Алексей Светлаков – Нет ничего прекраснее воздуха свободы (страница 5)

Теперь же король лишь слабо улыбался сквозь морок болезни, по его исхудавшим щекам катились слёзы, а затем он погружался в тяжёлый сон под тихое напевание. Его здоровье, подкошенное исчезновением дочери, таяло с каждым днём.

Королева же, аккуратно поправив одеяло, выходила из спальни и направлялась в главную башню. С высоты птичьего полёта она всматривалась в подернутый вечерней дымкой горизонт, надеясь увидеть знак – хоть что-то, что подтвердит: её девочка жива.

Её не отпускал образ следов на песке – последнее, что осталось от Наталины. И потому королева втайне от всех наняла детектива – старого, видавшего виды муравьина по имени Туаро. Но от него давно не было вестей, и тишина становилась всё невыносимее.

-–

Детектив Туаро мысленно составлял отчёт. Два месяца он колесил по континенту, выискивая ниточки, которые могли бы привести к пропавшей принцессе. Ниточки обрывались одна за другой. Теперь, в последнем пункте своего маршрута – далёкой Ларгиндии, – он почти смирился. Оставалось формально опросить местных и можно было возвращаться с горьким заключением: следов принцессы не найдено, и, скорее всего, она действительно стала жертвой дикого зверя.

Он остановился в пригороде у императорской резиденции, где как раз кипела ярмарка. Шум толпы, крики торговцев и запахи пряностей оглушали после долгой дороги. В поисках тишины и информации Туаро зашёл в небольшую таверну.

Заняв столик в углу, он заказал чашку цветочного чая. Миловидная пожилая муравушка-хозяйка принесла заказ, и детектив вежливо поинтересовался, кто здесь самый осведомлённый. Та, не задумываясь, кивнула на весёлого муравьина в красном колпаке, с курительной трубкой в зубах.

Тот сидел в компании, игравшей в странную игру. Шестеро участников перебирали костяные пластинки с символами, выкрикивая что-то непонятное. Туаро, любитель головоломок, заинтересовался: игроки набирали фишки, определяли очередь хода, а затем с азартом прикладывали их друг к другу, стараясь избавиться от своих первыми.

Решив, что лучший способ разговорить человека – это разделить его досуг, Туаро попросил разрешения присоединиться. Муравьин в колпаке охотно объяснил правила и подвинулся, давая место. Детектив представился вымышленным именем и упомянул, что приехал на ярмарку из любопытства.

Это было ошибкой. Его мгновенно окружили другие посетители, наперебой расхваливавшие свои товары. Туаро уже пожалел о сказанном, но его выручил новый знакомый.

– Эх, оставьте гостя в покое! – качнул головой муравьин в колпаке. – Лучше взгляните-ка на мою коллекцию бабочек! Я привёз её специально для ярмарки. Не желаете полюбоваться?

Туаро с облегчением согласился. Они вышли из шумной таверны в прохладный вечерний воздух.

-–

«Ваше Величество,

Осмелюсь доложить, что верный Вам слуга, выполняя деликатное поручение, приблизился к разгадке. Без малейшего сомнения, ответ на поставленную задачу найден. И он – положителен. Прошу переслать указанную сумму (на обороте сего письма) и коллекционный экземпляр бабочки "Махаон красноглазый" по ранее согласованному адресу.

С глубочайшим уважением, Ваш слуга».

Пальцы королевы Цвилиндарии слегка дрожали, когда она отпускала почтового голубя в окно. Полученное письмо она зажала в ладони так крепко, что ноготь впился в кожу. Она немедленно отдала распоряжение выполнить все условия письма. Только после этого, сделав глубокий вдох, чтобы унять бешеный стук сердца, она поднялась в покои короля.

Тихо ступая по мягкому ковру, она приблизилась к ложу. Король спал, его дыхание было ровным, но лицо – бледным и прозрачным, как воск. Она присела у изголовья, нежно проведя взглядом по морщинкам у его глаз – морщинкам, которых не было ещё год назад. В памяти всплыли дни, когда он кружил её в объятиях, узнав о беременности. Тогда их жизнь была наполнена светом. А теперь… «Наталина…»

Подумав о возвращении дочери, она почувствовала, как в груди тает ледяная глыба. Возможно, скоро. Совсем скоро, всё снова станет как прежде.

Она осторожно встала, чтобы не разбудить супруга, и вышла, прижимая драгоценный клочок пергамента к груди.

«Пока никому не скажу… – пронеслось в голове. – Ни королю, пока он так слаб. Ни советникам. Особенно не скажу Эдвину».

Мысль о том, что находка сестры может отсрочить неизбежную политическую свадьбу сына, мелькнула, но она тут же отогнала её. Слишком рано. Сначала нужно убедиться. Главное – весточка. Главное – надежда, которая из тлеющего уголька разгоралась в её сердце жарким, живительным пламенем.

А пока… пока эта тайна будет принадлежать только ей. И молчаливому голубю, уже взмывшему к облакам.

Глава 11. Утреннее послание

До свадьбы принца Оскара и Флорины оставались считанные дни. Дворец наполнялся предсвадебной суетой. Торжественный зал украшали тысячами цветов, превращая его в огромную оранжерею, наполненную восхитительным ароматом. Дорогу к центральному подъезду устлали яркими коврами, по краям которых выстроились изящные фарфоровые вазы. На стенах колыхались старинные гобелены с изображением рыцарских поединков, а перед дворцом обновлённый фонтан испускал цветные струи воды. Позолоченная карета, запряжённая шестёркой белых лошадей, в очередной раз проезжала по предстоящему маршруту свадебного кортежа. Весь дворцовый муравейник трудился, готовясь к грандиозному торжеству.

А в покоях принцессы творилась не меньшая суета. Вокруг Флорины копошились служанки, примеряя наряды и украшения, обсуждая детали события. Вся дворцовая индустрия красоты кружилась вокруг принцессы. Лишь иногда, вырываясь на свободную минуту, Флорина спешила к окну. Порой ей казалось, что она видит в небе силуэт своего голубка. Тревожное волнение тут же захлёстывало её, но почти сразу сменялось болезненным разочарованием. От этих переживаний хотелось куда-то убежать, а лучше – улететь, расправив воображаемые крылья, высоко-высоко, туда, где можно было парить без страха в воздухе свободы.

Приближался вечер, и постепенно покои принцессы опустели. Осталась лишь Иния. – Ты стала ещё прекрасней, – произнесла та, не скрывая горечи. Флорина, сидя у окна, молчала. Ей было уже всё равно. Последняя надежда растворилась, не оставив и следа. Не осталось сил тешить себя иллюзиями. Теперь им вряд ли кто-то поможет.

Солнце клонилось к закату, окрашивая облака в багровые тона. Алые отсветы подводили яркой чертой потемневшие контуры деревьев. На подоконнике стоял горшочек с бархатистой магнолией, наполняя воздух тонким, едва уловимым ароматом.

Флорина сидела у открытого окна, её белокурые локоны мягко спадали на побледневшее лицо. Усталость смела прежний румянец, а взгляд, казалось, ничего не видел перед собой. Мысли сплелись в тяжёлый клубок, хаотично болтаясь в опустошённом сознании. В этот момент нежной, живительной волной полилась струнная мелодия, постепенно пробуждая её ото сна.

Иния плавным прикосновением извлекала из натянутых струн арфы нежные звуки давно забытой грустной мелодии. Сейчас в их душах безмятежно дрейфовали разочарование и горький осадок. Ведь через несколько дней всё будет кончено. Слёзы одна за другой прокладывали мокрые дорожки по щекам Флорины.

– Но что это? Этого не может быть! Иния, смотри скорее! – Вытирая слёзы, Флорина привстала и потянулась к окну.

Она распахнула створки так стремительно, что, казалось, вот-вот выпадет наружу. К ней подскочила Иния, обнимая за плечи. Флорина потянула руки вверх. – Милая моя пташка! Родненький мой голубочек! Ты вернулся! Ты наш спаситель! Иния, смотри, он вернулся!

Таких бурных эмоций Флорина никогда не испытывала – это была яростная вспышка забытой радости в её остывшем сердце. Голубь, хлопая крыльями, парил у окна, выбрая место для посадки на подоконнике. – Мой милый! – шептала Флорина, подхватив и прижав птицу к груди. – Мы уже думали, что ты не вернёшься…

Через несколько минут в её руках оказалось долгожданное письмо. Самый дорогой подарок в жизни. Подарок судьбы. Она ещё не догадывалась, что оно не принесёт желанного утешения, но всё равно – это было небольшое дуновение ветерка свободы. Посадив голубя в клетку, Флорина развернула листок. И стала читать.

"Вас приветствует Джек из Благосбурга.

Эта птица была ранена в крыло, по всей видимости, в неё стреляли, и она попала к нам во время бури. (Птицу мы выходили.) Ваше письмо сильно пострадало от воды, но из остатков слов мы поняли, что вам требуется помощь. Мы готовы приложить все усилия, чтобы вам помочь, если, конечно, она вам потребуется. Надеюсь, голубь найдёт обратную дорогу без проблем.

С уважением, Джек."

Флорина слегка расстроилась, что письмо не попало к её родителям, но радость не покидала её. Это всё равно был шанс – пусть далёкий, но шанс. – А как далеко от нас Благосбург? – неожиданно спросила Флорина. – Я не знаю, но могу узнать, – ответила Иния. – Как ты думаешь, можно ли довериться этому Джеку? – продолжила принцесса. – Я думаю, у нас нет выбора. Мы ничего не теряем. Стоит попробовать, – подытожила Иния. – Да, милая. Я сейчас же начну сочинять ответ, а ты ступай. Утром мы встретимся. Только узнай, пожалуйста, как далеко этот Благосбург, – прощально произнесла принцесса. – Хорошо, доброй ночи, Флорина! – Повернувшись, Иния стала уходить. – Постой! – резко окликнула её Флорина. – Мне нужно, чтобы о голубе и письме никто не знал. И приходи пораньше.