Алексей Стопичев – Былины огня (страница 7)

Емет взял чайник, подлил себе в пиалу напиток и проговорил решительно:

– Испугался сильно! Тем более, стареют-то не сами. А, как я думаю, после манипуляций каких-то. И силу теряют, при переходе полученную…

– Каких манипуляций? – я прищурился и смотрел на коновала, прокручивая в уме, кто из бывших коллег мог такое вообще сделать, и зачем ему это понадобилось.

– Да если бы я знал, – развёл руками приятель. Посмотрел тоскливо в окно и сказал:

– Не знаю, как к вам, а ко мне приходили эмиссары. Только не признавались, от кого. И спрашивали, не хочу ли присоединиться. Мол, талант мой по генно-модифицированию очень им нужен. Я объяснил спокойно, что давно отказался от союзов, да и исследований новых не планирую. Эмиссары покивали, да ушли. А потом меня пытались убить…

Я осторожно поставил пиалу на стол и спросил:

– А пытался-то кто? Их-то узнал?

– Не наши, если ты к этому спрашиваешь, – покачал головой коновал, – А как раз изменённые какие-то. Двое. Могучие. Из чистой энергии. До сих пор удивляюсь, как ноги унёс. Шестерых моих зверей порвали за пару секунд. А я не смог даже сердца врагов почувствовать, чтобы остановить! Моя сила просто оказалась бесполезной! С живыми, Сёма! А это означает, что силу мою знают, к ней готовились. И я оказался беспомощен!

– И как выжил? – с интересом спросил я.

– Повезло, честно говоря, – Емет вновь схватил сладость и стал жевать, причавкивая от удовольствия, – Саблей отмахивался, да одному изменённому отсёк лапу. А они сознанием, видимо, друг на друга завязаны были. Пока один от боли корчился, второй тоже завис. Тут мои зверушки оставшиеся и смогли порвать тварей!

Я удивлённо покачал головой:

– Психический симбиоз? А скорость? А вид? – я посмотрел на приятеля: – Выкладывай всё! Это ж и нам с ними столкнуться, может, придётся!

– Похожи на тигров, пожалуй, только саблезубых. Скорость страшная, но не предельная. Но вот шкуры у них толстенные. И устойчивость к моему воздействию. Ежели б я сразу понял, может, сумел бы побороться. А так, пока пытался до их органов дотянуться – они моих зверушек рвали. На моих глазах…

А я вспоминал колдуна Кегена и думал – не могут ли это быть событиями одной цепи. И хотя Кеген грозился Тенгри, кто знает, кто на самом деле стоял за человеком, получившим вдруг большую силу? И не только получившим, но и сумевшим этой силой управлять, создавая упырей и оборотней. Впрочем, даже до нашего переселения сюда существовало в этом мире много существ страшных, сильных, неправдоподобных. И если бы не обретённые нами при Переходе силы…

– Вот что, друг мой, – я махнул рукой Емету, – Давай-ка собирайся, да поедешь со мной!

– Куда это? – сощурился коновал.

– К Сварогу, – пожал я плечами, – Расскажешь ему всё, пусть заведующий лабораторией думает, что и как. Да и у нас защита будет. На базе у нас Перун, Стрибог, Ярило. Да и так десятка два ошивается тех, кто не в походах, да не в приключениях.

Емет задумался и отрицательно покачал головой:

– Нет, Сёма, я к вам не побегу! Я скоро из Биляра ухожу совсем. Куда, прости, даже тебе не скажу. Но уж точно никто не найдёт! А я сейчас два десятка зверей изменяю. Ещё посмотрим, кто кого. А ежели уж совсем невмоготу станет – то и вся ваша компания ни меня не защитит, ни себя. И тут уж лучше одному скрываться.

Я внимательно посмотрел на приятеля и проговорил:

– Изменился ты, Емет! Сильно изменился.

Коновал затравленно посмотрел на меня и огрызнулся:

– Все меняются и всё! Один ты такой же – простой да прямой. Но это до поры до времени. И тебя скривят. Если вообще жив останешься!

– Ну, тут уж будем посмотреть, – усмехнулся недобро я, – Но я уж точно прятаться ни от кого не буду.

Какое-то время мы посидели в молчании, и я спросил внезапно:

– Как думаешь, Тенгри может за этим стоять?

– Да кто ж его знает? – тоскливо проговорил Емет, – Раньше сказал бы, что никогда! Всё же они с Куаром одни из самых разумных были. Но сейчас, – коновал поставил аккуратно пиалу и решительно отодвинул сладости, – Сейчас я уже ни в чём не уверен!

– А обитает он там же? – я встал, понимая, что ничего путного от Емета уже не услышу и не узнаю.

Емет лишь молча кивнул и встал, чтобы меня проводить…

Глава 10

Степную дорогу и дорогой назвать было трудно – так, еле заметный след в бескрайних травах. Впрочем, степная коняшка, которую я позаимствовал в Биляре, спокойно находила этот след среди пахучих в последний день весны трав. Солнце здесь припекало нещадно, но я, на манер ушкуйников, намотал на голову белую косынку и лениво поглядывал по сторонам. Сзади меня ехали ватаман ушкуйников Прокоп, его ведун Хорь, да Гай со Станимиром. Когда я после беседы с Еметом пришёл к Прокопу и сообщил, что еду к Змеевым горам, ватаман сам вызвался сопровождать. Сказал, что не может одного из сварожичей одного отпустить, раз уж по рукам ударили. Хотя, думаю, главарю промысловиков-пиратов просто самому захотелось посмотреть на легендарные горы, где обитал бог булгар Тенгри со своим братом Куаром и сестрой Сунасой. Ни Куар, ни Сунаса, естественно, Тенгри роднёй не доводились – просто работали в одном из отделов менеджмента в своё время. Но сообщать об этом ушкуйникам, либо ещё кому я, конечно, не стану. Да и на просьбу Прокопа согласился сразу. Вряд ли ушкуйники смогли бы подсобить в чём-то серьёзном. А вот впятером ехать всяко веселее, чем одному болтаться по пыльной, прожигаемой солнцем степи.

Да и то слово, новгородские ушкуйники людьми были образованными, да и неглупыми. Повидали много, с людьми разными поговорили. Оказывается, и на запад ходили «промышлять». И на юг даже дальше Биляра плавали. Особенно выделялся ведун ушкуйников Хорь. И грамоту знал. И счёт умел. Да и познания в ведовстве были такие, что многие воеводские ведуны позавидуют. Я не выдержал, спросил:

– Хорь, а почто ты к ушкуйникам подался? Работёнка опасная. Да и славы тут вряд ли сыщешь. Тебя ж любой воевода с удовольствием бы взял к себе в дружину!

Чернявый ведун чуть поморщился, повертелся в седле, а потом заговорил, старательно сдерживая быстрые слова, чтобы речь более размеренной получалась:

– Да пробовал я с воеводами. Скучно мне там. Простору нету!

Я покивал понятливо, и ведун загорячился вдруг, будто боясь, что не так объяснил, либо не пойму:

– Мне на одном месте усидеть трудно! Скучно всё, тускло и неинтересно. А тут – походы постоянные. Люди новые. Невидаль всякая. Вот, помню, на юге с дэвами мы схлестнулись! Думал, отправят в Навь нас. Но нет, сдюжили. И прямо жизнь красками играет потом. И вспомнить есть чего.

– Дэвы – да! – смущённо хмыкнул Прокоп, – Ежели бы не Хорь тогда – полегла бы вся ватага наша!

– Это где ж вы с ними встретились? – удивился я. Знал, что эти гиганты, появившиеся здесь много раньше людей, были в своё время настоящим бичом этого мира. Помнится, и мы много сражались с этими тварями, пока не истребили их полчища. А оставшиеся враз поумнели – разбрелись кто куда и уже не ходили разорять людские селения.

– Да-а-а, – смущённо протянул Прокоп, – На юге далеко. Ажно за первым морем! Послушались местного, который сказал нам, что пещера есть там с сокровищами, да сунулись. Очень уж злата-серебра захотелось.

– А того не подумали, – хохотнул Гай, – Что ежели б легко можно было забрать сокровища, то их бы и не было давно.

– Задним умом все мы крепки, – смущённо пробасил Прокоп, и повёл плечами так, что тихо звякнула кольчуга. Впрочем, сам же рассмеялся, признавая, что промашку совершили, и принялся рассказывать: – Прибыли мы к горам, начали пещеру ту искать с сокровищами, да и нашли…

– Только вместо сокровищ на нас два дэва выскочили, – рассмеялся Хорь, – Уж как мы удивились и обоср… обделались, в обсчем!

– Они тоже удивились, – расхохотался Гай, – Ну-к, еда сама к столу пришла.

Теперь уже ржали все ушкуйники, вспоминая страшное приключение.

– Так как победить-то смогли дэвов? – с интересом спросил я их. Одно дело, когда существа с силой с гигантами сражаются – и совсем другое, когда люди обычные. Пусть и с ведуном. Потому как силища у дэвов действительно страшенная. Магией владеютА кожа толстая настолько, что её и меч с копьём не пробьют.

– А Хорь одного силой в ущелье толкнул, – тут же отозвался Гай. А второго ватаман наш палицей по кумполу удосужил! Тот упал, ну мы в голову и натыкали железяк! Тулово-то такое, что и не проткнуть, а вот в глаза, да в уши втыкалось оружие.

Я восхищённо покачал головой и проговорил уважительно:

– Сильны, бродяги!

Прокоп даже подбоченился в седле и любовно потрогал свою палицу, висящую сбоку. Даже Хорь заалел от смущения. Всё же сам Сварожич похвалил, не абы кто. Однако, долго наслаждаться похвальбой не вышло. Слева в степи я заметил какое-то движение и обеспокоенно посмотрел в ту сторону. Слишком необычным показался объект. Кинул плетение, но оно вдруг за полверсты до цели рассыпалось, не успев ничего показать. Я нахмурился обеспокоенно, вытянул вперёд левую руку и призвал Рарога. Когда огненный сокол сплёлся из золотых нитей прямо в воздухе и рухнул на наруч, ушкуйники восхищённо выдохнули. А я остановил коня и произнёс негромко:

– Лети влево, смотри, кто там!

Рарог заклекотал и взмахнул своими огненными крыльями, взмывая вверх. Пара мгновений – и он уже летел, набирая высоту, к странному объекту. А я стал смотреть его глазами и увидел странное завихрение. А когда сокол приблизился, охнул и соскочил с коня. К нам приближались два сгустка огня, принявшие облик, чем-то напоминающий людской, но без ног. Структуру создания я рассмотреть не мог подробно, но мог поклясться, что она состоит из чистого пламени.