Алексей Заборовский – Гойя "второй сын империи" (страница 18)

– Благодарю, адмирал.

– Садитесь. – Корран указал на стул напротив. – Разговор будет долгим.

Тир сел. Адмирал не спешил начинать. Он рассматривал Тира так, как рассматривают новый образец оружия – оценивающе, прикидывая, на что тот способен.

– Вы знаете, что Совет принял решение, – сказал наконец Корран. – Проект «Возмездие» утвержден. Вы – главный конструктор.

– Я в курсе.

– Хорошо. Тогда следующий вопрос: вы знаете, кто будет командовать кораблем, когда вы его построите?

Тир нахмурился.

– Я полагал, это решит Совет.

– Совет решил. – Адмирал подался вперед. – Корабль такого класса не может достаться обычному капитану. Нужен лучший из лучших. Гончая с опытом, с интуицией, с удачей. Такой, который сможет доставить планету с самых дальних уголков мира.

– И кто же?

– Пока не решено. Кандидатов трое. Но… – Корран сделал паузу, – есть вероятность, что им станет ваш брат. Тир замер.

– Нанан?

– Да. Капитан Нанан Гойя. Лучший выпускник корпуса гончих за последние десять лет. Провел семнадцать успешных операций в тылу врага. Командует отрядом «Поглотители» – знаете таких?

– Знаю. – Тир кивнул. – Буксировщики планет.

– Именно. Он доказал, что способен на невозможное. Если кто и довезет снаряд до цели – то он.

Тир молчал, переваривая информацию. Нанан – на корабле, который он построит. Нанан – в сердце этой адской машины. Нанан – брат, которого он почти не видел десять лет.

– Вы против? – спросил адмирал.

– Нет. – Тир покачал головой. – Просто… неожиданно.

– Жизнь вообще штука неожиданная. – Корран усмехнулся. – Ладно. Это все детали. Главное – корабль. У вас есть допуск на Воровские верфи. Крупнейший завод галактики. Все ресурсы в вашем распоряжении. Срок – год.

– Я справлюсь.

– Знаю. – Адмирал встал, протягивая руку. – Удачи, инженер Гой. Империя на вас рассчитывает.

Тир пожал руку.

– Я не подведу.

Он вышел из зала и только в коридоре позволил себе выдохнуть. Нанан. Брат. Через столько лет.

Воровские верфи

Три дня спустя…

Это был самый большой завод, который Тир когда-либо видел.

Тысячи стапелей, доков, цехов, лабораторий. Миллионы рабочих. Корабли всех классов – от маленьких разведчиков до огромных дредноутов – строились здесь, ремонтировались, модернизировались.

Тир стоял на смотровой площадке и смотрел, как вдалеке собирают корпус нового линкора. Огромные секции, каждая размером с город, медленно сходились воедино под руководством гравитационных захватов.

– Впечатляет?

Тир обернулся. Нанан стоял в двух шагах от него. Десять лет. Десять долгих лет.

Он почти не изменился – та же легкая улыбка, те же живые глаза, те же вечно растрепанные волосы. Только форма другая – черная, с серебряными нашивками гончих, и на плечах – капитанские знаки различия.

– Нанан, – выдохнул Тир.

– Тир. – Нанан шагнул вперед, и через секунду они уже обнимались. Крепко, по-настоящему, как в детстве.

– Я скучал, – сказал Нанан в плечо брату.

– Я тоже, – ответил Тир. – Очень.

Они стояли так долго. Слишком долго для двух взрослых мужчин. Но никому не было дела – смотровая площадка была пуста.

– Пойдем, – сказал наконец Нанан, отстраняясь. – Тут есть место, где можно поговорить. И выпить. Ты пьешь?

– Иногда.

– Отлично. Пошли.

Кают-компания офицерского состава

Час спустя…

Они сидели в углу, за маленьким столиком, с двумя бокалами местного пива. Вокруг шумели офицеры, гремела музыка, кто-то пел – обычная вечерняя жизнь огромной верфи.

– Не ожидал тебя здесь увидеть, – сказал Нанан, отпивая из бокала. – Думал, ты в своей лаборатории, чертежи чертишь.

– Черчу. – Тир улыбнулся. – Но теперь чертить придется здесь. Совет назначил меня главным конструктором нового проекта.

– Знаю. – Нанан посерьезнел. – Мне сказали. Проект «Возмездие». Тот самый.

– Тот самый.

Они помолчали. Тема была тяжелой, и оба это чувствовали.

– Ты не обязан это делать, – тихо сказал Нанан. – Если не хочешь.

– Хочу. – Тир покачал головой. – Не сам корабль – ты же понимаешь. Но я хочу, чтобы если уж это неизбежно, корабль был лучшим. Чтобы он защищал тех, кто на нем. Чтобы давал шанс.

– Шанс на что?

– На возвращение.

Нанан посмотрел на брата долгим взглядом. Потом усмехнулся – но усмешка вышла грустной.

– Ты все такой же, Тир. Все веришь в чудеса.

– А ты? – Тир поднял бокал. – Ты веришь?

– Я верю в удачу. – Нанан чокнулся с ним. – И в то, что если уж умирать, то красиво.

– Не говори так.

– Почему? Это правда. Мы на войне, брат. Мы все умрем. Вопрос только – когда и как.

Тир смотрел на брата и чувствовал, как между ними растет что-то невидимое. Не вражда – нет. Просто… пропасть. Нанан говорил о смерти легко, как о чем-то обыденном. Тир не мог так. Для него смерть была врагом, которого нужно победить – технологиями, защитой, умом.

– Расскажи о себе, – попросил Тир, меняя тему. – Как ты? Как служба?

Нанан оживился.

– О, служба отлично! Ты не представляешь, что мы делаем. Буксируем планеты через полгалактики. Это же… это приключение, Тир! Настоящее! Враг охотится, мы уходим, маневрируем, иногда стреляем. А когда притаскиваем планету на место – это такое чувство… будто гору свернул.

– Опасно?

– Конечно опасно. В этом и кайф.

Тир покачал головой.