Алексей Зубков – Дипломат и его конфиденты (страница 28)
— Эй! — крикнула Тина.
— Чо «эй»? Мы средь бела дня не грабим, не режем. Стоим без оружия, к кошельку руки не тянем.
— Отвали, — посоветовал Роб.
Тина сделала шаг назад и натолкнулась на еще одного члена шайки, которого сразу не заметила. Тот положил руку ей на правое плечо.
— Классическая подстава, — рядом появился Корбо в компании двух южных донов, — Спровоцировать жертву на агрессию, а потом прикинуться потерпевшими и вытрясти денежек. Вот и купленный стражник сюда внимательно смотрит. Как чувствовал, предложил в той же стороне кабак выбрать.
— Слышь, усатые, здесь так-то наш город, — повернулся к нему старший.
— А площадь ваще конкретно наша, — добавил длинный, что стоял за Тиной.
— Все лохи здесь — наша добыча, и неча за них вписываться, — продолжил мысль старший.
— Мы не лохи, а гвардейцы семьи Весмон с Восходного Севера, — сообщил Корбо.
Это стало второй ошибкой. Когда недалекие люди привыкают к определенному раскладу и балансу, они плохо воспринимают концепцию третьей силы. Гнусавый точно знал, что в Пайте имеют вес две семьи, никаких таких весмонов средь них не было. Вывод: пытаются съехать с темы, местных не знают, заступиться за них некому. Следовательно, можно давить до упора без опаски.
— И чо? И девка — гвардеец? Иди ты!
— Слышь, пахан, тебе по делу базарят, — перевел на понятный язык один из новых знакомых Корбо, — Это в натуре графские гвардейцы, зуб даю.
— И чо? Они под кем ходят?
— Под кем? — спросил южанин у Корбо.
— Мы под местными не ходим, — гордо ответил Корбо, и бандиты рассмеялись.
— За вас кто впишется? — спросил старший из них.
— Мы сами решим вопрос.
Корбо, Роб и Тина стояли треугольником лицами друг к другу. По бокам от Корбо двое донов, в эту сторону тыл прикрыт. Пахан между Тиной и Корбо, один бандит за спиной у Тины, двое по бокам и чуть сзади Роба. Корбо жестом показал Робу, что надо обратить внимание налево.
— Эй-эй, — южанин тронул Корбо под локоть, — Не кипишуй, надо на базаре съезжать.
— Надо
Эта фраза оказалась лишней. Тина, с ее небольшим опытом, и так была в состоянии натянутой струны, а когда затронули самый страшный страх, запаниковала и потеряла голову окончательно. Она молча ударила вперед левой рукой. Шилом в низ живота пахану, который стоял вполоборота к девушке.
Корбо внимательно следил за лицом Тины. Он чувствовал, что та сорвется раньше, чем он «съедет на базаре». Выхватил меч одновременно с ее ударом и направил в лицо парню, стоявшему справа от Роба. Роб повернулся налево и успел схватить другого бандита за запястье. Тот заранее достал нож, потому что его не видел никто из противников. Но не успел применить.
— А-а-а, сука! — всхлипнул пахан, — Больно!
Тина присела, вывернулась из некрепкого хвата за плечо и выхватила корд.
Южане переглянулись и отступили назад. Новый знакомый четко обозначил, что за него впишется не юго-восточное землячество, а какой-то неведомый граф Весмон, который не ходит под местными. Раз так, пусть сам выгребает, как умеет.
— Мы уходим, — сказал Корбо, — Всем стоять!
— Да хрен там! — взвизгнул пахан, — Пацаны! Наших бьют!
— Бежим! — сразу отреагировал Корбо, на ходу пересматривая концепцию.
Парень с ножом дернулся, и Роб от души зарядил ему кулаком в лицо. Длинный потянулся к поясу, где висел тяжелый тесак, Тина в низком выпаде рубанула его по ноге. Силы и веса в девушке было немного, зато клинок хорошо заточен.
— Ой, — сказал «тесак», глядя, как серо-желтый чулок становится темно-красным. — Да что же это делается?
Парень, которому Корбо сунул меч под нос, отскочил назад. Корбо махнул мечом в сторону пахана, не желая убивать, а просто, чтобы тот тоже отскочил и убрался с дороги. Пахан понял неверно, и наработанным движением попытался поднырнуть под клинок. Пробитый шилом мускул внизу живота его подвел, удар Корбо прилетел по голове и не полностью срезал с черепа кусок кожи с волосами.
— Убивают! — заорал пахан.
Толпа еще с «наших бьют» почувствовала заварушку, а уж посмотреть, как «убивают», народ всегда готов. Еще чуть-чуть, и не проскочили бы. Когда люди навстречу двигаются неплотно, они хотя бы увидят оружие в руках и отодвинутся в сторону. Когда толпа плотная, то задним угрозы не видно, а передним отступить некуда.
Все трое бегали плохо. То есть, не настолько плохо, как мог бы побежать Адемар, если бы попытался, но плохо. Ни в Пустошах, ни в Мильвессе перед ними не ставились задачи, которые бы требовали догонять или убегать пешком. Ведь если тебе надо куда-то поспешить, лучше сразу сесть на лошадь. Но местная братва вовсе не стояла в момент тревоги на той же стартовой линии. Боевой клич застиг «пацанов» кого где, и на этом гости славного Пайта выиграли первый рывок.
Зато догнать беглецов на прямой улице — задача не особо сложная для молодых, худых и подвижных. Бежалось и убегающим легко, и догоняющим еще легче. Встречные сразу понимали, что трое с оружием драпают от больших неприятностей и освобождали дорогу без напоминаний. Неприятности, от которых бегут сразу три вооруженных человека, определенно немаленькие.
Корбо осознанно пропустил подопечных вперед. Он знал, что из преследователей вперед вырвутся лучшие бегуны, а не лучшие фехтовальщики. Сзади им не видно, что мы убегаем уже с оружием в руках. Может и видно, но мелкие беззаконники не особо умные и не особо дорожат жизнью. С них станется догнать и попытаться схватить вооруженного, будучи пока безоружным.
— Э, попался! — раздалось за спиной.
Корбо резко повернулся и встретил бегуна элегантным уколом в грудь. Как и следовало ожидать, вперед вырвался паренек, не отягощенный доспехами и оружием. Второго графский секретарь неприцельно хлестнул по силуэту, попал в руку. Повернулся и вновь дал стрекача.
— Братва, у них пыряльники! — крикнул раненый.
Роб и Тина встретили Корбо в узком месте между двумя остановившимися телегами. Они отдышались и вдвоем выскочили из-за телег, ударили первых бегунов из следующей группы по ногам и остальных в узком месте встретили весьма достойно. Особенно Роб, крепкий парень с добротным мильвесским мечом. Корбо сразу же развернулся и присоединился к побоищу. Кто-то упал. Кто-то получил рану и отступил, мешая своим в узком проходе между телегами.
— Ай! — вскрикнула Тина, — Меня ранили!
Подбежала остальная толпа с рынка. Кто-то протиснулся между телегами и стеной, кто-то прошел по самим груженым телегам. В другое время возчики огрели бы кнутом за такую наглость, но в массовом побоище лучше не браться за оружие, пока самому ничего не угрожает.
— Тина, беги! — крикнул Корбо, отмахиваясь от подкрепления.
Роб схватил ее за руку и потащил за собой. Вот еще чуть-чуть и граница Квартала Отелей. Жилища наиболее высокородных жителей и гостей города обходит стража, которая подчиняется лично министру двора.
— Стоять! — крикнул стражник в цветах Блохтов, — Не ваш район!
Крикнул и тоже бросился наутек. Его дело — прокукарекать, а там хоть и не рассветай.
Троицу чуть не смяли встречные всадники.
— Стоять, засранцы! — рявкнул толстомордый сержант с высоты седла.
— Мы люди графа Весмона! — прохрипел Корбо, — Отель Чайитэ!
За спиной сержанта негромко свистнул, по-видимому, кто-то еще более главный. Сержант мотнул головой, мол, пробегайте, а всадники рассыпались в линию, перекрывая улицу.
Толпа остановилась. Пусть впереди не рыцари на огромных дестрие, но слаженная группа из пятерых людей меча верхом. Если даже они не победят три десятка разрозненных и кое-как вооруженных простолюдинов, то нанесут очень серьезные потери. К тому же, здесь не просто чужой район, а район, в котором «крыша» строго запрещает даже милостыню просить.
— Эй, вы! — крикнул кто-то из толпы остановившимся, чтобы перевести дух, беглецам от кривосудия.
— Чего? — ответил Корбо.
— Стрелу забиваем! Завтра! Первые колокола после полудня! Грузовой двор.
На мясной рынок свежатину привозят в первой половине дня в таком количестве, чтобы расторговаться до вечера, если у тебя нет здесь своей лавки с ледянкой в подвале. Телеги и тележки, разумеется, не ездят среди покупателей. Есть нормальная улица, где можно заехать на рынок, и площадка, чтобы развернуться после выгрузки. После полудня там уже нового товара не будет, а до уборки мусора еще далеко.
— Не придете — урою! — пригрозил Корбо, оставив последнее слово за собой.
Толпа возмущенно заревела и упустила из виду, что сам пришлый не высказал ни малейшего намерения прийти.
Всадники синхронно тронули лошадей вперед. Братва нехотя развернулась и поплелась обратно.
— Кто хоть такие? — тихо спросила Тина.
— Сальтолучард, — ответил Корбо, — По штанам видно.
Островные штаны для верховой езды все равно сшиты в национальной традиции. Две бесхитростные прямые трубы от пояса до щиколоток. Якобы моряк за бортом их легко скинет, чтобы не утонуть. И карабкаться по вантам не мешают. Всадники только подвязывают штаны под коленями, чтобы об лошадиный бок не задирались до задницы.
— Хорошо в театр сходили, — высказался Корбо, подведя промежуточный итог.
12. Глава. Мы уже вконец охренели или еще продолжим?
Корбо повреждений не получил. Робу порвали стеганку и оставили пару царапин. Тина прижимала к груди правую руку, на которой пропитывался кровью порезанный рукав. Часовые проводили всех внутрь, послали за доктором. Сразу же доложили Адемару. Граф удивился.