Алексей Поворов – Империя (СИ) (страница 27)

— Ну же, быстрее, господа, быстрее. Нас уже давно ждут, — и будущие легионеры вновь радостно затрусили за толстяком.

Имение Марка отвечало всем требованиям того времени. Оно не могло не радовать мальчишеских глаз, которые никогда не видели подобных вилл. Дом сенатора расположился у подножия холма, дававшего защиту от летнего зноя и холодных ветров, и уже издали поражал своей красотой. Все в нем было построено по уму: зимние спальни и столовые обращены на юг, летние — на север. Огромная и потрясающая собранием книг библиотека, в которой имелись, наверное, все записи и научные исследования того времени, выходила окнами на восток, чтобы уберечь книги, свитки, пергаменты и папирусы от сырости. Пол приемной, где хозяин обычно встречал гостей, был выложен мозаикой из египетского цветного стекла. Выполнен он был настолько искусно, что казалось, еще немного, и рисунок на нем оживет: охотники бросятся к ловушке и убьют загнанного в нее запуганного оленя. На стенах висели картины, некоторые колонны были расписаны красками. Широкий балкон для прогулок, поддерживаемый атлантами, огибал здание. На нижнем ярусе дома была расположена огромная баня, в которую всегда подавалась горячая и холодная вода. Перед домом раскинулся потрясающий своей красотой сад. Тремя террасами он спускался с холма к великолепному водопаду, воды которого наполняли большой бассейн, выложенный черным мрамором и украшенный белыми, словно снег, каменными дельфинами, испускавшими из своих спин сверкавшие на солнце струи. Деревья и кустарники, высаженные правильными аллеями, образовывали загадочный пятиконечный символ. На клумбах росли разнообразные цветы. Особенно поражали своей красотой черные, как ночь, розы, собранные в отдельную небольшую клумбу, — по всей видимости, это были любимые цветы хозяина. Неподалеку в холме зияли несколько искусственных пещер, в манящей прохладе которых можно было отдохнуть, укрывшись от летнего зноя. Извилистыми проходами они уводили куда-то далеко под землю, создавая иллюзию своей бесконечности. Рядом с пещерами раскинулся большой пруд, в котором плавали два прекрасных лебедя — черный и белый. Дальше, за оградой, начиналось поле, засеянное пшеницей и ячменем, за ним до горизонта тянулись цепью холмы, покрытые виноградниками, а чуть в стороне виднелись оливковые рощи и дубовый лес.

Все это Марк лично показал своим гостям. Парни, раскрыв рты от удивления и небывалой красоты, чувствовали себя словно в каком-то другом мире. Они даже не заметили того, что кроме них, нескольких слуг и самого Марка здесь больше никого не было: ни рабов, которые должны обслуживать всю эту красоту, ни наемных рабочих. Они одни присутствовали на всем этом огромном пространстве. Они и небывалая тишина.

После прогулки хозяин поместья провел гостей в дом и рассадил за круглым столом, уставленным всевозможными кушаньями. Асмодей и Велиал встали за спиной у Марка, Сципион отошел в тень подальше от взглядов и замер, опершись плечом на колонну. Мальчишки сидели в оцепенении, не зная, как себя повести в данной ситуации. Видя их замешательство, Марк сам начал учтивый разговор:

— Я очень рад, что вы, наконец, посетили этот скромный уголок. Надеюсь, вам понравилось мое прибежище. Конечно, я бываю здесь не очень часто, как хотел бы того. Сами понимаете: государственная служба есть государственная служба. Нужно делать многое, чтобы нашему народу жилось как можно лучше. С моими верными слугами вы уже знакомы. Велиал — лучший лекарь из всех, которых я знаю. А вот этот смешной толстяк — Асмодей — отлично ведет хозяйство и всю бухгалтерию, а также безукоризненно выполняет все мои поручения. Ну, а вашего спасителя Сципиона вам и вовсе нет нужды представлять. Не обращайте внимания на его поведение: он скромен и не любит публичности, зато воин он отменный.

Тут из соседней комнаты вышел стройный и весьма привлекательный видом юноша. Он подал Марку золотую чашу с вином и, поклонившись, ушел обратно.

— Его зовут Авера, — сделав глоток, произнес хозяин дома. — Можно сказать, это мой приемный сын. Я недавно привел его сюда, поэтому он немного диковат и пуглив. Не заостряйте на нем внимания. Вот, вроде, и все, что вам нужно знать. Еще раз благодарю вас за то, что согласились навестить меня в моей обители.

— Это вам огромное спасибо. За вашу заботу и за то, что вы сделали для нас, — краснея от смущения, проговорил Луций.

— Брось. Если ты о письмах, так это сущие пустяки. Мне не составило труда достать их. Кстати, через два года будет кампания в Германии — Тиберий уже подписал соответствующие бумаги. Возглавит ее Германик, а поскольку у вас есть право выбора любого легиона, я бы посоветовал вам идти именно под его начало. Тем более, он мой хороший знакомый. Да и жалованье в его армии никогда не задерживают.

— Здорово, — почти в один голос выдохнули Понтий и Луций. Только Мартин и Ромул почему-то без радости восприняли эту новость.

— Но мы не знаем военного дела. Нас же должны приписать к новобранцам и обучить? Отец говорил, что солдат сначала обучают на месте, а лишь потом приписывают к легиону.

— Твой отец прав, Луций. Никто не пошлет вас сражаться, не обучив военному мастерству. Поэтому-то я и пригласил вас сюда. Сципион научит вас всему, чему нужно. За два года, которые у нас есть в запасе, вы станете настоящими воинами, с которыми немногие смогут тягаться. Уж поверьте мне! Если, конечно, вы все согласны. Правда, я чувствую, у некоторых из вас есть сомнения, не так ли? Что тебя тревожит, Мартин? Я же вижу, что ты чем-то обеспокоен.

Немного поерзав на месте, Мартин уверенно произнес:

— Не поймите меня неправильно. Я очень рад всему, что вы для нас сделали, и я очень хочу служить в армии. Но мой отец погиб, сражаясь с германцами, и теперь я глава семьи и мать надеется на меня. Конечно, в сезон пахоты и сбора урожая нам помогают друзья отца, за что я буду всю жизнь им благодарен. Без них мы бы давно пошли по миру. Но если я оставлю мать и братьев, свалив весь труд на них, разве это будет правильно?

— Я понял тебя, Мартин. Ты молодец, что думаешь о семье, а не только о своем будущем. Твой отец гордился бы тобой. Но два года — долгий срок, и за это время многое может поменяться. Постигай военное дело вместе с друзьями, а потом сам решишь, что тебе важнее. Ведь никто не заставляет тебя идти служить и становиться воином — выбор всегда остается за тобой.

— Ну, ты что, Мартин! — толкая его в бок, произнес Понтий.

— Правда, давай будем тренироваться вместе. Два года — это же почти вечность! Зато сможем накостылять Клементию и его шестеркам! А?! Мы же всегда об этом мечтали! — подхватил разговор Луций.

Марк улыбнулся, выпил вина, а затем, повернувшись к Ромулу, обратился к нему:

— Ну, а что тревожит тебя, Ромул? По-моему, человек с таким именем и вовсе не должен ни в чем сомневаться. Он должен действовать! Но если тебя что-то беспокоит, то лучше решить все проблемы сейчас, чем разбирать их потом, в самый неподходящий момент.

— Я не воин. Я больше науку люблю, — стесняясь, еле слышно прошептал Ромул. Марк серьезно посмотрел на парня и покачал головой. Затем он почесал подбородок и проговорил:

— А ты думаешь, в армии все только несутся вперед с криком и бранью, круша все на своем пути? Все храбрые и сильные? А кто, по-твоему, возводит укрепления, делает расчеты и строит мосты? Хранит и выдает жалованье, следит за трофеями и провизией? Я знаю, твой отец Ливерий — отличный воин. Но ведь он не отличается огромной силой, так? Зато он умен, как и ты, и, насколько мне известно, превосходно стреляет из лука.

— Это да, — улыбнувшись, ответил Ромул.

— Да чего он скромничает? Мы все знаем, что Ливерий был лучшим лучником в легионе, в котором служил! Мой отец всегда восхищался его меткостью и не раз рассказывал про то, как он спасал им жизни! Только вот ему не давали возглавить отряд лучников, а он бы мог! Мог бы! — вскочив с места и округлив глаза, начал доказывать Луций то ли Ромулу, то ли себе самому, а может, и Марку.

— Вот видишь! А ты говоришь, не воин. Победа, Ромул, — это не кто кого перебьет. Это, прежде всего, кто кого перехитрит. Сципион научит тебя стрелять из лука не хуже отца, а Асмодей поможет разобраться в экономике, строительстве и облуживании войска. Он мастер в этом деле. Не правда ли, Асмодей?

— Да, повелитель, — улыбаясь и щуря свои поросячьи глазки, поклонился толстяк.

— Ну, вот. А если тебя заинтересуют яды или лекарства, так Велиал у нас — мастер в области медицины. Ну что? Надеюсь, мы уладили все вопросы?

Внезапно на пороге дома возник странный человек в серой неприглядной одежде, босой и с тростью в руке. Его вид настолько диссонировал с окружающей обстановкой, что мальчишки замерли, недоумевая, как он попал сюда. Пришелец между тем стоял, не шевелясь, и молча смотрел на всех присутствующих в зале. Заметив его, Марк не спеша поднялся и, извинившись пред гостями, направился к нему.

— Надо же! Ты решил навестить меня? С чего вдруг такая любезность? — подходя ближе к незнакомцу, проговорил Марк.

— Я пришел просить тебя.

— Просить меня? Странно, раньше ты только приказывал: делай то, делай это, мое творение идеально, — Марк резко схватил пришедшего за грудки, подтянул к себе и, наклоняясь к его уху, тихо произнес: