Алексей Ракитин – Дома смерти. Книга V (страница 44)
Адвокат Джон Лонг, помощник Гарольда «Хэла» Дженнингса на процессе Дэвида Хендрикса по обвинению последнего в убийстве жены и детей.
Имеет смысл остановиться на том, как защита парировала аргументацию обвинения. То, чем располагали Дозье и Мёрфи, изложено в этом очерке достаточно подробно, а потому немалый интерес представляют объяснения или опровержения защиты и самого Дэвида Хендрикса [который не отказался от дачи показаний, о чём ниже будет сказано подробнее]. Сформулируем основные тезисы обвинения и приведём их опровержения противостоящей стороной.
Тезис 1: Примерно за год до совершения преступления Дэвид Хендрикс озаботился трансформацией собственного имиджа с целью добавить ему мачизма и превратиться в плейбоя, нравящегося женщинам, в частности, Дэвид изменил стрижку, сбрил усы, сбросил вес, стал заниматься спортом. Хендрикс действительно сильно изменился внешне, но причиной тому явилось вовсе не желание сменить имидж и превратиться в мачо. В 1982 году он прошёл обследование, выявившее гипертоническую болезнь, и первейшие рекомендации врача были связаны с изменением образа жизни — снижением веса, составлявшего тогда более 120 кг, и увеличение двигательной активности. Что касается сбривания усов, то на этом настояла Сюзан, что и подтвердил допрос её родственников в суде. Самому Дэвиду они не мешали, и если бы не настойчивость жены, то он оставался бы усатым и далее.
Изменение стрижки также получило вполне приемлемое объяснение. После заключения сделки по приобретению дома риэлтор вручил Дэвиду… талон на бесплатное посещение парикмахера. Это, кстати, была традиционная для риэлтора форма ненавязчивой рекламы салона, находившегося под управлением его жены. За неделю до истечения срока действия талона Сюзан предложила мужу воспользоваться бесплатной услугой, дескать, тебе в любом случае надо будет стричься, так сходи бесплатно. Дэвид посетил парикмахерскую, и его действительно очень хорошо постригли. Так он стал клиентом этого парикмахерского салона, не предполагая, что по прошествии менее чем года найдутся люди, увидевшие в этом очень-очень-очень глубокий подтекст.
Тезис 2: Обвиняемый в первые часы и дни после трагедии вёл себя сдержанно и равнодушно, именно эмоциональная холодность и привлекла к нему внимание детективов полиции на первом этапе. Этот тезис был полностью опровергнут в ходе допросов в суде родственников как самого Хендрикса, так и его жены. Все они — абсолютно все! — настаивали на том, что поведение Дэвида было совершенно адекватным той обстановке, в которой он очутился. Обвиняемый все время после трагедии вплоть до самого ареста прожил в доме тёщи — а подобное радушие невозможно представить в том случае, если бы близкие Сюзан испытывали хотя бы минимальные подозрения в отношении Дэвида. Забегая немного вперёд, можно сказать, что все родственники Сюзан отказались от причитающегося им наследства и отказались в пользу Дэвида Хендрикса! А это — секундочку! — ни много ни мало, а восемь (!) человек. Все отказались от наследства, решив, что деньги должен забрать Дэвид и никто другой. В своём месте нам придётся ещё сказать несколько слов о наследстве Сюзан, поскольку это очень интересная история и обойти её молчанием никак нельзя, но сейчас необходимо отметить, что никто из близких родственников убитой женщины никаких претензий к её мужу никогда не имел.
Адвокат Дженнингс в этой связи не без иронии замечал, что рассуждения детективов полиции на темы психологии и нормального поведения лишены какого-либо практического смысла. В зависимости от собственного понимания целесообразности они способны давать одной и той же реакции диаметрально противоположные оценки. Другими словами, как им удобно, так они и трактуют — никаких объективных стандартов тут не существует, и вся эта область отношений регулируется интуицией и симпатией. В случае с Хендриксом антипатия превалировала, а потому любое действие или бездействие подозреваемого трактовалось ему в ущерб.
Тезис 3: Дэвид Хендрикс флиртовал с женщинами-фотомоделями и побуждал их обнажаться топлес без всякой к тому необходимости.
Дело заключалось в том, что по мере расширения сети продаж корсетов CASH Хендрикс осознал существование серьёзного запроса на специфические товары такого рода. Люди вовремя автомобильных или авиационных происшествий получают порой сложные повреждения (так называемые «сочетанные»), при которых типовой корсет может оказаться недостаточен. Хендрикс задумался над созданием нетиповых корсетов и даже объяснил суду, какой он видит концепцию развития такого рода приспособлений. Для экспериментов в этой области ему нужно было набрать статистику антропологических замеров разных людей. Причём с правильно развитыми телами, то есть без несимметричности, аномалий развития и тому подобного. Ну, акто подойдёт на роль эталона лучше девушки-модели?
Хендрикс заявил в суде, что платил за довольно короткую фотосессию 25$ — это были приличные деньги по меркам провинциального Блумингтона. Он рассудил, что будет вполне разумно и во всех смыслах оправданно, если за эти деньги он будет проводить ещё и обмер моделей. В действительности он решал задачу, которая не относилась к фотосессии непосредственно, но представлялась ему важной, и он считал, что весьма щедрой оплатой он сполна компенсировал женщинам те несколько минут времени, что они теряли на его манипуляции. Дэвид настаивал на том, что не допускал никаких нескромных прикосновений и всё время оставался предельно корректен, и в этой части, кстати, слова его соответствовали показаниям моделей, которые также допрашивались в суде [чуть ниже мы ещё остановимся на этих допросах и скажем о них несколько слов].
Тезис 4: Не отказывая себе в покупке дорогих и статусных вещей, демонстрирующих его жизненный успех (дорогой автомобиль, самолёт, костюмы и обувь высокой ценовой категории), обвиняемый держал жену и детей в «чёрном теле» иминимизировал расходы на их содержание. Хендрикс объяснил в суде, что и он сам, и его жена Сюзан воспитывались в консервативных семьях и жили в спартанской обстановке. В их домах не было телевизоров и стереосистем, никто не танцевал «буги-вуги», дети много читали, прежде всего, религиозную, развивающую и образовательную литературу, а кроме того, занимались музыкой и спортом. В игры они тоже играли, но игры эти в основном предполагали развитие эрудиции, сообразительности, устного счёта и тому подобных полезных навыков. Такой же педагогической схеме Дэвид следовал при воспитании своих детей, причём Сюзан была полностью с ним солидарна. У него с женой вообще никогда не возникало разногласий насчёт того, что следует запрещать или разрешать детям. По этой причине тезис обвинения, согласно которому дети содержались в"чёрном теле» и не имели нормального детства, представляется ему глубоко ошибочным.
Ребека и Грейс Хендрикс в детском замке, собранном в их игровой комнате.
Что же касается заявлений прокурора о том, что подсудимый на себе не экономил, то этот упрёк выглядит совершенно неуместно, принимая во внимание то, каким бизнесом он занимался и с какими людьми проводил деловые встречи. Статусные вещи являлись важным элементом его имиджа, чтобы договариваться с потенциальными клиентами, он должен был производить впечатление человека, знающего себе цену и успешного в делах. Ну, в самом деле, а как иначе? Нищебродов и неудачников не любит никто и нигде.
В целом аргументация защиты выглядела вполне достойно, стороне обвинения ни разу не удалось поставить в тупик адвокатов и подсудимого во время перекрёстного допроса последнего. Можно было верить или не верить аргументации защиты, но всё, что говорилось для объяснения поведения Дэвида или его слов, выглядело здраво и вполне разумно.
Нельзя не сказать несколько слов об устроенном Дозье «параде женщин-фотомоделей», который, начавшись 20 октября, закончился лишь вечером 22 числа. Если проводить аналогии с военной тематикой, то проведённое стороной обвинения в тот день шоу можно с полным правом уподобить танковому клину, призванному взломать оборону противника и подавить его волю к сопротивлению. Все участники процесса понимали исключительную важность того, как будет проведён допрос женщин-свидетелей, и противоборствующие стороны к нему явно готовились. Тем более, что защита примерно понимала, как и о чём этих женщин станет допрашивать Дозье.
Обвинение решилось на довольно некрасивый и не вполне честный фокус, который, кстати, удался как нельзя лучше. Напомним, что исходная задача, которую обвинители ставили перед собой, заключалась в том, чтобы продемонстрировать присяжным усиление в поведении Хендрикса с женщинами элементов «агрессии» и"провоцирующей вседозволенности». Понятия эти взяты в кавычки неслучайно, в своём месте уже было показано, что никакой агрессии в отношении женщин Хендрикс никогда не демонстрировал, но обвинение оперировало именно этим словом. Хотя, если говорить по совести, вместо «агрессии» намного лучше подошли бы понятия «смелости» или «раскрепощённости». Для того чтобы убедить присяжных в нарастании некоей «агрессивности» Хендрикса в поведении с женщинами-фотомоделями, обвинители для дачи показаний вызывали женщин не в хронологическом порядке их знакомства с обвиняемым. Хотя по смыслу самого понятия «нарастание агрессии» надлежало показать, какова эта «агрессия» была в начале некоего интервала времени, какой она стала далее и, наконец, чем увенчалась в конце.