэил взял чистую чашку, на всякий случай вымыл её и напоил мальчика.
– Бежать надо. – Тэсия устало уронила голову и закрыла лицо руками. – Раз до этого дошло… Жизни здесь не будет. Всё равно изведут.
– На берег вы меня вывели, теперь я помогу. – Хэил открыл окно и вылил компот.
Женщина горько усмехнулась, а мальчишка покрутил пальцем у виска.
– Куда бежать собрался? Мы на острове, – грустно сказал он.
Хэил, не ожидавший подобного поворота, опустился на стул и уставился в окно. «Тиньк, тиньк» – стучала по стеклу высокая трава.
– Рыбу где ловите? – спросил маг, не сводя глаз с одной точки.
– На речке, за пролеском, – объяснила Тэсия. – У Жила лодку беру и, пока отключают напряжение, пересекаю треклятое озеро. Там хижина есть. Она нас часто от дождя спасает. Наловлю – возвращаюсь. Неделю я дежурю, неделю – сменщица. Чтоб не сбежали, детей на острове держат.
– Завтра тоже ловите? – Хэил облокотился на стол и скрестил руки. Он напряжённо думал. В ответ женщина утвердительно кивнула. – Ты, когда еду приносят, всегда дома? – поинтересовался Хэил у мальчика.
– Могу в деревне быть или с Рэнэ в шалаше сидеть. Там здорово…
– Завтра с утра сделаешь так… – прежде чем продолжить, Хэил убедился, что их никто не подслушивает. – Пойдёшь в деревню… – Он запнулся, вспомнив про больную ногу мальчика.
– Доскачу, – поправил его тот, ничуть не смутившись.
– Поговоришь с другом, и домой. Сможешь?
– Доберусь, – заверил ребёнок.
– Когда ваш сын вернётся, пойдём рыбу ловить. – Хэил посмотрел на Тэсию.
Женщина утвердительно кивнула. Вдруг Хэил вспомнил тот необычный путь, по которому он прошёл, чтобы попасть на остров.
– Почему вы вывели меня из деревянной тюрьмы столь мудрёным путем?
– Когда незваный гость «покидает» нас, Таски подъёмный мост опускает – ходи сколько надо. Но, пока гость в городе на воде, туда никто не суётся, а если нужно срочно что-то достать, ходим тем путем, который ты видел.
– Почему ваш вожак столь суров и жесток? Зачем вы заперли себя в этом жутком месте? Зачем превратили красивое озеро в мёртвое место?
– Мёртвое здесь не место, а души. Именно омертвевшие людские души превратили Тахо в безжизненный водоём. – Женщина печально посмотрела в окно. Она долго молчала, наконец, заговорила. – Наши предки заперлись на озере триста лет назад – они боялись магов и их силы. Прибывших с суши людей не убивали, а оставляли на островах, чтобы блюсти чистоту крови. Магов же не щадили. Тех, кто восставал против правил, убивали или, чтобы они не смогли сбежать, калечили, – пока женщина рассказывала историю мёртвого озера, она с силой мяла пальцы. – Таски, наш нынешний
– Но зачем? – изумился Хэил. – Самому же некем управлять будет!
Женщина ничего не ответила, поджала губы, понурила голову и отвернулась.
– «Ужас, застывший в глазах подданных, лучшая награда для правителя» – любимые слова Таски. – Мальчик подскакал к столу. – Он говорит, это мудрые слова какого-то Гарэлия.
– Знает ли ваш Таски, как закончил жизнь почитаемый им Гарэлий? – губы Хэила искривились в усмешке. – Обезумевшие от жестокого обращения подданные разорвали его на части. – Женщина охнула, а мальчик изумлённо открыл рот. – Ваш Таски просто трус, прикрывающий немощь жестокостью. Мы сбежим отсюда и расскажем мэссирам о его самоуправстве на островах.
– Мэссиры – это ваши старейшины? – поинтересовался мальчик.
– Это старейшины людей, – поправил Хэил. – У магов старейшины – сэттэры.
– А самый главный у людей кто? Высший? Я про него в книге читал, – похвастался ребёнок.