Алексей Соболев – Наследие Бездны. Под гнётом прошлого (страница 17)

– Ты меня не остановишь своей ложью… Я вернусь! – крикнул Рэй и устремился ввысь.

– Этого я и боялся, – промолвил Беллитор и отправился вслед за Творцом.

В тёмно-алом небе разносились раскаты грома, сотрясая воздух. Оглушительные хлопки разгоняли в стороны серые тучи. Безмятежная тишина уступила звукам, что напоминали взрывы. Разгневанный Хоулетт на огромной скорости стремился к верхним слоям атмосферы, желая как можно скорее вернуться домой.

Хлынувшие воспоминания не оставили выбора Рэю, ведь именно война забрала у него ту жизнь, о которой он мечтал. Именно её последствия вырвали его из объятий Джоанны. Эти мысли стали катализатором для выплеска той ярости, что копилась с самого начала ужасной войны.

Для Беллитора этот момент был настоящей угрозой, ведь прежде он не видел Рэя в ярости. В тренировочных боях ученик показывал себя как действительно серьёзного соперника, но теперь всё было иначе. Подпитываемый гневом Избранный представлял ту опасность, что может нанести существенный ущерб не только Тарвэну, но и Новому Мирозданию.

Хоулетт мчался сквозь тёмные тучи, всё быстрее отдаляясь от поверхности.

– Рэй, остановись! Выслушай меня! – пытался дозваться Беллитор, но ослеплённый яростью Творец не желал его слушать.

Поняв, что сейчас никакие слова не помогут, Первый Избранный решил использовать более надёжную технику: кулаки всегда имели успех в решении большинства конфликтов.

Не без труда догнав Рэя, Беллитор схватил его за ногу и швырнул к морю. В то же мгновение он устремился следом, пытаясь схватить Хоулетта. Несмотря на высокую скорость падения, ученик успел сгруппироваться и контратаковать. Теперь Рэй крепко держал наставника, стремительно опускаясь к толще воды.

Всё происходило так быстро, что образы Творцов стали напоминать размытые и вытянутые пятна на фоне алого света. Архитекторы, ставшие свидетелями битвы, были поражены. Они никогда не видели сражения Избранных.

Со звуком дрожащей торпеды Хоулетт и Беллитор влетели в море так сильно, что поднялась неимоверно высокая волна, которая через секунду врезалась в лесной массив на берегу. От столь жёсткого падения в округе ощущалось землетрясение, от которого завибрировали здания неподалёку.

Когда море немного успокоилось, из него вылетел Рэй в сторону леса: Беллитор нанёс мощный удар, от которого ученик, словно пуля, нёсся сквозь водяную толщу. Хоулетт прошибал собой толстые стволы деревьев, постепенно замедляясь. В итоге он застрял в одном из них, ощущая лёгкое головокружение.

Придя в себя, Хоулетт выбрался и призвал Зелёное Пламя. Прислушиваясь к любому шороху, он ожидал встретить Беллитора мощным залпом. И когда издалека начали доноситься звуки трескающихся ветвей, Рэй, ни секунды не раздумывая, выпустил Пламя. Однако это ему не помогло: Беллитор пролетел сквозь огонь и схватил его.

Рэй изо всех сил пытался вырваться из хватки наставника, но это удалось лишь после жёсткого приземления в Вимпериум. От падения почти весь пепел поднялся, создав плотную пелену. Хоулетт поднялся и начал внимательно всматриваться, не позволяя угаснуть Зелёному Пламени.

– Прошу, остановись! – из ниоткуда звенит голос Беллитора. – Не делай того, о чём потом будешь сожалеть!

– Ты просишь меня забыть о Земле и о тех, кто погибает на войне? – грозно крикнул Рэй.

– Война окончена!

– Я не верю тебе!

– Что мне нужно сделать, чтобы ты услышал в моих словах правду, Рэй?

– Отпустить и позволить увидеть самому!

– Человечество ещё не готово узнать о нас! Оно слишком молодо и неопытно. Время ещё не пришло, – голос Беллитора стал ближе.

Рэй развернулся и увидел наставника, держащего руки за спиной.

– И потому я не могу вернуться? – сдержанно спросил он.

– Я понимаю тебя и твой гнев, – внешне спокойно, но тревожным тоном говорит Беллитор. – Я был на твоём месте, и знаю, каково это.

– Твой дом тоже утопал в крови? Его жители не знали, что такое мир?

– Послушай…

– Довольно слов! – крикнул Хоулетт и выпустил Пламя прямо в наставника.

Когда яркая зелёная вспышка погасла, Рэй увидел перед собой Беллитора, на котором не осталось ни следа.

– Пламена не способны навредить нам, – его голос стал более серьёзным. – Но если ты хочешь вернуться на Землю, то только после моей смерти.

Хоулетт опустил глаза и сделал глубокий вздох.

– Я этого не хотел, но Земле нужна моя помощь…

Алая тьма заполнила собой весь Вимпериум: слившиеся звёзды были как раз над ним. В плотной стене пепла витала необычная, тревожная тишина. Два Творца сверлили друг друга взглядом в ожидании первого шага. Напряжение словно сдавливало всё вокруг.

– Ярость делает тебя своим рабом, Рэй, – рассудительно начал Беллитор. – Понимаю, сейчас мои слова для тебя ничто, но не позволяй ей полностью овладеть тобой.

– Я лишь хочу остановить бойню, где многие теряют жизни. Хочу остановить то зло, против которого ты учил меня сражаться, – отчаянно произнёс Хоулетт.

– Выслушай меня, а после я не стану тебя удерживать.

– Я не собираюсь слушать очередную ложь, прости…

После сказанного Рэй кинулся на Беллитора.

Наставник, что с теплом относился к подопечному, вынужденно защищался от него. Теперь в Вимпериуме шёл не тренировочный бой. С этого момента Хоулетт ничуть не сдерживался.

На молниеносные атаки Рэя Беллитор успевал реагировать, блокируя или уворачиваясь от них. Но безудержный натиск был необычайно быстрым и мощным: Хоулетт использовал все накопленные знания, объединяя техники боя разных рас, что делало его действия непредсказуемыми. В итоге ему удалось запутать Беллитора и найти брешь в его защите.

Когда кулаки соприкасались с телом Первого Избранного, в то же мгновение исходили небольшие ударные волны, которые разгоняли парящий пепел. Беллитор уже пропустил слишком много, пытаясь найти миг для контратаки. И когда казалось, что Рэя уже не остановить, неожиданно прогремел хлопок: старцу всё же удалось нанести ответный удар с огромной силой.

Приземлившись среди погасших столпов, Хоулетт ощутил неприятное жжение в груди: удар наставника был по-настоящему сильным. Рэй поднялся с тихим хрипом и увидел Беллитора, что шёл на него уже с клинком в руке.

– Я не могу подвергать опасности не только Тарвэн, но и Новое Мироздание, – множеством низких голосов начал он. – Твои действия представляют угрозу, и я вынужден искоренить то, что делает тебя врагом.

Хоулетт поднял руки, крепко сжал кулаки и принял боевую стойку, зловеще улыбаясь.

– Не хочу тебя огорчать, но клинок тебе не поможет, – уверенно произнёс он.

Теперь преимущество было на стороне Беллитора. Однако радости ему это никакой не принесло: ему было безумно тяжело идти против Рэя, ведь за всё время он стал для Первого Избранного действительно близким. Но ситуация не оставляла никакого выбора.

Беллитор не вкладывал всю силу в удары, боясь ранить Рэя. Но даже это не позволяло Хоулетту ответить. Творец только и делал, что уклонялся от острого лезвия. Несколько минут он умело уворачивался от взмахов, медленно подходя к стенам, где не переставали светиться символы. И когда отступать уже было некуда, Рэй рискнул: после очередного взмаха он молниеносно ринулся на Беллитора.

Контратака увенчалась успехом, причём всё обернулось весьма неожиданно: Первый Избранный выронил клинок. Рэй, ни секунды не медля, схватил его и помчался на упавшего старца. Беллитор уже не думал подниматься, надеясь, что Хоулетт всё же не до конца обезумел.

Творец подлетел к бывшему наставнику и схватил его за горло, направив остриё клинка дрожащей рукой прямо ему в голову. С яростным рыком он испепелял взглядом Беллитора, но в ответ видел лишь тёплую улыбку, в которой не было страха, и взор, полный понимания и боли.

– Ты сильнее своего гнева, Рэй, – успокаивающе начал Творец. – Ты сам прекрасно это знаешь, но боишься показать слабость.

– Я ничего не боюсь! – грозно говорит Избранный. – И я всегда был себе хозяином, не подчиняясь ярости!

– Я знаю… и потому не стану сопротивляться.

Неистовая злоба, сожаление, отчаяние – всё это разрывало сознание Рэя. Он так сильно хотел вернуться на Землю, но не мог сделать ужасное – убить наставника. Творец понимал, что смерть Беллитора не выход, но бушующая ярость держала его в узде. Однако взгляд старца, в котором виднелись радушие, доброта и милосердие, освободил разум Хоулетта от оков гнева.

Отбросив в сторону клинок и отойдя от Беллитора, Рэй ужаснулся своими мыслями. Ему стало отвратительно от самого себя, ведь он понял, что ярость ослепила его. Хоулетт пал на колени и растерянно смотрел в пустоту, не ощущая ничего вокруг. В тишине он слышал только дикое сердцебиение и тяжёлое дыхание.

Беллитор поднялся и подошёл к Рэю. В сознании Первого Избранного не было ни капли осуждения, ведь состояние ученика было ему знакомо.

– Не кори себя, – тихо начал он. – Силы Старших Творцов усиливают наши эмоции. Особенно теневые.

Старец посмотрел на небо, где звёзды уже отстранялись друг от друга. Он сделал глубокий вдох, сел рядом с Рэем и положил руку на его плечо.

– Когда ко мне вернулась память, – с некой печалью продолжает он, – я сразу отправился домой. Я надеялся, что за всё время, пока я был здесь, моему народу ничего не угрожало, – брови его нахмурились. – Но ещё с орбиты я увидел, что народа уже нет.