Алексей Зырянов – Нежное касание страсти (страница 4)

Только в последние 20 лет я по-настоящему и с огромной болью осознал, что потерял ещё в 90-е возможность сказать ей «Спасибо». От неё у меня остался красивый носовой платок, который она мне дала за несколько дней до своей смерти. Она мне дала его, когда я приехал к ней с папой ноябрьским морозным днём весь сопливый. Но я никогда не пользовался носовыми платками, поэтому я в тот день просто положил его в карман рубашки. Папа привёз меня в гости к ней в тот дом на улице Киевская 73, в котором прошло моё детство во второй половине 80-х. Папа после развода с моей мамой жил со своей матерью и отцом.

Через пару недель после нашего визита к ней я узнал, что бабушка умерла в ночь с 21 на 22 ноября в больнице. Папа мне потом рассказал, что баба Аля хотела быть на моём дне рождения, но уж несколько дней из-за проблем с сердцем лежала в больнице. Помню, что нам (в доме на Шаимском) пришлось утром долго ждать гостей. Несколько часов ожидания. Почему-то никто не приходит к назначенному времени. Стол накрыт. Но никто не звонит в нашу дверь. И матери пришлось идти до ближайшей точки с таксофонами. Решила позвонить родственникам. А когда она вернулась, то я узнал, что бабы Али больше нет. Тот день вместо праздника превратился в подготовку к похоронам любимой бабушки. Но я абсолютно не был обозлён такой переменой. Я был ошарашен внезапной трагедией с той женщиной, которая почти 15 лет стучалась в мою детскую психологическую стену, не получая ни слова любви и ни одного тёплого прикосновения. С тех пор я никогда не праздную свой день рождения. Для меня навсегда 22 ноября связан со смертью важного человека, который был со мной с первых дней моей жизни.

И тот самый платок, который мне дала бабушка за несколько дней до неожиданной смерти, я храню бережно. Я никогда его не использовал. Он хранится бережно именно таким, каким был мною получен. Он сохранил все линии изгиба, которыми его укладывала для меня бабушка. Этот платок помнит руки любимой мною женщины. Самой любимой женщины, которая у меня была на тот момент.

И вот твой подарок, Юля, имеет точно такую же ценность, как и этот платок. Что бы ни произошло, этот платок и подаренная тобою записная книжка будут кочевать со мной по жизни. Я храню очень мало вещей из прошлого. Даже игрушки из моего детства ещё в нулевые покинули мою вторую малую родину – дом на Шаимском. Мой первый дом на улице Киевской 73, где мы жили всей семьёй и бабушкой Алей, уже в 2024 году готовят под снос. Все мои бабушки и дедушки умерли, не стало и отца уже давно. Теперь и материальная память в виде родительского дома из далёкого детства уходит в небытие. И после этого хочется держать в руках хоть что-то, что может дать почувствовать ту любовь, которой тебя одаривали самые важные люди. Даже самые крошечные предметы, которые достаются от самого важного человека – дороже любых материальных благ. В этих предметах – огромный источник жизненной энергии, который можно получить, когда уже нет того человека, кто посчитал нужным дать этот предмет именно тебе.

Я не смог сказать ни слова любви своей бабушке, которая осталась самой важной родственницей из всех лично для меня. Повторять таких ошибок я себе больше не позволю.

Ты, Юля, ещё один важнейший человек, которому я буду вечно благодарен. И пока есть возможность говорить тебе всю правду, с которой я по своей слабости так и не поделился с тобой в школьные годы, я хочу это сделать максимально открыто сейчас. Моя слабость заключалась в неготовности быть открытым чувствам даже той девушке, которую полюбил в те самые первые дни, когда ты появилась в нашем классе вместе со своими подружками. Я был благодарен вселенной, когда ты оказалась в одном классе со мной. Я был благодарен вселенной второй раз, когда ты и в старшие классы перешла в новый состав учащихся. Я благодарен был вселенной, что ты почему-то увидела в скромном пареньке Алёше того, кому можно открыть своё сердце. Я тогда оставался максимально неуверенным в том, что достоин принимать на свой счёт чувства такой невероятно прекрасной и непредсказуемой девушки, которая способна заставить беситься от гнева и одновременно испытывать восхищение. Но вся моя злость была глупой выходкой неуверенного парнишки, которому вселенная давала шанс построить отношения с очень важным человеком, который в итоге научит на всю жизнь тому, как надо вести себя абсолютно всегда.

Потеряв одного очень важного человека, я не смог дозреть своим умом до того, что вселенная мне послала ещё одного важного человека. Я сотни раз ещё тогда искал поводы тебя взять в охапку и удержать возле себя. Мы оба шутили друг над другом. Иногда ты говорила мне что-то слегка обидное, а я в ответ вместо чего-то похожего иногда просто включал холодильную камеру в своём сердце, убеждая себя в том, что моё равнодушие повредит тебе ещё сильнее. Так я пытался тебя проучить. Но потом всё равно оттаивал, когда всматривался в твои глаза, когда видел, как ты старалась не ранить меня, когда пресловутый кадет вновь заходил к тебе прямо в наш класс на перемене. Ты достаточно холодно реагировала на его попытки тебя «склеить». А я молча сидел неподалёку у своей парты и как будто не замечал вашей беседы. Нет, Юля, поверь: я сидел и глядел будто бы в окно, но я вслушивался на самом деле в ваш разговор. Ты не позволяла себе дать мне повода подумать, что ты меня якобы отвергла в пользу этого надоедливого кадета. А ведь ты могла намеренно сделать нечто именно такое. И когда этот кадет уходил после звонка, я оставался сидеть за партой и что-то изображать, показывая, что я как будто всё время был отвлечён. Нет, я на самом деле испытывал благодарность, что ты не растоптала моё сердце, давая мне шанс дышать тобою.

Теперь засыпать, когда под подушкой памятные вещи самых любимых мне женщин, – обычная странность для меня. Таким осознанным решением я говорю «Спасибо!» и «Люблю тебя!» тем, кто мне больше всего ценен в этой жизни. Если я умру во сне, то моя душа будет спокойна за то, что я постарался сделать всё, чтобы доказать, что никогда не забывал тех, кто меня любил. Пусть мой последний сон будет связан с любимыми женщинами до самой последней минуты моей жизни.

Юля, любовь всей моей жизни, если у тебя есть любое желание меня упрекнуть в чём-то из прошлого, то смело это реализуй. Тебе нечего бояться. Я весь твой. Я полностью перед тобой на коленях. Если был какой-то случай из нашей школьной жизни, который оставил в твоём сознании неразрешимый вопрос, то я со всей искренностью вспомню всё и обязательно тебе объясню. Я абсолютно искренен перед тобой. Теперь мне не за чем казаться сильным, если вся сила только в правде, которую говорить всегда легко и приятно.

Юля: 30 декабря 2023

«Привет Лёша! Мне приятно получить от тебя сообщение. Прочитав, я осталась немного ошарашена твоим откровением. Ты был прав, твоя внешность очень хорошо маскировала всё, что ты хранил внутри. Я бы никогда даже в голове такого не представила.»

Алексей:

Не могу не вспомнить ещё один очень важный момент моей жизни, связанный снова с тобой. Вроде он случился перед Новым Годом в 9 классе. Этот момент связан с тем меленным танцем, на который ты меня пригласила. Ты сама подошла ко мне и пригласила. Помнишь? Всё было так тихо, а для меня это просто шок был. Мы так спокойно сблизились тогда. И следом ещё один шок – ты положила свою голову мне на плечо.

И знаешь, что я думал в тот момент, Юля? Я уже был готов к тому, что ты начнёшь действовать на полную катушку. Свет был выключен. Играла музыка, но я сейчас даже не помню, что за музыка играла. Возможно, ты и помнишь, а вот у меня в уме всё сильнее развивалась одна мысль: «Она сейчас приподнимет голову и протянет свои губы!»

Я настолько был уверен, ведь ты сама подошла, потом ещё и голову на плечо положила, демонстрируя свою абсолютную расположенность ко мне. И я хотел и одновременно боялся, что ты на этом не остановишься. И я ждал. Я опять ждал, Юленька! Я был уверен, что ты тогда была намерена пробить мою защитную стену и пойти напролом. И если бы ты тогда решилась и дальше проявлять инициативу, то я уже готовился к тому, что обязательно тебя буду целовать.

Боже мой, я даже не знал, что со мной могло случиться, если бы я свой первый поцелуй тогда отдал тебе – девочке, которую безгранично люблю. И темнота, скрывающая нас, помогала мне тогда верить в то, что первый поцелуй неизбежен. Но… я был всё тем же непробиваемым стеснительным парнем, который только и может, что ждать инициативы от других, а сам постоянно опасается показаться слабым. Но если бы ты в своей привычной смелой манере решилась протянуть свою лицо к моим губам, то…

Я в мыслях своих уже тогда готовился, что обязательно тебя обниму более уверенно, чем я делал это в медленном танце.

Ох, Юленька, что бы с нами было после того первого поцелуя? Он мог решить всё разом!

Я уже не думал о том, что будет после этого поцелуя. Мне было всё равно. Я не слышал музыки извне. Во мне звучала одна только мысль: «Я тебя поцелую, ведь я тоже тебя люблю, Юля!»

Но в итоге снова сердце ждало нового решения от тебя самой. Всё, что мне тогда нужно было для поцелуя в темноте, – твоё последнее смелое движение к моим губам. Это разрушило бы последнюю крепость в моей нерешительности. Моё холодное сердце было уже растоплено, но мой ум всё ещё боялся собственной слабости. Всего лишь маленькое движение твоих губ к моим в тот школьный вечер и… этого письма не пришлось бы писать, собирая в нём все свои воспоминания с признанием. Один поцелуй бы всё сказал за нас обоих. Сама ситуация подтолкнула бы окончательно того самого влюблённого парнишку, которого ты неожиданно для него самого полюбила. Шанса на молчание уже могло не остаться в тот самый вечер.