Алексей Виноградов – В западне времени Рыцарский долг (страница 5)

Макс подошёл к ним, посмотрел на поверженных бандитов, потом на Ольгу.

– Вставай, – сказал он жёстко, но не зло. – Ныть будешь потом, в замке, у камина. А сейчас нам надо ехать, пока тот, кто сбежал, не привёл подмогу.

Ольга шмыгнула носом, но послушалась. Встала, отряхнула мокрую задницу и снова полезла на лошадь.

– Ну и где этот ваш замок? – буркнула она.

Катя указала на горизонт, где уже зажглись первые огни.

– Там. Нас ждут.

– Ждут, – хмыкнула Ольга. – Кто? Граф какой-нибудь? Герцог? Скажете, я бухгалтер из Москвы, командировочная?

– Не думаю, что здесь знают такую профессию, – улыбнулась Катя.

–Значит, буду твоей фрейлиной, – решила Ольга. – Или кем там положено. Только предупреди сразу: в корсетах я задыхаюсь, в длинных юбках путаюсь, а эти их балы… Я лучше в салун, честное слово.

– Добро пожаловать в Средневековье, Ольга. Контингент тут так себе, сервис отвратительный, зато аутентично.

Макс уже собирался подать команду двигаться дальше, как вдруг Ольга, которая только что с философским выражением лица тонула в луже, резво вскочила и направилась обратно к поверженным бандитам.

– Оль, ты куда? – окликнула её Катя.

– Секунду, – отмахнулась Ольга. – У меня дело.

Первый бандит, тот самый молодой парень в нелепых доспехах, уже пришёл в себя и теперь пытался подняться, держась за разбитый нос. Из его ноздрей текла тонкая струйка крови, смешиваясь с дождевой водой и грязью на лице. Он жалобно смотрел на Ольгу, приближающуюся к нему с решительным видом.

– Слушай, – Ольга присела перед ним на корточки и бесцеремонно ткнула пальцем в его ржавую кирасу. – Где у вас здесь бутик?

Парень заморгал, пытаясь обработать информацию.

– Бу… что? – выдавил он.

– Бутик, – терпеливо, как маленькому, объяснила Ольга. – Магазин такой. Одежду сменить надо. – она брезгливо оттянула свою мокрую шерстяную накидку. – А то мне это не идёт. Серый цвет вообще не мой. И колется ужасно. У вас тут есть что-нибудь из бархата? Или хотя бы из нормального льна, без этой дурацкой шерсти?

Бандит открыл рот, закрыл, снова открыл. Из его горла вырвалось нечленораздельное бульканье, которое, видимо, должно было обозначать речь на староанглийском.

– Чего? – Ольга наклонила голову. – Ты по-человечески можешь сказать? Я не понимаю этот ваш древний диалект.

– Я… не… знать… такой слова, – с трудом выдавил парень, коверкая слова. – Бу-тик?

– Странные вы, – Ольга разочарованно выпрямилась. – Ни метро не знаете, ни бутиков. И одежда у вас убогая. Ну ничего, – добавила она с неожиданной энергией. – Я вас жизни научу. Двадцать первый век наступит, увидите ещё спасибо скажете.

Бандит икнул и попытался отползти, но Ольга уже потеряла к нему интерес. Её взгляд упал на мужчину постарше, который лежал чуть поодаль, приходя в себя после удара Макса. У этого был более солидный вид: борода лопатой, шрам через всю щёку, и одет он был чуть богаче остальных – на плечах видавший виды, но всё же кожаный плащ. Ольга решительно направилась к нему.

– Эй, командир, – она бесцеремонно пнула его носком мокрой обуви. – Вставай, разговор есть.

Бородач застонал, перевернулся на спину и уставился на Ольгу мутными глазами. Он явно ещё не до конца понимал, где находится и что происходит.

– Бабки есть? – спросила Ольга, уперев руки в бока.

Мужчина замер. Его мозг, привыкший к простым жизненным ситуациям (догнать – ударить – отнять), дал сбой.

– Бабки? – переспросил он с сильным акцентом. – Какие бабки? У меня нет бабок. У меня мать есть, но она старая, не бабка… или бабка? – он запутался в терминологии и замолчал, пытаясь понять, чего от него хочет эта странная рыжая женщина.

– Оль, – Катя подошла ближе, пытаясь сохранить серьёзное лицо. – Он не понимает. Ты про деньги спроси.

– А я про что? – Ольга удивилась. – Бабки – это деньги. Ну, монеты. Золото, серебро. Понимаешь? – она снова обратилась к бандиту. – Деньги есть? Вы же нас грабить пришли, значит, сами любите поживиться. Ну так давай, не фартануло вам сегодня, теперь мы вас грабим. Честный размен.

Бородач медленно осознавал происходящее. Его глаза округлились.

– Вы… нас… грабите? – переспросил он с таким искренним недоумением, что Макс, стоявший чуть поодаль, не выдержал и хмыкнул.

– А что такого? – Ольга пожала плечами. – Вы хотели нас ограбить, не вышло. Теперь наша очередь. Это же элементарная логика. Сами виноваты, нечего на людей с мечами кидаться. Давай, выворачивай карманы.

Бандит перевёл взгляд на Макса, потом на Катю, потом снова на Ольгу. Он явно искал поддержки или хотя бы намёка на то, что это шутка. Но Макс лишь скрестил руки на груди и прислонился плечом к дереву с видом человека, которому происходящее доставляет искреннее удовольствие. Катя прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Ну! – притопнула ногой Ольга. – Долго ждать? Холодно же!

Бородач, видимо, решив, что спорить с сумасшедшей женщиной себе дороже, полез за пазуху и вытащил тощий кошель. Бросил его на землю перед Ольгой.

– Это всё, – буркнул он обиженно.

Ольга подняла кошель, развязала тесёмки и заглянула внутрь. На ладонь высыпалось несколько мелких серебряных монет и горсть медяшек.

– Это всё? – переспросила она с нескрываемым разочарованием. – Серьёзно? Вы такие страшные, с мечами, а грабите на такую мелочь? Позор. Мне на маникюр в Москве дороже стоит.

– Тяжёлые времена, – буркнул он. – Кризис. Война. Англичане достали.

– Англичане – это святое, – согласилась Ольга, ссыпая монеты обратно в кошель и пряча его за пазуху. – Ладно, прощаю. Но в следующий раз, – она погрозила ему пальцем, – выбирайте жертву тщательнее. Не на тех напали. Мы, знаешь ли, с Дикого Запада. У нас там бандиты покруче были. Правда, Макс?

Макс молча кивнул, но в его глазах плясали чертики. Ольга уже собралась уходить, но на прощание обернулась:

– И вот ещё что. Когда у вас тут двадцать первый век наступит, сразу в барбершоп идите. Бороду подровнять. А то у тебя, командир, она как лопата, ей землю копать можно. Девушкам такие не нравятся. Я знаю, у нас Джейкоб вон какой стильный теперь.

Бандит проводил её взглядом, полным священного ужаса. Он не понял ни слова, но твёрдо решил, что от этой рыжей демоницы нужно держаться подальше. Катя, когда Ольга подошла, наконец позволила себе рассмеяться.

– Оль, ты невероятна. Ты только что ограбила средневековых бандитов.

– А что такого? – Ольга пожала плечами. – Сами напросились. И вообще, – она похлопала себя по груди, где лежал кошель. – Это мои первые трофеи в тринадцатом веке. Будут на чёрный день.

– Чёрный день в тринадцатом веке – это каждый день, – заметил Макс, отлепляясь от дерева. – Едем, а то стемнеет совсем.

– Едем, едем, – согласилась Ольга, снова с трудом залезая на лошадь. – Но предупреждаю сразу: если нас там в замке не накормят нормально, я объявлю голодовку. И вообще, надеюсь, у них там есть вино. А не этот их эль, от которого пучит.

– Оль, – Катя обернулась к ней. – Ты молодец. Держишься.

– А что мне остаётся? – философски заметила Ольга. – Паниковать? Так я уже отпаниковала. Теперь буду адаптироваться. Я бухгалтер, Катя. Мы, бухгалтеры, к любым условиям приспосабливаемся. Хоть тринадцатый век, хоть каменный. Главное чтоб баланс сходился.

– И как у тебя сейчас с балансом? – улыбнулась Катя.

– Пока минус, – честно призналась Ольга. – Но я работаю над этим.

Они въехали под тень деревьев, и замок на холме скрылся из виду. Впереди была только дорога, сырость и неизвестность. Но с Ольгой, которая только что ограбила бандита и обсуждала с ним барбершопы, всё это уже не казалось таким страшным. Дождь наконец прекратился, словно кто-то на небе закрутил кран. Тучи начали медленно расходиться, обнажая клочки бледно-голубого неба с розовеющими краями – солнце клонилось к закату. Воздух стал свежим и прозрачным, пахло мокрой травой, прелыми листьями и. свободой. Или это просто адреналин отступал? Ольга теперь восседала на лошади почти уверенно. Точнее, она позаимствовала, считай: конфисковала лошадь у тех самых бандитов. Макс одобрительно хмыкнул, когда Ольга, не спрашивая ничьего разрешения, просто подошла и взяла коня под уздцы.

– Это теперь моя компенсация за моральный ущерб, – заявила она. – И за мокрые трусы.

Теперь они ехали втроём: Макс впереди, всматриваясь вдаль, Катя рядом с ним, а Ольга чуть позади, но уже не вцеплялась в Катю мёртвой хваткой, а довольно уверенно держалась в седле. Истерика у неё действительно прошла. Похоже, фаза отрицания сменилась фазой принятия и любопытства.

– Слушайте, – вдруг сказала Ольга задумчиво. – Вот я сейчас Машке расскажу – ну, вы же помните Машку, я с ней в йогу хожу? Так она же обалдеет. Представляете её лицо, когда я скажу: "Маш, а я в тринадцатом веке, бандитов граблю, на коне скачу"? – Ольга хохотнула. – Вот это я понимаю, отпуск!

Катя обернулась и улыбнулась.

– Оль, вы ж с Машкой и не верили, – напомнила она. – Всё смеялись над нами. "Ой, Катя с Максом опять про свой Дикий Запад рассказывают", "Ой, у них там Пыльная Лощина, Тедди Колт, санта-барбара какая-то"… А теперь?

Ольга смущённо почесала затылок.

– Ну-у, – протянула она. – Было дело. Мы думали, вы прикалываетесь. Ну серьёзно, Кать, кто ж в такие сказки поверит? Перемещения во времени, ковбои, индейцы… Это же как в кино. А оно вон оно как, оказывается. Стойте! – скомандовала она. – Погодите!