Алексей Светлаков – Нет ничего прекраснее воздуха свободы (страница 6)

Иния кивнула, прикрыв за собой дверь. Флорина осталась одна, сжимая в руках письмо и глядя на дремлющую птицу. – Бедная птичка… Ну и досталось же тебе, – прошептала она.

-–

Иния ушла. Флорина убрала клетку за ширму, смахнула с подоконника следы пребывания птицы и присела на край кровати, снова развернув письмо.

На столе перед ней лежали полученное послание и чистый лист бумаги. Флорина задумалась, затем медленно вывела строки:

«Здравствуйте, Джек. Пишет Вам принцесса Наталина, но во дворце, где меня удерживают, меня называют Флориной. Меня похитили из Цвилиндарии и хотят насильно выдать замуж за принца Ларгиндии. Свадьба – через три дня…

Я не знаю, как Вы сможете мне помочь. Но с этой минуты я принимаю Ваше предложение, Вы – мой единственный шанс.

С искренней благодарностью и надеждой, Наталина.»

Аккуратно свернув письмо в тонкую трубочку, она спрятала его в стол. Теперь оставалось только ждать рассвета. Спать не хотелось.

«Хорошо, что голубь попал именно к Джеку… – в надежде думала Наталина. – Это хоть какой-то шанс выбраться отсюда. Но кто же стрелял в птицу? Кто пытался помешать доставить письмо?»

Размышления утомили её, и вскоре она заснула, прижав к груди драгоценное послание от Джека.

-–

Тихий стук в дверь разбудил Флорину. Она села на кровати – с вечера так и не разделась. Протерев лицо ладонями, она медленно приходила в себя.

– Кто там? – тихо спросила она, подойдя к двери.

– Это я, Иния, – раздался знакомый голос.

Флорина открыла.

– Доброе утро, милая!

Подруги обнялись.

– Я узнала, где находится Благосбург, – начала Иния. – Это на юго-западе, в глубине континента. Дорога от него, если ехать верхом на лошади, займёт два дня. Так мне объяснили.

– Два дня… Многовато, – вздохнула Флорина. – Но будем надеяться, что Джек успеет добраться.

– Я приготовила письмо, можно отправлять голубка, – сказала Флорина. – Только покормлю его перед дорогой.

Иния кивнула, потом, немного помедлив, добавила:

– Кстати, вчера вечером, когда я вышла от тебя, во дворе встретила Изабеллу. Она расспрашивала о тебе… как-то странно: не болеешь ли ты, чем занята и так далее. А потом спросила, не возвращался ли голубь. – Иния лукаво улыбнулась. – Ну, я, конечно, ответила, что ты здорова, занимаешься вышивкой, а про голубя сказала, что ты его и не ждёшь особо. Но мне интересно… с чего это она так им заинтересовалась? Может, это она пыталась его остановить?

– Действительно… – Флорина задумалась, но тут же махнула рукой. – Об этом ещё поговорим. А сейчас пора отпускать птицу, пока дворец не проснулся.

Они аккуратно привязали к лапке голубя свёрнутое в трубочку письмо. Флорина осторожно приоткрыла окно, огляделась – вокруг было тихо – и выпустила голубка, слегка подбросив его вверх.

Птица взмыла в небо, уверенно набирая высоту, пока совсем не исчезла в сереющем утреннем тумане.

В груди Флорины снова затеплилась надежда. Она закрыла глаза, представив, что летит вместе с голубем, чувствуя пронизывающую прохладу утреннего воздуха. И от этой мысли ей становилось радостно и легко.

Глава 12. Навстречу судьбе

Джек сидел на террасе, задумчиво всматриваясь в безоблачную даль. Небо медленно меняло цвет, подёрнутое утренней дымкой. Его взгляд скользил по макушкам могучих деревьев, выискивая малейшее движение в рассеивающемся сумраке. Мысли, словно поднятая ветром пыль, кружились в возбуждённом сознании, смешивая давние горькие воспоминания с лёгким, ещё не оформившимся шлейфом дум о предстоящем походе. Вся эта затея напоминала ему волшебную сказку из детства: историю об ужасном драконе и прекрасной принцессе, заточённой в неприступной башне.

Руки Джека тем временем работали чётко и автоматически: он разбирал и смазывал трофейный мушкет, лежавший у его колен. Он был уверен – принцесса ответит. А значит, нужно готовиться к дороге. Прошло уже больше суток с тех пор, как голубь с письмом улетел в ту самую даль, куда молодой муравьин устремил свой нетерпеливый взгляд.

В дверном проёме появилась фигура старого муравьина. —Джек, идем пообедаешь! Я приготовил индейку! Сынок, тебе нужно подкрепиться – ты ведь со вчерашнего утра ничего не брал в рот, – упрекнул отец. – Я поем здесь. Не могу пропустить возвращение голубя, – ответил Джек.

Старик принёс на террасу поднос с горячим, ароматным обедом – от запаха у Джека невольно потекли слюнки. Собака Пицца, учуяв лакомство, радостно заскулила. Вскоре и ей перепало немного угощения.

Джек уже собрался приступить к еде, как Пицца вдруг бросилась к ограждению, позабыв обо всём. Джек встал и подошёл к краю террасы, вглядываясь вдаль. Неужели голубь?

Солнце слепило глаза, и сначала он ничего не мог разглядеть. Но вскоре сверху донёсся знакомый звук хлопающих крыльев. По телу Джека пробежала волна возбуждения. – Это он! Наш голубь вернулся! – не сдерживая эмоций, крикнул он.

Птица на мгновение замерла в воздухе, а затем опустилась прямо в его раскрытые ладони. – С возвращением, родной! – радостно воскликнул Джек.

На голос прибежал отец. Они вдвоём окружили голубя, ласково разговаривая с ним и угощая жареными семечками. Старик помог снять с птичьей лапки свёрток с письмом.

Джек развернул послание на столе и начал читать вслух. Даже Пицца притихла, словно прислушиваясь к каждому слову.

Когда чтение закончилось, на террасе воцарилась тишина. Первым её нарушил старый муравьин: – Что намерен делать, сынок?

Джек задумчиво молчал. – Ларгиндия, – продолжил старик, – это двое суток пути на лошади. Я бывал в тех краях. А вот Цвилиндария… О таком месте я даже не слышал. Видимо, оно на другом конце континента. Значит, ехать туда за помощью нет смысла, – подытожил он.

– Да, пап, мне пора в дорогу. Я долго думал об этом и уже давно принял решение. Теперь сомнений нет – это моя судьба и мой путь.

Он резко поднялся. – Я пойду седлать лошадь. А ты, пап, вынеси мой походный мешок – он в спальне, за шкафом. Ещё прихвати картечь и порох. – Хорошо, Джек, сейчас всё соберу, – кивнул отец.

Через час у террасы стояла навьюченная лошадь. Конечно, не ларгинский скакун, но всё же лучше, чем идти пешком. К седлу была прикреплена клетка с голубем.

В последний раз проверив снаряжение, Джек обнял отца: – Не волнуйся. Если что – отправлю весточку с голубем. – Постой, Джек, я совсем забыл, память уже не та. Хотел рассказать тебе одну историю, но боюсь, времени сейчас в обрез. Зато я нарисовал карту – если пойдёшь напрямик по этому маршруту, окажешься на месте почти на сутки раньше, – сказал старик. – Вот это неожиданность! – удивился Джек. – Там же сплошные скалы! – Там есть очень узкий проход между скал, лошадь пройдёт. Это сократит твой путь вдвое. Если строго следовать карте – ты отыщешь его. Но будь осторожен. – Откуда ты это знаешь, пап? – Долгая история, как-нибудь в другой раз расскажу. Мы в составе сотни солдат-муравьинов выходили по этому ущелью в тыл врага. Места непроходимые, это точно. Но у тебя получится, – заключил старый муравьин. – Ну, прощай, а то судьба тебя заждалась. Поезжай с Богом, ей навстречу.

Ещё крепче обняв старика, ощутив прилив щемящей любви и знакомый запах его седых волос, Джек на мгновение вспомнил детство: как отец учил его садиться на лошадь. С каким терпением и любовью он это делал! В груди заныло. Джек мысленно отогнал нахлынувшие чувства. Отойдя от отца и потрепав Пиццу за холку, он вскочил в седло и двинулся на восток – туда, откуда прилетел голубь.

Проехав пару часов по широкой накатанной дороге, Джек остановил лошадь у большого камня, поросшего мхом. Всматриваясь то в отцовскую карту, то в густую чащу у обочины, но все же пришпорив лошадь, он свернул вглубь леса. В полумраке его глаза постепенно начали различать едва заметную тропинку, извивавшуюся, словно змейка, на изумрудном ковре мха и папоротника. Время от времени приходилось останавливаться, чтобы отыскать путь среди зарослей и свериться с картой. Казалось, этой дорогой давно никто не ходил.

К вечеру, изрядно вымотавшись от борьбы с непролазными дебрями, Джек вывел уставшую лошадь на широкую дорогу, покрытую жёлтой пылью. На обочине он разглядел поваленный столб и рядом лежащую потемневшую табличку с надписью: «Ларгиндия». Отцовская карта сэкономила больше суток. Теперь предстояло как можно ближе подобраться к дворцу. «И это будет непросто – его территория охраняется. Остается один способ известить принцессу, это голубь», рассуждал Джек.

Джек остановился на опушке леса, откуда открывался вид на дворец. Солнце клонилось к закату. Привязав лошадь к дереву, он достал лист бумаги и начал писать:

«Здравствуйте, Наталина! Я получил Ваше письмо и приехал к Вам на помощь. Дворец охраняется, но я надеюсь, у Вас будет возможность со мной связаться. Место и время – на обороте записки. Желаю удачи. До встречи. Джек».

Глава 13. Бабочка для императора

Дорогу к дому королевского герольда, Туаро проходил уже во второй раз. Аллея, ведущая к усадьбе, была обрамлена мандариновыми деревьями, наполнявшими воздух сладким цитрусовым ароматом. Дорожка из красной брусчатки выглядела нарядно и празднично. Впереди возвышалась небольшая усадьба из красного кирпича, чей центральный вход обрамляли золотистые колонны. Крыша, покрытая коричневой черепицей, венчалась бронзовым флюгером в виде бабочки.