Алексей Усольцев – «Фреймы: как изменить рамку мышления и увидеть новую жизнь» (страница 4)
Ему дают совет — он отвечает:
Появляется возможность — он думает:
Кто-то добивается результата — он говорит:
Фрейм жертвы защищает человека от риска.
Если я ничего не могу, значит, мне не нужно пробовать.
Если всё решено заранее, значит, я не виноват, что стою на месте.
Если мир против меня, значит, поражение можно объяснить ещё до начала действия.
В этом есть странное удобство.
Но цена этой безопасности — жизнь, которая постепенно становится всё меньше.
И однажды он может заметить, что уже не живёт, а только объясняет, почему не живёт.
Фрейм жертвы особенно коварен потому, что он часто маскируется под реализм.
Человек говорит:
Но иногда за этим стоит не понимание, а усталость.
Он говорит:
Но иногда за этим стоит страх снова разочароваться.
Он говорит:
Но иногда он знает только старую боль, которую переносит на всё новое.
Фрейм жертвы заставляет человека видеть прошлое как приговор.
Если меня предали — значит, никому нельзя верить.
Если у меня не получилось — значит, я не способен.
Если меня критиковали — значит, со мной что-то не так.
Если меня не выбрали — значит, я недостаточно ценен.
Так одно событие превращается в закон жизни.
Но событие — это не закон.
Это опыт. Иногда болезненный, иногда несправедливый, иногда очень глубокий. Но опыт не обязан становиться тюрьмой.
Фрейм жертвы говорит:
Фрейм силы говорит:
В этом разница.
Человек не виноват во всём, что с ним произошло.
Но он может постепенно стать ответственным за то, что будет строить дальше.
Ответственность — это не обвинение себя.
Многие боятся этого слова, потому что путают ответственность с виной.
Вина говорит:
Ответственность говорит:
Вина давит.
Ответственность возвращает силу.
Фрейм жертвы держится на вопросе: