Алексей Соболев – Наследие Бездны. Под гнётом прошлого (страница 3)

– Значит, майор? – спустя пару минут спросил Рэй.

– Как видишь. Ничего, и тебя повысят.

– Мне оно и не сильно нужно, если так подумать.

– Брось! – воодушевился Мика. – Ты столько сделал для страны, что уже должен ходить полковником!

– Скажи мне, ты видел хоть одного полковника, которому двадцать семь? – усмехнулся Рэй.

– Настолько молодых – нет. Но я старше тебя всего-то на пару лет, а уже майор! – гордо заявил Мика. – А если мы с тобой будем выполнять задачи в том же темпе, то звание повыше не за горами! Полковники Мика Грэнхолм и Рэй Хоулетт. Звучит, не так ли?

Рэй усмехнулся от воодушевлённой речи друга. Однако звание Хоулетту не нужно было. Он изрядно устал от войны, сложные операции и потери стали для него тяжким грузом. Но после подписания контракта некуда было деваться. Правительство не отпустит столь ценных и опытных бойцов.

– Эх, – продолжил Мика, – а ведь всё могло быть иначе. Мы бы с тобой работали на какой-нибудь фабрике, завели семью. Может, уже успели бы детишек заделать.

– Ты и семья? – посмеялся Рэй.

– Ну а что? По-твоему, я не гожусь в семьянины?

– Прости, конечно, но такая жизнь не для тебя.

– Может ты и прав, но я бы попробовал.

– Неужели ты готов каждый вечер засыпать с одной и той же девушкой? И не просто засыпать, а быть ей верным всю жизнь?

– У-у-х! От одной мысли стало не по себе, – усмехнулся Мика. – Но ты ведь меня знаешь – я люблю пробовать что-то новое.

– Вот именно, Мика, я тебя знаю, – с насмешкой произнёс Хоулетт.

– Ну а ты об этом не задумывался?

– Как бы тебе ответить, – начал Рэй. – Я человек не общительный. Мне сложно даются новые знакомства, а с девушками тем более. Как бы это странно не прозвучало, но под градом пуль я чувствую себя спокойнее.

– Дурак ты, дурак, – Мика с искрящимися глазами посмотрел на Хоулетта. – Слушай, буду откровенен – ты не красавец, но девушки на тебя заглядываются. Когда мы гуляли компанией, я не переставал тебя знакомить с очередной пассией. Это было не по доброте душевной, а потому что они сами просили об этом.

– Не надо лести, – смутился Рэй.

– А это и не лесть! – оскорбился майор. – У многих девушек был к тебе нездоровый интерес! Да чего тут далеко ходить – твоя медсестра слюни по тебе пускает, а ты, как дундук, либо не замечаешь, либо и вправду со странностями!

– А может, я жду ту самую?

– Если ты будешь и дальше всех отталкивать, то так и помрёшь одиноким, обделанным стариком!

– Ты так уверенно говоришь об этом, потому что у нас разные взгляды, – смело заявил Рэй.

– Разные образы жизни, но никак не взгляды! – Мика пододвинулся поближе. – Слушай, если ты не позовёшь на свидание эту медсестричку…

– Мисс Байер, – поправил Хоулетт.

– Мисс Байер, ладно. Так вот: если ты сегодня же не позовёшь её, то я тебя найду и сломаю язык. Он тебе всё равно уже не понадобится!

– Спешу тебя огорчить, – с улыбкой говорит Рэй. – В языке нет костей, его не сломаешь.

– Да без разницы!

– И завтра мы идём с ней на прогулку, – гордо закончил Хоулетт.

Брови поднялись так высоко, что глаза Мики стали казаться огромными. Вместе с этим на его лице растянулась ехидная улыбка.

– Не врёшь?

– Никому и никогда, старик.

– Ну ты и засранец! – радостно взбушевался Мика. – Я ему толкую, распинаюсь перед ним, а он уже всё сделал. Ударил бы я тебя, но боюсь, рассыплешься!

Старые друзья ещё долго беседовали. Они предавались воспоминаниям, шутили друг над другом. В тёплой беседе они позабыли об ужасах войны.

Мика гордо рассказывал о боевых заслугах, как умело выполнял поставленные задачи. Как его награждал сам Джордж Паттон. Мика не забыл упомянуть и о девушках, которых он повстречал. С одной даже казалось, будто всё по-серьёзному, но отправка в другую точку и ранение навсегда разделили их.

Хоулетт внимательно слушал рассказы друга, изредка подкидывая колкие шутки. Рэй не любил хвастаться, но не умолчал об операциях в Северной Африке. Также он рассказал, что ему удалось взять в плен немецкого генерала.

За тёплой беседой верных друзей незаметно наблюдала Джоанна. Со второго этажа она видела, как оживлённо общается Рэй. Улыбка не сходила с его лица последний час, его активная жестикуляция говорила о настоящей радости. Благодаря майору Джоанна увидела настоящего Рэя, который не скрывается за маской отречённости и самобичевания.

Время пролетело незаметно. Солнце уже давно пересекло зенит. Настал час для расставания. Миг, когда вся радость сгинет. Долг службы вынуждал майора уйти. Покинуть старого друга, заведомо не зная, позволит ли судьба встретиться вновь.

– Не люблю с тобой видеться, потому что сразу куда-то улетает время, – с тёплой улыбкой сказал Мика.

– Если бы ты знал, что такое молчание, может и не так быстро бы тикали часики, – в ответ улыбнулся Рэй.

Мика неохотно поднялся. Следом встал Хоулетт. Несколько секунд они смотрели друг на друга в полной тишине. В их глазах отчётливо виднелись страх и сожаление. Вновь они вынуждены прощаться на неопределённый срок.

Рэй протянул руку, Мика крепко её схватил. Через миг Хоулетт сильно его обнял, ощущая взаимное тепло.

– Ты давай там не умирай только, ладно? – сдерживая слёзы промолвил Рэй.

– Только если рядом с тобой, брат, – с трудом ответил Мика.

– А как вернёмся, найдём бар…

– Ты главное не переборщи! – слегка слёзно посмеялся майор.

– Да плевать! Главное рядом с тобой!

От крепких объятий осталось только послевкусие. От душевной беседы только память. Этот миг был крайне тяжёлым, чтобы сдержать слёзы. Но Рэй и Мика держали себя в руках. За мужеством и стойкостью скрывались мучительные чувства.

– До скорой встречи, брат, – похлопал по плечу Рэя майор.

– Надеюсь, до слишком скорой, брат, – взаимно ответил Хоулетт.

Хоулетт зашёл в тихую палату. На соседних койках уже не было солдат. Лишь заплаканная Джоанна встретила его. Рэй увидел её, хотел что-то сказать, но не успел: мисс Байер быстро покинула палату, оставив его в недоумении.

Этот день обещал быть таким же, как и предыдущие. Ничто не предвещало столь мрачных мыслей. Сознание Рэя с трудом сдерживало поток разрывающих эмоций. Опустошение и неимоверная печаль поселились в его душе.

Рэй взглянул на поднос с ужином, который так заботливо подготовила Джоанна. Картофельное пюре с котлетой и яблочный сок в прозрачном стакане выглядели аппетитно, но сейчас Хоулетт хотел лишь одного: вернуться в то время, когда в мире царило умиротворение. Он лёг и закрыл глаза, надеясь, что завтрашний день не позволит вспомнить о сегодняшнем.

Крепкий сон без сновидений. Лишь мимолётный мрак, в котором сознание Рэя тщетно металось в разные стороны. Вторую неделю его воображение ничего не рисовало. Но был и незначительный для Рэя плюс: он просыпался с полными силами.

Когда сознание возвращалось из мира теней, Хоулетт не открывал глаза. Он старался самостоятельно представить желанную картину, в которой всё иначе. Однако эти фантазии не длились долго, ведь заботливая Джоанна всегда приходила спустя пару минут после его пробуждения.

– Доброе утро, мистер Хоулетт, – прозвучал приятный голос девушки.

– Лишь благодаря вам оно доброе, мисс Байер, – радушно отозвался Рэй.

Открыв глаза, Хоулетт вновь увидел тёплую улыбку. Ему было приятно видеть её каждое утро, но в силу своей сдержанности никогда себя не выдавал.

– Что у нас сегодня?

– Молочная каша с небольшим количеством сливочного масла и чёрный чай, – радостно ответила Джоанна.

– Два сахара? – заглянул Рэй ей в глаза.

– Два, – мило улыбнулась она.

– Ох! Великолепно!

Хоулетт аккуратно взял поднос и, случайно или нет, слегка коснулся руки мисс Байер. В тот же миг Рэй посмотрел ей в глаза, стараясь скрыть тревогу. Но как же он удивился, когда увидел в её взгляде то же самое.

В неловком молчании Рэй присел на койку, нелепо держа поднос в руках. Мисс Байер в это время неряшливо поправляла распущенные пряди тёмных волос. Лишь один вопрос был в их головах: отчего именно стало так неловко. Но никто не осмелился что-либо сказать по этому поводу.