Алексей Соболев – Наследие Бездны. Под гнётом прошлого (страница 18)

Рэй серьёзно посмотрел на Беллитора.

– Пока я был в Нибирту, а потом осваивался здесь, мою планету захватила Бездна, – голос старца стал низким и дрожащим. – Своими тёмными дланями она сделала из моего народа марионеток, обезображенных тварей, которыми движет лишь голод. Мне ничего не оставалось, кроме как уничтожить планету, чтобы Бездна не распространялась дальше, – его глаза начали наполняться слезами.

После рассказа Беллитора Хоулетта окутали чувства безысходности и мучительного горя, которые он разделял с наставником. Рэй не знал, какие слова будут уместны, ведь прежде он не видел старца таким подавленным. Но равнодушное молчание было бы более неприятным.

– Мне очень жаль, Бел, – выдавил Рэй.

Первый Избранный глубоко вздохнул и похлопал по плечу Хоулетта.

– Твой дом цел, – с улыбкой начал Беллитор, – а это уже многого стоит. Война, что унесла миллионы жизней, окончена.

– Давно?

– С тех пор, как ты погиб, на Земле прошло девять лет.

Слова Беллитора шокировали Рэя, но довольно быстро шок сменился принятием, ведь Хоулетт осознал, что упущенное время никак не вернуть.

– Ты знал? – серьёзно спросил он.

– Да, – спокойно отвечает наставник, – но я не мог тебе сказать.

– Почему?

– Сознание должно открыться самостоятельно, иначе оно тебя уничтожит.

Рэй ничего не ответил, полностью приняв эту истину.

В тишине они сидели, наблюдая за уходящими звёздами. Беллитор погрузился в воспоминания об ужасном дне, представляя иной исход. Рэй в свою очередь думал о Джоанне. О тех моментах, когда каждое утро она будила его нежным голосом и аккуратными прикосновениями. Вспоминал запах её волос, тепло её тела. Ту улыбку, тот милый смех, что был приятнее всего на свете. Рэй не забыл тот день, когда видел Джоанну в последний раз, те чувства, что разрывали его изнутри. И слова, которые он так и не сказал ей.

– Она любит тебя, – неожиданно начал Беллитор. – И скорбит. Все эти годы не было ни дня, чтобы она не вспоминала о тебе.

– Как ты… – запнулся Рэй.

– Я могу наблюдать за некоторыми существами. И я решил, что о ней ты захочешь узнать, – слегка улыбнулся наставник.

Хоулетт улыбнулся в ответ. Но за этой маской скрывались тоска и печаль, которые он так умело прятал.

– Ты можешь вернуться на Землю, – продолжил Беллитор, – но твоё появление может повлечь ужасные последствия. В Новом Мироздании у нас множество врагов, и пока ты не узнаешь о них, тебе не стоит ставить под угрозу свой дом. Я не хочу, чтобы Землю настигла участь моей родины, – серьёзно закончил он.

Теперь Хоулетт понял, почему Беллитор не отпускал его. Отныне осознание и принятие воцарились в его разуме, возвышаясь над безрассудным гневом и слепым желанием.

Глава пятая. Первые шаги

Ирдэллиан и Лемирион уже несколько раз заходили за линию горизонта, а Рэй тем временем погружался в воспоминания. На берегу моря он прокручивал каждый миг из прошлой жизни, боясь потерять их вновь. Понимание, что он больше не увидит Джоанну, вгоняло его в тоску. Давящая печаль сковывала его от этих мыслей.

Хоулетт с трудом верил, что на Земле уже миновало девять лет, ведь по его ощущениям прошло не больше полугода. Однако Беллитор объяснил: после смерти Избранные возрождаются в Нибирту, где время течёт иначе. Пока Рэй восстанавливался из пустоты, когда он впитывал Три Пламени, и прежде чем оказаться на Тарвэне, прошло шесть лет. Следующие же годы быстро промчались по другой причине: вернувшиеся после смерти ещё долго не способны следить за временем.

С множеством мыслей Рэй ненадолго отстранился от Беллитора. Но дело было не только в воспоминаниях. Хоулетту было стыдно за себя и свои действия, которые могли причинить вред или, того хуже, привести к гибели наставника. Рэй не знал, что можно сказать после того, как чуть не убил Беллитора. Однако сам Первый Избранный не таил обиду на него, не боялся возможного повторения подобного. Беллитор верил, что именно их битва сделала Рэя более сдержанным и ответственным.

В день, который уже не отличался от недавних, Рэй ходил по величественному лесу, где сражался с Беллитором. Он внимательно разглядывал разломанные стволы и рухнувшие кроны, с неким ужасом осознал весь масштаб произошедшего. Эта картина дала Рэю ясно понять, какая огромная сила находится внутри него, что за могущество скрывается в недрах. От осознания в разум забрались восхищение и ликование, но позже уместились и тревога с опасением. «Разве человек способен управлять такой силой, не поддаваясь её власти?» – задумывался Хоулетт.

Когда Рэй приблизился к границе леса, его неожиданно настиг Беллитор, застав его врасплох.

– Бесконечные думы не приведут тебя к желаемому, – поприветствовал он.

– Только если я не начну их воплощать, – улыбнулся Рэй. – Что-то случилось?

– Разве я не могу к тебе обращаться без цели? – усмехнулся Беллитор.

Хоулетт лёгким смешком оценил сказанное старцем.

– Но если серьёзно, – продолжил наставник, – твоё время пришло.

– Ты уверен, что я справлюсь? – робко спросил Рэй.

– Тебя мучает совесть, сознание отравляют сомнения и страхи, – подходя к Хоулетту, говорит Беллитор, – но управляешь всем только ты. После произошедшего я понял, что ты сможешь преодолеть все трудности, не потеряя себя самого. Ты сумеешь выбраться из тьмы, сохранив целостность рассудка.

Эти слова для Рэя были неким воодушевлением. Несмотря на всю замкнутость и скептицизм, Беллитору удалось развеять сгущающуюся тьму в сознании Творца. И по улыбке Рэя старец понял: он подобрал нужные слова.

– Следуй за мной, – говорит он, – у меня для тебя кое-что есть.

Медленно шагая в сторону Архива, Беллитор не переставал настраивать Рэя к скорому путешествию. Его вдохновляющие речи об ответственности, что возложена на Творцов, и обязанностях, которые не стоит забывать, вселяли в разум Хоулетта уверенность и решимость. Но вместе с ними пришёл и мандраж перед неизвестностью, ведь изученная история Нового Мироздания – это лишь теория, которая однозначно будет отличаться от практики.

Беллитор рассказывал, где можно найти союзников, а где поджидают недоброжелатели. Говорил о том, что даже среди близких могут оказаться предатели, а враги могут принести пользу. Устройство жизни не исключает ни одного возможного поворота событий, но чтобы научиться хоть отчасти управлять ходом истории, нужно уметь разбираться в окружающих.

– Многие из тех, кто выглядит грозно, не желают никому зла, и многие из приветливых ждут момента, чтобы бросить в тебя камень, – говорил Беллитор. – И только ты определяешь, кто из них будет тебя окружать, кто станет твоей поддержкой или пропастью.

– Я разбираюсь в людях, но не знаю ничего о других, – неуверенно отвечал Рэй.

– В нашем распоряжении вечность. Рано или поздно ты научишься быстро определять кто есть кто.

Последние наставления Беллитора Хоулетт внимательно слушал и старался запомнить каждое слово. Делал он это из-за предстоящего ухода с Тарвэна туда, где действуют законы, заметно отличающиеся от земных.

Внутри Архив был довольно необычным, ведь его антураж напоминал смесь времён: высокие деревянные шкафы, полки и столы находились среди монолитных серых стен, в которых переливалось множество вертикальных линий голубого, зелёного и алого цвета.

– Что мы здесь делаем? – спросил Рэй.

– Архив стал для тебя вторым домом, – спокойно отвечает Беллитор, – но ты не знаешь всех его тайн.

– Ты о чём?

– Смотри.

Беллитор приложил руку к холодному полу и призвал Голубое Пламя. В то же мгновение стены Архива охватила дрожь. Рэй ощущал вибрацию не только под ногами, но и в воздухе.

Когда дрожь утихла, вокруг Творцов загорелся оранжевым цветом круг, внутри которого виднелись руны Старших. После полного оборота платформа начала опускаться вниз.

– Что это такое? – удивился Рэй.

– Единственное тайное место на Тарвэне, где хранятся разные артефакты – Аркаме́нтум, – гордо произнёс Беллитор.

– Я думал, здесь нечего скрывать.

– Аркаментум хранит множество артефактов и реликвий, которые лучше не трогать. Некоторые из них представляют угрозу даже Новому Мирозданию.

– Почему такие вещи просто не уничтожить? – серьёзно спросил Хоулетт.

– Далеко не всё можно стереть без последствий, – улыбнулся старец.

Когда платформа опустилась, перед глазами Рэя предстало множество закрытых дверей из тёмного металла, усеянное светящимися рунами. Таинственные врата располагались по кругу в три этажа. Внутри же Хоулетт испытывал необычное ощущение, напоминавшее прилив сил и опустошение одновременно.

Пока Творец разбирался с чувствами и рассматривал окружение, Беллитор подошёл к одним из врат. Проведя пылающей Зелёным Пламенем рукой, они открылись. За дверьми находились потёртые доспехи тёмно-синего оттенка с чёрным плащом.

– Творец, – с гордостью обращается Беллитор, – подойди.

Рэй шёл, не отрывая глаз от доспехов. На них он увидел отметины от битв, небольшие трещины и узоры, что напоминали рисунок молний.

– Несмотря на крепость твоего тела и прочность твоей кожи, – говорит наставник, – в Новом Мироздании найдётся оружие, способное тебе навредить. Эти доспехи смогут защитить тебя от смертельного удара и грязной магии.

– Они были твоими? – протяжно спросил Рэй.

– Да, но уже очень давно они хранятся здесь. Теперь я с гордостью передаю их тебе в знак глубочайшего уважения, – Беллитор слегка поклонился.