Алексей Шумилов – Окончание кровавой весны 91-го (страница 22)

— Ты смотри, — восхищенно хмыкнул Горовой и повернулся к улыбающемуся Максиму Олеговичу. — Грамотно излагает, чертяка. Что самое интересное, по сути, мне и возразить нечего — так и есть. А ведь ещё молоко на губах не обсохло. Кой тебе годик, юное дарование?

— Семнадцать, — скромно сообщил Максимов.

— Удивительно, — коммерсант откинулся на спинку кресла, — Рассказал бы кто, никогда бы не поверил.

— Ты просто в первый раз с ним разговариваешь, — весело сообщил начальник ОУР. — У нас тоже глаза на лоб полезли, когда этот малолетний гений прискакал к нам с предложением помочь кооператору, на которого наехал рэкет, и подробно расписал, почему это надо сделать. Посоветовал открыть охранную фирму, дал раскладку, как оформить, чтобы подобные ситуации не повторялись. Что самое интересное, его предложения отлично сработали. И на след маньяка Андрей первый вышел, благодаря ему следствие с мертвой точки сдвинулось. Не будь всего этого, я бы к тебе не обращался и не просил поговорить. А ещё он с коммерсантом, который нашу защиту получил, сотрудничает. Продавать одежду за долю малую помогает. Очень хорошо получается, кооператор доволен, Андрей у него в любимчиках ходит. Наш юный друг, действительно, либо гений, каких поискать, либо, я уже не знаю, что и думать. Дурные мысли о всякой чертовщине в голову лезут.

— Ого, — Горовой с новым интересом рассматривал невозмутимого Максимова. — Так он у нас и жрец, и жнец, и на дуде игрец. Очень интересно. И что ты хочешь от меня, конкретно, гениальный наш?

— Не очень многого, — сразу ответил политтехнолог. — Прежде всего, информационную поддержку. Пригласите моего отца на интервью к Романову. Пусть расскажет о заводе, своих достижениях, изобретениях, рационализаторских предложениях, как ему отлично работается с Шанцевым.

— Зачем тебе это надо? — поинтересовался владелец «Колизея». — Думаешь, это чем-то поможет?

— Ещё как поможет, — убежденно ответил Максимов. — Вот смотрите, Шанцев в отличных отношениях с отцом. Но на него сверху давят, чтобы уволил своего главного инженера. Ему неловко и стыдно, но отказать первому секретарю не может, слишком от него зависит. А тут на телевидении выходит передача с моим отцом. Батя расскажет, сколько полезного сделал для завода, похвалит Шанцева, продемонстрирует свои свидетельства об изобретениях, рационализаторские предложения. Сообщит, что связывает свою жизнь с заводом и что никуда уходить не собирается, по крайней мере, по доброй воле. Можно вообще сделать эту программу из двух частей, одну у нас дома, где батя покажет дипломы, благодарности, свидетельства, изобретательские патенты, а вторую в студии, о перспективах завода. И эту передачу будет смотреть весь город, в том числе, большая часть работников «Агрегатмаша».

После чего, его увольнение вызовет массу вопросов и бурную реакцию коллектива. А если ещё намекнуть, что здесь замешан Шанцев, все возмутятся. Как же так, убирать человека, который столько сделал для родного предприятия? Такой поступок директора будет расценен коллективом, как самоуправство и предательство. Потом с вашим материалом можно будет работать дальше, например, поднять волну в Москве, на основе этой передачи. У нас перестройка, гласность, все чиновники как огня боятся огласки своих темных делишек. Раздуть можно такой скандал, что чертям тошно станет. Думаю, после этой передачи, Шанцев предпочтет не форсировать события, и, отложить увольнение отца до лучших времен.

— Интриган, твою ж ты мать, — Горовой, не в силах сдержать эмоции, хлопнул себя по коленям. Быстро глянул на сделавшего невинное лицо пай-мальчика Максимова и усмехнулся.

— А теперь поясни, зачем мне это надо, и как передача поможет снять Лесина.

— Снять Лесина — никак, она позволит отцу сохранить должность, — честно признался Андрей. — Но взамен я помогу вам заработать по-настоящему хорошие деньги на телевидении. Разумеется, за соответствующий процент. Если вы поможете отцу, он будет уменьшен.

— Интересно, — улыбнулся Горовой. — И что ты мне можешь предложить?

— У меня много идей, — уклончиво ответил Андрей. — Ну, например, открыть на базе «Колизея», студию, специализирующуюся на съемках рекламы для крупных частных предприятий. Это огромный рынок, который сейчас, практически пустой, без особой конкуренции. Чтобы понимать его емкость, приведу конкретику. За последние годы в Союзе открылось около тысячи коммерческих частных банков. У каждого из них начальный уставной фонд по законодательству от двух миллионов и выше. Они начали зарабатывать огромные деньги, а будут ещё больше.

— Откуда сведения? — деловито уточнил Горовой.

— К отцу гости московские приезжали, давно, — соврал Максимов. — Общались за столом, я случайно услышал и запомнил. Но батя потом строго-настрого, просил об этом особо не распространятся.

— А ты распространяешься, — подколол Сергей Дмитриевич.

— Так ради дела же. И только вам, — быстро выкрутился Андрей.

— Допустим, банков открылось много, — кивнул коммерсант, — И что дальше?

— Им всем понадобится реклама, для узнаваемости и продвижения своих услуг. Мосфильм и другие студии, могут охватить единицы. Там план, съемка фильмов, сроки, государственное финансирование. Возможно, они могут взять на себя несколько больших заказов, от структур, приближенных к чиновникам — всё. Гораздо проще сдавать свои павильоны для рекламных съемок. А кроме банков, есть товарные биржи и огромное количество других предприятий, зарабатывающих миллионы. Это огромный рынок и тот, кто первым его захватит, станет даже не миллионером — миллиардером. Если вы организуете рекламную студию, я могу помочь подобрать специалистов, подсказать, как работать, а главное — привлечь больших клиентов. Как это сделать, знаю. Если сомневаетесь, можете пообщаться с Владом Русиным, спросить о результатах нашего сотрудничества.

— Русин — владелец «Модной одежды»? — уточнил Горовой, глянув на начальнка ОУР.

Пархомов кивнул и с солидным видом добавил:

— Подтверждаю. Мы с Русиным работаем, там, действительно, продажи взлетели, Андрей несколько успешных фишек придумал, привлек народ.

— И это только один проект для примера, — довольно сообщил Максимов. — Я готов вам подсказать, как заработать большие деньги на кабельном телевидении и стать монополистом.

— Очень большие деньги, это сколько? — поинтересовался коммерсант, разглядывая Андрея, как какое-то невиданное животное.

— Миллионы, — спокойно ответил Андрей.

— Разумеется, за свой процент? — усмехнулся коммерсант.

— Разумеется, — невозмутимо подтвердил Андрей. — И за помощь моему отцу, и уничтожение первого секретаря.

— Как ты его собираешься уничтожить? — азартно спросил Горовой.

— Скажите, а что за делегация из Америки должна к вам приехать? — вместо ответа задал свой вопрос политтехнолог. — Можно без персоналий и особых подробностей, просто в двух словах обрисуйте, что за люди.

— Журналисты из известных газет и телевидения, сенатор, известный телемагнат и бизнесмен, сопровождающий посольский работник и наш чиновник из МИДа, — сообщил Сергей Владимирович.

— С камерами и фотоаппаратами? — быстро уточнил Максимов.

— А как же, — усмехнулся Горовой. — Планируют для своих каналов и газет много материала снять.

— Замечательно, — Андрей довольно потер ладони. — Когда приезжают?

— К концу недели, утром в пятницу, — Горовой напрягся, придвинулся, ловя каждое движение Максимова. — Только я сильно подставляться не собираюсь. Открытой войны с Лесиным пока не хочу, я к ней сейчас не готов.

— А вам и не надо подставляться, — довольно сообщил Максимов. — Нужно сделать простую вещь — чтобы делегация иностранных гостей, с посольским работником и чиновником МИДа, в конкретное время была в определенном месте города, которое я укажу. Как это сделать, думайте сами. После этого, с Лесиным можно делать что угодно, хоть ссаными тряпками в прямом эфире гонять, народ и высокое московское начальство только поддержит.

Глава 11

— Ты уверен, что у тебя всё получится? — спросил Максим Олегович, когда они снова уселись в машину.

— Должно получиться, — коротко ответил Андрей. — Если вы мне поможете, буду уверен. Для начала мне нужен распорядок дня Лесина. Особенно интересует место, где он часто появляется, желательно, днем, в одно и то же время.

— Это вообще не трудно, — усмехнулся Максим Олегович. — В горсовете обычно торчит. Только там народу хватает. Если же нужно относительно уединенное местечко, он с часу до двух, в купеческий дом на обед ездит, за пару кварталов от тебя. Там у него любовница, Верка живет. Заскакивает к ней в час, половину первого, выходит ровно без пяти два.

— Всё-то вы обо всех знаете, Максим Олегович, — заметил Максимов. — Удивительно. Он же вроде к вашему контингенту не относится.

— Ничего удивительного,- добродушно отмахнулся начальник УР. — Земля слухами полнится, меня положение обязывает всё обо всех знать. Мало ли что может пригодиться. Бабки там периодически шастают, на лавочке сидят, но двор большую часть времени пустой и тихий. Огорожен со всех сторон, пройти можно только через арку, или сквозной подъезд на другой стороне, им вообще редко, кто пользуется. Но имей в виду, на него окна четырех домов выходят. Там достаточно серьезных людей живет, было несколько случаев разбоев и краж. Два сидельца в родительские пенаты вернулись. Один за хищения отсидел, второй гоп-стопами, несмотря на приличных родителей, занимался. Поэтому обстановку там периодически контролируем. Участковый с местными на контакте, наши опера с жильцами иногда беседуют, узнают, что, где творится. Обычная профилактика правонарушений и азы оперативной работы.