Алексей Соболев – Наследие Бездны. Под гнётом прошлого (страница 15)

– Дом… – тихо произнёс Рэй, не открывая глаз.

Беллитор с улыбкой смотрел на Хоулетта. Ему было приятно наблюдать за погружением вглубь сознания своего подопечного. Он не хотел перебивать Рэя, ведь знал, каково это: Беллитор уже очень давно испытывал похожее ощущение, но за миллионы лет так и не позабыл о нём.

– Я… помню, – также тихо проговаривает Хоулетт. – Это было… прекрасно.

Рэй открыл глаза и посмотрел на Беллитора. В его взгляде старец увидел отголоски прошлого, что так нежно согревали ему душу. Хоулетт не мог скрыть того мимолётного счастья, которое ненадолго приоткрыло дверцу от забытой сокровищницы.

– Память начала возвращаться к тебе, – с теплом обращается Беллитор. – Врата лишь слегка приоткрылись, но со временем они распахнутся перед тобой, Рэй.

– Я видел леса и заснеженные горы, – с неким блаженством говорит Хоулетт. – Я слышал пение птиц и журчание реки. Ощущал мороз и тепло солнца. Я будто был там сейчас, именно в этот миг.

– Когда воспоминания открываются, они воздействуют на нас. Особенно сильно влияют те, что являются самыми яркими и эмоциональными.

Беллитор подошёл к Рэю и серьёзно посмотрел ему в глаза.

– Вимпериум дал нам понять, – говорит он, – что он поможет тебе всё вспомнить. Это место откроет тебе твоё прошлое, Рэй. Нужно только подождать.

Во взгляде Хоулетта Беллитор увидел принятие и одобрение, готовность и решительность перед долгим путём к прошлому.

– И пока память к тебе не вернётся, я буду тебя учить контролю сил, – закончил Первый Избранный.

Наставник вёл ученика в центр Вимпериума, подальше от искрящихся стен. И чем дальше они уходили от границы, тем гуще становился синеватый туман. Оранжевое свечение от символов уже с трудом пробивалось сквозь мглу, а свет от звёзд не попадал внутрь вовсе.

Воздух стал прохладнее, а витающие в нём нотки серы придавали ему интересный аромат. Под ногами начал ощущаться мягкий пепел, который от каждого шага отрывался от земли и медленно парил в тумане. Хоулетту казалось, что ближе к центру давление ослабевало, а гравитация охотно разжимала хватку.

Когда свечение стало едва различимым, символы скрылись за мглой, а слой пепла стал больше, Рэй смог увидеть очертания трёх огромных столпов. Они располагались по кругу, линию которого Хоулетт ощутил ногой.

Рэй перестал следовать за Беллитором, желая рассмотреть один из величественных столпов. Он возвышался так высоко, что его верхушка растворялась в тумане. В его гранях были глубоко выбиты символы, которые отличались от оранжевых на стенах Вимпериума. Проведя рукой по ним, Рэй почувствовал что-то особенное, будто оно взывало к нему. Необычное ощущение пробежалось по его телу, оставив приятное чувство внутри.

Вокруг царила абсолютная тишина, которая ничуть не тревожила или пугала. Наоборот, она внушала Хоулетту ощущение безмятежности и умиротворения. Но только он начал отдаваться манящему блаженству, как символы на столпах постепенно загорались огнями. Лёгкая дрожь под ногами невольно поднимала пепел вверх, делая туман более густым.

От земли и наверх символы на столпах загорались ярким светом. Каждый из них имел разный цвет, но Рэй быстро понял, что они олицетворяют: три столпа – Три Пламени.

Когда свет добрался до верхушек, густой туман развеяла ярчайшая вспышка трёх огней: Голубого, Зелёного и Алого Пламени. Красота их свечения завораживала Хоулетта, а парящий в воздухе пепел придавал этому виду необычайное великолепие.

Недолго разглядывая дивное окружение, Рэй увидел Беллитора, находящегося прямо в центре пылающих столпов. Он стоял неподвижно, держа руки за спиной.

– Избранный, – начал он низким голосом, который словно сотрясал воздух, – что обладает силой Старшего Творца, должен ценить жизнь. Смертный, что обрёл могущество, обязан защищать хрупкий мир. Тот, кто пережил смерть, обрёл новый путь.

Хоулетт шёл к Беллитору, не отрывая от него глаз. Его голос для Рэя был по-настоящему пленяющим, столь грозным и прекрасным одновременно, что он невольно поддался его звучанию.

– Отныне ты, Рэй Хоулетт, носишь титул Творца, – продолжает Беллитор. – Но чтобы заслужить его звание, ты должен доказать своё достоинство. Здесь, среди столпов, в центре Вимпериума, ты докажешь, что силы Старшего Творца сделали правильный выбор. Через боль и страдания, сквозь трудности и препятствия ты проложишь путь к высшей цели – нести мир и порядок в Новое Мироздание.

Беллитор развёл руки в стороны и медленно взлетел вверх на несколько метров. Через секунду Голубое и Зелёное Пламя вспыхнули на его теле. Этот образ вызвал некий трепет у Хоулетта, отчего у него быстро пробежались мурашки.

– Твоё тело крепче любого камня, – более низким голосом торжественно говорит Творец, – кожа прочнее многих металлов. Тебе не страшен космический холод, безвреден жар звёзд. Ты не нуждаешься в пище, долго можешь обходиться без отдыха. И всё это ты должен принять, чтобы называть себя Творцом.

После сказанного Беллитор посмотрел на Рэя столь пронзительным взглядом, что тот почувствовал внутри разжигающееся Пламя.

– Воспари же над землёй, оставив внизу все сомнения. Останься наверху, приняв новый путь!

Хоулетт, ни секунды не раздумывая, позволил Голубому Пламени воспылать на всём теле. Не задумываясь ни о чём, он сумел подлететь к Беллитору, ощущая внутри небывалое удовольствие и греющее упоение.

– С этого мига, – уже своим голосом начал Беллитор, – для тебя нет обратного пути. Теперь ты свободен от прошлого. Новый путь станет для тебя началом новой жизни, где нет места слабости и сомнению. Отныне на твоих плечах та ответственность, которая по силам лишь тебе.

Беллитор медленно спустился на засыпанную пеплом землю. Следом приземлился и Хоулетт. Пламена на их телах постепенно угасли.

– Я… Я чувствовал его, – с запинкой говорит Рэй. – И не просто чувствовал, а контролировал его.

– И это лишь начало, – с улыбкой начал Беллитор. – Ты управляешь Пламенем, а я научу использовать его во благо. Тебе предстоит многое узнать и освоить. Обучение не будет лёгким, но результат твоих стараний принесёт пользу не только тебе, но и Новому Мирозданию.

Блаженство и предвкушение чего-то особенного пробежались внутри Хоулетта. В его глазах блеснула радость, которую без труда заметил Беллитор.

– Я вижу в тебе решимость, – спокойно молвит он, – и надеюсь, что она не покинет тебя, Рэй.

Среди дивно танцующих огней, что прогоняли мрак, в низине, где от каждого шага поднимался пепел, Хоулетт под руководством Беллитора учился управлять приобретённым даром. Смертный, ставший Творцом, должен был доказать, что силы Старших не ошиблись с выбором.

Первое время Рэй с трудом осваивал новые навыки, не без сложностей делал то, что говорил наставник. Но когда Хоулетт перестал сопротивляться, окончательно отринул любые сомнения, обучение пошло куда лучше. С того момента Избранный впитывал с необычайной скоростью знания и опыт, полученные не только от советов Беллитора, но и от тренировочных боёв с ним.

Когда появлялось свободное время, Рэй охотно изучал записи из Архива с помощью необычного устройства, похожего на очки. Используя технологии Тарвэна, он мог читать тексты на языках всех существ. Землянин желал узнать как можно больше о Новом Мироздании и о тех, кто в нём обитает. Именно благодаря той информации, что сохранилась со времён Первого Круга, Хоулетт открыл для себя много интересного: древние свитки содержали записи о богах из мифов разных народов, которых осталось уже совсем немного; о могущественных Стражах, цель которых – защита границ Вселенной от Бездны; о планетах и их обитателях, что отличались не только внешним видом и образом жизни, но и уровнем технологий и отношением к существованию. Архив был для Рэя настоящей сокровищницей, где после тренировок он всегда находил для себя что-то новое и весьма любопытное.

Почти залпом проглотив записи о истории и существах Нового Мироздания, Хоулетт принялся изучать учебники по боевым искусствам разных рас. Правда, ни один из них Рэй так и не закончил, ведь по какой-то причине желание быстро уходило. Однако материал по владению холодным оружием, особенно клинками, он изучил от корки до корки, после чего вызвал на дружескую дуэль своего наставника. Этот поединок показал Беллитору, что Хоулетт является не только превосходным учеником, но и весьма серьёзным соперником.

Рэй ничуть не уступал более опытному наставнику, в некоторых моментах даже его превосходил, но всё же в тот миг ему не было суждено одержать победу. Но Хоулетт не успел огорчиться, ведь его сознание впервые за долгое время приоткрыло дверцу к воспоминаниям.

Картина из прошлого, где Рэй вместе с Микой гуляют по пустым улицам ночного города, беседуя о жизни, стояла перед глазами. Хоулетт не вслушивался в слова, но пытался запомнить до мельчайшей детали ту обстановку. В итоге его сознание бурным потоком пустило почти всё, что было связано со старым другом.

– У меня был друг, – протяжно говорил Рэй. – Мика… Мика Грэнхолм, – произнеся имя, он улыбнулся. – Он всегда был рядом, даже если я этого не хотел. В любую минуту он был готов меня поддержать…

– Я искренне рад, что сознание подарило тебе столь тёплое воспоминание, – радушно отвечал Беллитор.