Алексей Загуляев – Пелена. Сборник фантастических повестей (страница 21)

— Но… Впрочем, конечно… Но всё равно я не вижу связи.

— А ты попробуй представить волну миграции, которая хлынет на север и запад после этого столкновения. И Россию, и Европу заполонят толпы беженцев, спасающихся от пожаров, от наводнений, от проснувшихся вулканов, от вспыхивающих войн и конфликтов, от экономических и политических неурядиц. Можно перечислять долго.

— Всё равно не понимаю. Извини.

— Нужен был способ остановить эту прогнозируемую волну. Ранняя эвакуация только усугубила бы ситуацию. Официально до сих пор уверяют, что Апофис пролетит мимо. Нужно было направить испуганных людей в контролируемое русло, поставить перед ними некую цель, которая их притянет. Ты говорил о кубике Рубика… Шимпанзе умирали от голода, но продолжали заниматься порученным им делом. Если бы даже начался пожар, они не сдвинулись бы со своих мест. Личинки, попавшие в организм, программируют живой организм на ту цель, которая в виде кода существует и в них самих. Надо только подкорректировать ДНК. На это и рассчитывали. Надо заставить инфицированных людей собираться в одном месте и охранять хоть кирпич, хоть собрание сочинений Толстого. Что угодно. Такая функция уже изначально была заложена в Glyptapanteles.

— Так вот в чём дело… — произнёс Кирилл, для которого в один миг связались две казалось бы не связанные друг с другом вещи.

— После той неудачи с «вакциной», — продолжал Константин, — решили использовать в качестве переносчика всё-таки живую осу, а не шприц. ДНК подшаманили. И в этот раз начали испытания с обезьян. Ну, ты с ними уже знако́м. Оставался только один нюанс — как быть с холодными районами. Ведь насекомые в холод впадают в спячку или вовсе не выживают. Для того и открыли лабораторию на «Варяге». Что называется, на скорую руку. И в целом поставленная задача была решена. Только в этот раз уже осы вышли из-под контроля. Однако укушенные ими люди теперь вели себя по-другому. Не кидались на всех встречных и поперечных. По крайней мере в своей основной массе. Они просто вынашивали в теле личинки до тех пор, пока те не выбирались наружу, чтобы окуклиться и превратиться в полноценную особь. Существовали так называемые гнёзда-матки. Их устроили специально по всей границе с Китаем и Казахстаном. И в Европе их тоже строили, в восточных областях. И в США, на границе с Мексикой. Проект «Пелена» сделался, можно сказать, международным. Разумеется, только на уровне тех организаций из трёх букв, которые отвечали за безопасность своих стран. К этим гнёздам-маткам стекались теперь все инфицированные осами, если им хватало времени добраться. А затем в этих гнёздах, исполнив свою миссию, они умирали. Надо полагать, безболезненно и без сожалений, поскольку их мышление уже не было обычным для человека.

— А что с теми первыми зомби? Их так и не удалось остановить или перенаправить?

— Не удалось. И хотя мы полагали, что данный казус был случайным и никак не согласовывался с поведением носителей новых мутаций, оказалось всё куда сложнее. Эти зомби играют важную роль в рое.

— В рое?

— Так назвали всю сложившуюся осиную иерархию. Это своего рода коллективный разум, каждый элемент которого несёт свою уникальную функцию.

— И какова функция у этих чудовищ?

— Мы называем их «звенья». Они способны вырабатывать электричество. Находясь на расстоянии хотя бы пятидесяти метров друг от друга, они создают цепь, своего рода коммуникационную сеть, по которой сигналы от «маток» — старших ос в иерархии, — передаются личинкам, а от них «стражам», которые их в себе несут. Это интернет и навигатор в одном флаконе. К этим гнёздам с матками устремляются инфицированные, чтобы пополнять главные колонии новыми осами. Совершенная система, которой не требуется внешняя подзарядка. Мало того, существует и третья ступень в этой иерархии, самая высшая, если исключить маток.

— И кто это?

— «Мозги». Они не занимаются ни вынашиванием личинок, ни их охраной, ни распространением, хотя тоже заражены. Среди них — учёные, люди искусства и вообще высокоинтеллектуальные индивиды. Их задача — использовать существующие технологии исключительно в интересах роя. Они создают искусственный интеллект и являются творцами новых идеологий. В их руках уже оказались некоторые военные части. У них есть серьёзное вооружение.

— За это время всё успело зайти настолько далеко?

— Да. Настолько, что мы едва поспеваем сдержать их натиск. А представь, что начнётся, когда прилетит Апофис! Мы полностью утратим контроль.

— Нет никаких шансов?

— Один. Последний.

— И в чём он заключается?

— В оружии, создание которого мы вот-вот завершим. Поскольку вся эта система держится на электрическом поле, то её можно и отключить. Тогда, разумеется, начнётся то, против чего изначально делалась «Пелена» — бесконтрольная миграция. Но теперь получается, что это меньшее из двух зол. У нас есть несколько центров, где строятся магнитные пушки. Это если по-простому. Одна из таких находится здесь, на ТЭЦ. Она нуждается в большом количестве энергии, поэтому вся мощность станции была переключена на пушку. Нужны ещё сутки, чтобы привести её в полную боевую готовность. Завтра, в 14:00 мы произведём первый залп. Однако есть опасность, что мы не сможем этого сделать. Разведка доложила о надвигающихся отрядах «стражей». Сегодня ночью они окажутся возле станции и попытаются её штурмовать. И идут они не только с автоматами и миномётами — в их арсенале артиллерия, БМП и тяжёлые танки. В этом смысле мы подготовлены куда хуже. Нет связи, нет возможности координировать свои действия с оставшейся армией и другими центрами. Теперь здесь каждый человек на вес золота. Этой ночью нам придётся довольно туго.

— Это невероятно, — промолвил Кирилл, всё ещё не в состоянии переварить в голове такой объём новой для себя информации, фантастической по своей сути. — У меня будет к тебе просьба, — добавил он.

— Какая?

— Ты говорил, что поедешь в город.

— Да.

— Там осталась Лиза. Ты её знаешь. Переводчица с «Варяга».

— Она тоже в Туломе?

— Да. Она здесь и жила. Осталась в том доме, откуда меня забрали. Вчера я не решился о ней сказать, поскольку не знал, кто эти люди, которые вломились в квартиру. Но сейчас думаю, что здесь ей будет, наверное, безопасней. А с ней ещё Мишка, тот пёс, который прибился к нам у Ветлани. Ты мог бы её найти? Думаю, она не ушла далеко от дома. Она узнает тебя, если увидит. Или возьмите меня с собой. Я сам попробую поискать.

— Нет. Тебя взять мне не разрешат. Ты для всех, кроме меня, тёмная личность. Я за тебя поручился, но взять тебя в город мне не позволят. А Лизу, если получится, я поищу. Но обещать, сам понимаешь, не могу. Да и не уверен, что этой ночью здесь будет безопасней, чем в городе. Ей было бы лучше убраться из этих мест как можно дальше.

— К сожалению, она об этом ничего не знает. Сегодня она собиралась идти на станцию. У неё на ТЭЦ сестра родная работала. Несколько дней как пропала, и вестей от неё не было. Машатина. Может, слышал о такой?

— Не слышал. Тут на территории отдельный блок есть, где держат на карантине инфицированных. Возможно, она там. Я постараюсь узнать.

— А здесь держат и заражённых?

— Да. У нас есть возможность без последствий изъять личинки. — Константин посмотрел на часы. — Всё, друг. Теперь мне пора. Увидимся вечером. Сейчас провожу тебя к Борисычу. У него получишь дополнительные инструкции и оружие. Как твоя рука?

— Что? — не сразу понял Кирилл.

— Ранение, — уточнил Константин.

— А. Да всё зажило. Я уже и забыл о нём.

— Отлично.

Пока шли по цехам и коридорам, Кирилл вспомнил о том, что сказал голос по коммутатору этому самому Борисычу, к которому они направлялись. Что-то про «жэ ноль-ноль два», явно относящееся к состоянию организма Кирилла. Но когда Дрегов намеревался задать Константину этот вопрос, к тому подошёл какой-то человек с небольшим монитором в руках и попросил, чтобы тот на что-то взглянул.

Константин дотронулся до плеча Кирилла, устало улыбнулся и велел, чтобы дальше он шёл сам, без него.

— Сейчас, — с серьёзным видом сказал он, — до первого поворота налево, потом второй кабинет. Скажешь, что я послал тебя. Борисыч оформит. Всё. Давай.

Вопрос Кирилла так и не успел прозвучать.

Глава 24

Кириллу выдали новый комплект одежды, на этот раз военного образца, бронежилет, сумку с противогазом (допотопным, какой он видел раньше только в музее), автомат и ручную гранату. Дополнительный рожок к автомату не прилагался.

— Попусту патроны не трать, — хмуро промолвил Борисыч, казалось, недовольный оказанным Кириллу доверием. Никаких особенных инструкций Дрегов тоже не получил.

— Когда начнётся заварушка, — добавил Борисыч, переквалифицировавшийся из дознавателя в завхозы, — в пекло не лезь. У тебя третья линия обороны.

— Это как?

— Командир отряда всё объяснит. Определю тебя к Лебедеву. Он сам, когда нужно, тебя найдёт. По цехам не шарься, сиди у себя и жди. И вот, — он протянул Дрегову белую наклейку. — Когда переоденешься, обязательно налепи на рукав. «Стражи» мало будут отличаться от нас, так что смотри, в кого будешь палить. Всё ясно?

— Ясно.

Кирилл, внезапно зациклившийся на этом «жэ ноль-ноль два», не удержался и всё же задал вопрос Борисычу.

Тот округлил глаза, словно ему предложили что-то непотребное.