Алексей Стопичев – Аллегро чести. Книга вторая (страница 11)

– Либо я, либо Жанет, – пробормотал слуга губернатора.

– Хорошо, – кивнул маг, – Я дам вам порошок, который вы высыпите в кувшин с питьём, либо в бутылку с вином.

– Ч-что это за порошок? – осмелился спросить Конел.

– Яд, – абсолютно честно ответил маг, и внутри у слуги захолонуло всё от страха.

– Н-но, к-как же м-можно, – запинаясь проговорил Пичетти.

– Я заплачу вам сто пятьдесят песет, – проговорил неизвестный, и Пичетти вновь задохнулся, но уже не от страха, а от алчности. Тот домик, который он присмотрел, стоил сто двадцать песет. А на оставшиеся тридцать ещё можно было купить утварь и мебель. И в голове Конела уже промелькнули картинки из счастливого будущего, где они с Заритой въезжают в домик, а после живут долго и счастливо. А на окнах обязательно будут кружевные шторочки. А то, что погибнет этот самый Хар. И не обязательно, что с губернаторской дочкой Фризой – ну что же. Всему есть цена. А ему этот дворянин никогда не нравился. И то сказать – порядочный человек в дом через окно не забирается. Да и сама Фриза… Чем она лучше Зариты? И почему у неё от рождения есть всё, а им с Заритой с самого детства приходится мыть чужую посуду, тереть полы и прислуживать? Так какого чёрта он должен стесняться и бояться?

В общем, Пичетти ещё поупирался для приличия, но порошок всё же взял. И подробно выслушал инструкции. И теперь действовал строго по ним. Утихомирил дрожь в руках и пошёл на ватных ногах к комнате Фризы, расставив на подносе еду и в центр поставив графин с отравленным соком. Только он постучал, как хозяйка открыла, забрала поднос и захлопнула перед Конелом дверь. Пичетти постоял минуту под дверью, слыша, как Фриза смеётся чему-то, а потом слуга на негнущихся ногам побрёл назад на кухню. И там стал ожидать, как того велел маг.

Через полчаса Конел окликнул Жанет и приказал ей сходить к госпоже Фризе, узнать, не желает ли она чего-либо. Жанет пробурчала что-то, но оторвалась от гадания на картах и пошла на второй этаж. А потом Пичетти услышал истошный визг служанки. Он кинулся наверх и столкнулся у комнаты Фризы с дворецким и начальником охраны. Дворецкий был бледен. Посмотрел на Конела и прохрипел:

– Госпожа и гость мертвы! Мы послали за губернатором и за следователем. Проследи, чтобы никто ничего не узнал.

Сердце Пичетти сжалось от страха, он пытался что-то сказать и не мог. Лишь кивнул и побежал на кухню. Там, не отвечая на вопросы кухарки и посудомойки, сел на стул и сжал руками голову. Нет, его обуял не ужас от содеянного, а страх перед расплатой. Что, если следователь поймёт, кто отравил барда и хозяйку? Потом Конел справился с собой, поднялся и приказал кухонной обслуге оставаться на месте, а сам вышел через чёрный ход и быстро пошёл прочь от дома губернатора. Взяв порошок, он получил лишь пятьдесят песет – задаток. Теперь следовало забрать у мага оставшуюся часть платы. В душе Конела боролись ужас, алчность и предчувствие чего-то страшного, жуткого. Но сто песет…

Пичетти, почти ничего не видя перед собой, миновал гончарный квартал, свернул в квартал портовый и столкнулся с каким-то мещанином. Глухо извинился и поторопился дальше. Наконец, подошёл к тому самому дому, где должен был его ждать маг с деньгами. Оглянулся по сторонам и пошёл по лестнице наверх, на второй этаж. А на ходу лихорадочно думал, куда спрятать деньги. Ведь если у него найдут такую сумму – это вызовет подозрения. Вернуться надо было – иначе сразу подозрения, от которых уже не отмыться. А потом… пыточная. Тюрьма. Казнь. И то, что всех в доме губернатора будут обыскивать – Пичетти не сомневался. В итоге решил, что быстро заскочит к Зарите и оставит деньги у неё. Довольный своим решением остановился перед грубой деревянной дверью и робко постучал. Дверь открылась мгновенно, будто маг стоял и ждал Конела. И не успел слуга губернатора открыть рта, как маг спросил требовательно:

– Ну?

– Дело сделано, господин волшебник, – судорожно всхлипнул Пичетти, – Они мертвы…

Глава 14. Маски сброшены

Маг приоткрыл двери пошире и жестом пригласил Конела войти в комнату. Теперь он был без маски, и слуга Пичетти рассмотрел волевое лицо с тонкими, аристократическими чертами лица. Слуга губернатора вошёл и увидел, что в комнате, в отличие от первой встречи, нет слуги, который в прошлый раз во время беседы сидел скромно в уголке. Маг аккуратно закрыл дверь и произнёс всё так же сухо:

– Рассказывай.

– Я всё сделал, как вы и сказали, господин маг, – Пичетти переминался с ноги на ногу, тиская пальцы: – Порошок высыпал в кувшин с соком. Отнёс госпоже Фризе. А потом…

– Ну? – несколько резко спросил маг, – Не тяните!

– Послал служанку, и та обнаружила мёртвых госпожу Фризу и Сида Хара.

– Они точно оба умерли? – маг вперил в слугу острый взгляд, и Пичетти поёжился, до того ему стало неуютно. Но, тем не менее, Конел ответил быстро:

– Точно, господин маг! Мне дворецкий сказал. И сказал никому пока об этом не рассказывать. В особняк уже вызвали губернатора и следователя.

– Хорошо, – маг кивнул и сел за стол. Кивком показал Конелу на стул, стоящий напротив, и проговорил: – Выпьем за успешное дело!

Налил из бутылки в два фужера вина и протянул один из фужеров слуге губернатора. А потом улыбнулся довольно и даже подмигнул Пичетти. Конел робко взял фужер, а маг засмеялся трескуче и отхлебнул глоток из своего бокала:

– Не переживай так, Конел. Это вино без порошка!

Пичетти одним залпом опустошил фужер и тут же поставил его на стол, а маг, искривив презрительно губы, сообщил:

– Чтобы убить тебя, мне порошок не нужен. Я добавил в вино отвар белладонны. Потому оно так горчит.

– Но вы же сами пили его! – в ужасе воскликнул слуга.

– Я, видишь ли, – снова подмигнул маг, – Давно приучил свой организм к белладонне. И то, что для других является смертельной дозой – для меня лекарство, не более того.

Пичетти в ужасе открывал рот, не в силах произнести ни слова. Ему то ли казалось от страха, то ли действительно отказали ноги от напитка. Он ухватил себя за горло и смотрел расширившимися глазами на своего убийцу. А маг говорил тихо и снисходительно, будто с ребёнком:

– Поверь, я искренне сожалею, но, оставить в живых свидетеля просто не могу. Ты видел моё лицо, ты знаешь моего слугу.

Маг откинулся на спинку кресла и произнёс со смешком, от которого слуга содрогнулся:

– Но, чтобы тебе не было одиноко, сейчас мой слуга отправляет на тот свет и твою подружку, как там её зовут? Зарита?

У Пичетти пошла изо рта пена, он сполз со стула и засучил по полу ногами. А маг спокойно поднялся и направился к двери. Открыл её и столкнулся… с Сидом, который стоял на пороге. Маг вздрогнул и отступил назад. А Сид шагнул следом, произнеся хрипло:

– Ну, снова здравствуйте, мэтр Ажан! Вот уж кого не ожидал встретить здесь, так это вас! Честное слово.

Директор магической школы Эрмоса быстро пришёл в себя, вновь ухмыльнулся и проговорил:

– Никогда нельзя положиться на исполнителей, – кинул взгляд на мёртвого слугу и добавил: – Особенно, если они настолько бестолковы.

– Тогда почему не попробовали убить меня при первой встрече, мэтр? – Сид аккуратно закрыл двери и положил руку на рукоять шпаги.

– Ты был не один, – пожал плечами директор, – Вокруг было многолюдно. И десятки человек видели, что мы вместе уходили.

Маг высшей категории прищурился, вперив в Сида взгляд. Бывший его ученик ответил тем же. И Ажан первый отвёл глаза.

– Зря ты пришёл, Сезар, – Франциско, не теряя из вида барда, спиной отошёл к столу и вновь сел на стул, – Ты же не забыл, что я маг высшей категории, а ты недоучка, который по силе еле-еле до первой категории дотягивает, а по выучке – и на пятую слаб?

– Очень уж поговорить хотелось, директор! – бард отодвинул стул от трупа и спокойно уселся на него. Посмотрел на руководителя магической школы, перевёл взгляд на труп слуги и спросил: – Зачем?

– Видишь ли, мальчик мой, – Франциско сцепил пальцы обеих рук, а Сид при обращении «мальчик мой» слегка скривился, – Ты стал мешать очень многим, но в особенности одному важному человеку, который вскоре станет королём.

– Станет королём? – неподдельно изумился Хар, – То есть, не по указке короля нынешнего?

– Конечно, нет, – вальяжно махнул рукой высший маг: – Этому недоразумению на троне осталось совсем немного, поверь. А вот новому королю нужен преданный глава гильдии магов. А мне надоело протирать штаны в Эрмосе. Потому, извини, но ты умрёшь в любом случае. Тут, как говорится, ничего личного. И ты мне действительно всегда был симпатичен.

– А кто же станет у нас королём после Хуана? – весело поинтересовался Сид.

Ажану явно не понравилась весёлость бывшего ученика. Сид должен был его бояться, но здесь наоборот, его бывший ученик будто допрос проводил и чувствовал себя вальяжно. Франциско подумал немного и ответил:

– Я чувствую, что ты пришёл один, потому скрывать не стану. Ты ведь уже знаешь, что мёртвые ничего не расскажут без некроманта. Но я сделаю так, что даже для некроманта ты будешь бесполезен.

Сид кивнул почти радостно, и Ажан продолжил:

– Королём Хелении станет северный герцог. И это – вне всякого сомнения.

– Ладно уж с вашими предположениями, – махнул рукой Сид, – Но чем я-то не угодил его сиятельству?

Франциско задумчиво посмотрел на барда и пожал плечами: