Алексей Заборовский – Записки о северной войне "Эпоха Стальных Когтей" (страница 3)
Марк смотрел на него, не меняя выражения лица.
–Ты так думаешь?
– А что тут думать? – Новак развел руками. – Одна когорта против двух, да еще и против всей мощи Империи? Глупость. Они сдадутся при первых же залпах.
– Они не сдадутся, Новак, – тихо, но твердо сказал Марк. – Если бы это была глупость, они бы не закрыли «Вепрь». Они не дикари с Востока. Они такие же, как мы. Солдаты. Со своей магией, со своими укреплениями и, что самое главное, со своей правдой. За которую они готовы умирать.
– Какая у них может быть правда? – фыркнул Новак.
– Присягу нарушили.
– А ты никогда не задумывался, почему она нарушили?
Марк посмотрел в иллюминатор, где проплывали однообразные облака. – Их командир, Борги, не дурак. Его люди не трусы. Они что-то знают. Или их что-то задело так сильно, что присяга перестала что-то значить. Такое не заканчивается «легкой прогулкой». Это закончится реками крови. В основном – с нашей стороны, и военных.
Новак хотел что-то возразить, но замолчал, нахмурившись. Он привык доверять чутью Марка. Дальше их диалог затянулся. Они обсуждали слухи о силе «Когтей», о том, как их магия может превратить простой стальной щит в непробиваемый бастион, о суровости северного климата, который станет их врагом не меньше, чем мятежники.
– Ладно, лейтенант, – в итоге сдался Новак, почесав затылок. – Допустим, ты прав. Значит, будет жарко. Что ж, моя «Саванна» как раз любит деньки погорячее.
В этот момент корабль снова качнуло, но уже по-другому – он начал снижение. Марк посмотрел в иллюминатор, и его дыхание на мгновение застряло в груди.
Облака рассеялись. Внизу, под ними, простирались бесконечные, покрытые снегом и усеянные черными скалами хребты. Долины тонули в холодной, сизой дымке. Воздух за бортом, казалось, был настолько холодным, что его можно было разбить. Они подлетали.
Оперативный штаб «Молот», их новая временная база и последний рубеж перед линией фронта, должен был быть где-то здесь, в этом ледяном царстве. Лёгкая прогулка Новака осталась там, далеко позади, в тёплом и ярком Атриуме. Впереди их ждала только стужа и сталь.
Глава 5. База «Молот». Затишье
База «Молот» представляла собой гигантский муравейник, высеченный в вечной мерзлоте и прикрытый куполом энергощита. Воздух был густым от смешения запахов раскаленного металла, перегара двигателей и холодного, колючего запаха севера. Царила слегка напряженная, но рабочая обстановка. Повсюду сновали техники, грузовики с припасами, бойцы в разной форме – здесь были и «Дети Огня», и угрюмые «Железные Псы» Седьмой когорты.
Над всем этим витала одна и та же мысль, читаемая в каждом взгляде: «Мы сейчас пойдем воевать с когортами. Своими». Все надеялись, что бойни удастся избежать. Что мятежники одумаются, едва увидят над горизонтом силуэты ударных групп.
Офицеров собрали в центральном штабе – просторном бункере, где на стенах горели тактические голограммы. И здесь впервые проявилась главная странность операции: общее руководство осуществляли не маги-командиры, а военные – армейские генералы в строгих, безличных мундирах.
Когорты традиционно недолюбливали военных, считая их «слабаками», пешками без магии, годными лишь для тыловой службы. И теперь, когда предстоял бой против равных по силе, отдавать командование им было… горько.
Генерал, сухой и невозмутимый мужчина, зачитал краткую справку. Завтра – высадка в городе Терминус, первом крупном населенном пункте, перешедшем на сторону мятежников. Задача казалась простой: войти, обезоружить местный гарнизон (состоявший из остатков двух малых когорт), занять ключевые объекты и продемонстрировать флаг Империи. «Демонстрация силы», как это назвали.
Вернувшись во временные казармы – огромный ангар, заставленный рядами коек, – Марк застал привычную картину. «Старики» роты «Декстра» с громкими шутками и подначками «воспитывали» новобранцев.
– Эй, салажок, а если твой ствол на морозе заклинит, что будешь делать? Лизать? – хохотал сержант Вектор, наблюдая, как юный боец пытается согреть дыханием разъем своего карабина.
– Не слушай его, – добродушно подмигнул другой ветеран. – Просто пописай на него. Проверенный метод!
Новобранец краснел и пытался шутить в ответ, но голос срывался. Марк понимал: так они сбрасывают напряжение. Смех был громкий, шутки – грубые, а в глазах даже у бывалых читалась тревога.
В углу ангара, отгородившись от общего гама невидимой стеной, Марк и командир их роты, капитан Лианн, устроились на ящиках со снаряжением. Перед ними на планшете горела детальная карта Терминуса.
– Демонстрация силы, – с усмешкой провел пальцем по экрану капитан. – Любимая сказка штабистов. Они думают, что мятежники посмотрят на наши красивые мундиры и разбегутся.
– Они не разбегутся, – тихо ответил Марк, изучая узкие улочки промышленного района. – Они будут стрелять. И «Серые Камни» сделают эти улицы каменными ловушками, а «Северный Ветер» – он посмотрел на отметки о возможных засадах, – будет резать нам тылы.
– Значит, надо сделать все быстро и четко, – Лианн посмотрела на Марка. Ее глаза, обычно холодные, сейчас были просто уставшими. – Без геройства. Вошли, зачистили, закрепились. Штаб хочет показать флаг – мы его покажем. Но главное – выжить.
– Именно, капитан. Как бы ни обосраться, – с горькой прямотой сказал Марк.
Лианн хмыкнул. В их с Марком отношениях давно стерлась грань между субординацией и боевым братством.
– План такой, – он приблизил карту. – Наша рота идет по этому маршруту. Высадка – здесь. Дальше – стремительное продвижение к административному комплексу. Без задержек. Если упираемся в серьезное сопротивление – вызываем огонь артиллерии и отходим. Пусть армейцы со своими танками ломятся вперед, раз им так хочется славы.
Марк кивнул, запоминая каждый перекресток, каждую возможную точку для снайпера. Эта «простая» задача пахла западней. Но они были солдатами. И их работа была не в том, чтобы задавать вопросы, а в том, чтобы выполнить приказ и сохранить своих людей.
Завтра был бой. А сегодня была тихая, сосредоточенная готовность в шумном ангаре, где смех был лишь маской для страха, а настоящая работа кипела в углу, над пикселями карты, от которой зависели жизни.
***
Было время отдохнуть, Марк рухнул на кровать. Его поглотили мысли такие вязкие, что он медленно тонул.
Перед внутренним взором Марка, словно отражение в треснувшем зеркале, возник тот Марк. Восемнадцатилетний, с горящими от восторга и трепета глазами, впервые стоящий на площади Величия в сердце Атриума.
Он помнил тот головокружительный восторг, смешанный со страхом. Столица не была просто городом. Она была будущим, высеченным из хрома и неона. Небоскрёбы, пронзающие био-купола, голографические рекламные щиты, мерцающие как живые, воздух, пахнущий зеленью и энергией. После тихого южного городка это был шок, восхитительный и оглушающий. Он чувствовал себя песчинкой, но песчинкой, которая вот-вот станет частью чего-то грандиозного.
Поступление в Университет Когорт было для него не экзаменом, а посвящением. Он помнил, как дрожали его руки, как сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда старый преподаватель с седыми бакенбардами по прозвищу «Тот самый Мазур» кивнул и пробормотал: «Сырой, но потенциал есть».
Учёба была счастливым, напряжённым хаосом. Дни, наполненные лекциями по тактике, истории магии, теории энергопотоков. Вечера в библиотеке, заваленной старыми книгами. И бесконечные тренировки. Он учился чувствовать магию не как грубую силу, а как продолжение воли. Как направлять энергию так, чтобы не сжечь себя изнутри. Он был хорошим студентом, прилежным, жаждущим знаний, верившим, что сила дана ему, чтобы служить и защищать.
И однокашники… Они были его первым братством. Не таким, как «Декстра», скреплённым кровью, а братством юности и общих надежд.
Люк, дерзкий и амбициозный, мечтавший попасть в «Золотых Драконов» и вертеть судьбами Империи. Где он сейчас? Наверное, в столичном штабе, в чистом мундире, пьёт кофе и строит козни.
Элира, тихая девушка с невероятным даром к целительной магии. Она хотела в медицинский корпус, чтобы спасать, а не убивать. Узнала ли она, сколько раненых Марк отправил к таким, как она?
Каэл, упрямый, как бык, парень с Севера, чья магия была связана с землёй. Он рвался в «Железных Псов» или в пограничные части, «где пахнет настоящим делом». Возможно, он тоже где-то здесь, на этом фронте, в другой когорте. Или уже мёртв.
Сайлас, блестящий тактик, но слабый маг. Он шутил, что будет генералом и будет командовать ими всеми. Где его блестящий ум теперь? В штабе, разрабатывает ли он планы, которые отправляют их на убой?
Они были разбросаны по пятидесяти когортам Империи, как семена по ветру. Одни служили в элитных «Стражах Трона», другие – в забытых богом пограничных частях. Некоторые, как и он, уже стали лишь именами в списках «потерь». И сейчас он думал о том, как не встретить своих братьев в рядах восставших.
Тот юный, восторженный Марк верил, что они все идут к одной цели – величию Империи. Теперь он понимал, что они стали винтиками в гигантской, бездушной машине, которая перемалывала их жизни в угоду чьим-то амбициям и тайным играм у трона.
Он с горькой усмешкой представил, что бы сказал тот, юный Марк, увидев его сегодня – уставшего, лежащего в грязи перед новой битвой и вспоминающего их с тоской. Тот мальчик мечтал о славе. Этот мужчина мечтал лишь о том, чтобы его люди выжили. И в этой разнице заключалась вся пропасть между миром и войной, между иллюзией и правдой. Марк устал, хотя война только начиналась.