Алексей Ощепков – Воз духа лжизни (страница 17)
Не успевшему формально соврать каропусу уйти от неприятной темы помогло Изваяние. За поворотом Новой протоки Реки показалась скала, в которой был высечен лик Первого Короля. Глубокий барельеф был высотой ратуши в три-четыре. Это было лицо относительно молодого человека с высоким лбом. В остальном – ничего примечательного.
— Ещё один аргумент в пользу того, что мы идём по древнему руслу. Изваяние находится в логичном месте, чтобы приветствовать путников, курсирующих на судах между городами. Это место, наверное, – как раз половина пути.
— Да, — согласилась Виргилия. — Прежде сюда нужно было ехать специально. Ты ездил когда-нибудь?
— Конечно. Все, думаю, ездили. Хоть раз. Впрочем, я и ездил всего один раз. Школяром. Говорят, в других странах лица поинтереснее. Наш какой-то пресный. Как шпион, который похож на всех сразу. Ни одной особой черты.
Возле того места, где сидел Хакон, плясало в последнем танце уже несколько рыб. К нему присоединился Жинго.
~
Фрагмент 27. Послепотопные пляски пяти пузырей Притхимы
~
Сзади к Виргилии и Ардуше тихо подошла Притхима. Подкралась, если сказать прямо. В руке её было два апельсина. Она игриво навалилась на плечи Ардуше. Он испугался, но тут же расцвёл в широченной улыбке.
— Секретничаете? — весело спросила Притхима, протягивая один из фруктов Ардуше. Смотрела она при этом на Изваяние, которое медленно проплывало мимо. — Грандиозно, да?
— Оклемалась? Ну, слава Предкам, — засуетилась Виргилия. — Пойдём, накормлю тебя, дорогая. Вне очереди.
Притхима мягко усадила её на место, надавив на плечо, и сама уселась рядом. «Потом», — сказала она шёпотом. Ардуша оказался посредине между девушками. Каропус и Притхима очистили апельсины от кожуры, разняли их на дольки и поделились в Виргилией.
— Я знаю эту женщину, — сказала Притхима уже не шепотом, но тихо. — Её надо взять с собой, если ты действительно хочешь дойти до логова контрабандистов. Отдашь её им в качестве оплаты за услугу. Не воруй у них. Воровство в принципе недопустимо. Я-то знаю. У меня воровали не просто вещи, но куски памяти жизни. Последствия могут быть непозволительно чудовищными.
— О чём ты? Какую ещё услугу? Я просто хочу задать им вопросы. Как и тебе, кстати. Ты как, вообще, эту крышу сорвала? Ты как узнала заранее про потоп, по запаху? Но ничем не пахло, — Виргилия вновь начинала кипятиться.
— Давай по очереди. От более практичного – к менее практичному. Пойдёт?
Виргилия, мгновенно успокоившись, кивнула.
— Что ты знаешь про дела контрабандистов? — спросила Притхима.
— Знаю то, что и все знают. Вывозят товар на верхнее озеро, в формальную акваторию Кальдеры. Там границы провести невозможно ввиду того простого факта, что все реки вытекают из этого озера.
— Ну а ты что молчишь? — навалилась на Ардушу плечом Притхима.
— Там же совершают сделки через собственных подтвердьждателей, потому как находиться в таком разреженном воздухе может только человек, подготовленный с детства, — сообщил каропус.
— Всё. Ничего нового, ничего хитрого, — подвела итог Виргилия.
— А как они доставляют товар к дельтам рек, к таможням? — спросила Притхима. — Как? Ведь формально экс-территориальным является только тот товар, который прибыл по морю.
— Это тоже все знают: спускают с озера по скалистому ущелью Шестой реки, которая и не река вовсе, а горный ручей, — ответила Виргилия с жестом недоумения.
— О! Какая огромная! — заорал Жинго.
— А как? Пешком что-ли идут? — Притхима снова легонько толкнула Ардушу плечом и улыбнулась ему: смотри, мол, какая у нас смешная и наивная подруга.
Ардуша заулыбался, как грудной младенец. Притхима потрепала его по щеке:
— Давай я тебе, дорогой наш лучник, подарю пузырь ихтиозавра? — сказала она ему ни с того, ни с сего. — Насовсем. Вдруг у нас приключится кораблекру… точнее, крышекрушение, а? Выплывешь.
Притхима собралась было встать, но Ардуша не дал ей. Он сам пошёл за шарманкой. На обратном пути он храбрился, но внимательный наблюдатель заметил бы, как дрожали его ноги и руки от тяжести. «Спасибо, милый, — шепнула ему на ушко Притхима. — Я бы уже не смогла».
Она открыла крышку и достала сморщенный пузырь. В свете дня он отливал розоватым. Ардуша не был уверен, что это – тот же пузырь, который был на нём вчера. Из двух разных кожаных мешочков она взяла по щепотке чёрного и серого пластичного вещества, слепила их в один комок, вложила его внутрь пузыря.
«Надувай теперь», — подставила Притхима каропусу под губы складку в засохшей плоти пузыря. Он сделал несколько выдохов внутрь, и пузырь постепенно расцвёл. Более того – он чуть всплыл в воздухе.
«Глина старые гнездовья особых пчёлок нагревают воздух, если дать им покушать», — прошептала девушка каропусу с очаровательной самодовольной улыбкой.
Ардуша продолжал дуть. Когда пузырь совсем уж бодро устремился вверх, Притхима ловко привязала его к ремню Ардушы тесьмой. Пузырь, отливая розовым, натягивая стропу, стал плавать над головой каропуса на высоте человеческого роста.
Жинго пришёл от такого зрелища в восторг. Но он не стал вставать и отвлекаться от рыбной ловли. Вместо этого он схватил, с третьей попытки, одну из рыб, бьющихся об дно, и стукнул ей по голове Хакона: смотри, мол, какое чудо. Хорошо, что у Доброго был накинут на голову капюшон рясы.
— У меня нет информации, как решается вопросы с доставкой контрабандного товара — прилежно отвечала тем временем на вопрос Притхимы Виргилия. — Наверное несут мешки и ящики вниз пешком. На носилках. Группами по четыре человека. Не по канатной же дороге. К чему ты клонишь?
— Про канатную дорогу мысль здравая, если бы товару не нужно было попасть далее в дельты рек, — сказала Притхима.
— Значит они строят суда там, в устье Шестой реки! — в раздражении сказала Виргилия.
Она отстранила руку Ардушы, который вытянул её, чтобы вставить замечание:
— Одноразовые суда! Конечно, я знаю, что вдоль берега всего Пятиречья туда попасть нельзя из-за течений. Мне кажется, ты пытаешься меня заболтать и запутать, Притхима. Не советую, — пригрозила она.
Притхима всплеснула руками в притворном возмущении:
— Тебе тоже нужен пузырь!
— Жинго, — задорно крикнула она. — Иди, помогай. Твоя подруга дерётся.
— Привет, Хакон! — помахала она старику, целиком и полностью погружённому в рыбную ловлю. — Сдаётся мне, что сегодня ты не добрый. Бьюсь об заклад, ты слышал такую шутку сто хилиад раз.
Притхима залилась громким, звонким смехом, вскочила на ноги и даже сделала пару танцевальных па. Правда, тут же пошатнулась и едва не упала. Её подхватил Ардуша. На миг её лицо стало сожжённо-серым, но она тут же улыбнулась снова.
Быстро, насколько это возможно в столь неудобных обстоятельствах, подошёл оптик.
— Очухалась! Ну ты даешь! — сказал он со странным запоздавшим приветствием. Глаза его горели нездоровым блеском: — А мы, гляди, рыбу ловим. Ты как это нам крышу сорвала, а? Я, честно признаться, про случай в тюрьме подумал, что ты нас как-то обманула. Да и сонный я был, ничего не помню. Но вчера-то я собственными глазами видел. Ты какой-то титан или кто ты? А если у вас с Ардушой будут детишки, у них будет половина силы или вся?
Притхима повернулась к каропусу. Тот стоял ни жив, ни мёртв.
— Иди, разбирайся со своим другом, — одарила она Ардушу развесёлым жестом уличных скоморохов «тра-та-та» и ослепительной улыбкой вдобавок. — Он моё достоинство задевает. Надуйте Виргилии пузырь. Да что Виргилии, всем надуйте. Вот вам. Разных цветов. Смотрите, я проверю.
Сама же Притхима вернулась к разговору с Виргилией, со вполне серьёзным лицом.
— Хотела бы я сама знать наверняка, как действуют контрабандисты! Ох, как хотела бы. Но я, — она сделала заговорщическое лицо, — лишь объединяю слухи и логику воедино. Поэтому, будь так любезна, пойми: у меня нет ни корысти, ни иной надобности тебя обмануть. Хорошо?
Виргилия опять кивнула, движением бровей показав, что признаёт свою неконструктивность. Пляски обезумевших рыб по всему дну судна нарастали количеством серебряных тел. Неминуемая смерть дарила им единственный праздник, когда жизнь становится суверенной.
— Для этого нужен был бы быстрорастущий лес, например, бамбуковый, — быстро-быстро говорила Притхима. — Но там внизу вечная зима. Да и не видел никто никогда таких судов. У них – обычные суда, которые ходят по обычным маршрутам.
Каропус улыбался, глядя как над Виргилией плавал в воздухе голубой пузырь, а над оптиком Жинго – бирюзовый.
— Если ты хочешь что-то узнать, существенное, нужно пройти весь их маршрут. В том числе – в море, где у них основная перевалочная база. Где, замечу, никто не был. У вас же нет в Канцелярии данных, где они переупаковывают товар перед отправкой к дельты рек? — допытывалась Притхима. — Старика со старухой опузырь, дорогой Жинго, будь добр. Весело же!
— Нет, — подтвердила Виргилия. — В архивах на эту тему пусто.
— Я думаю, это место потому и не отыскалось до сих пор, что оно является какой-то аномалией на стенке Цилиндра. И там – я так мечтаю – может быть окошко во внешний мир! — Притхима толкнула Ардушу. Глаза её выжигали экстаз.
— Хочу в бамбуковый лес, хочу в бамбуковый лес, — пел Жинго, надувая между музыкальными фразами горчичного цвета пузырь для Хакона.
— И это место – в море, — вещала Притхима. — И попасть в него иначе как со скалистой реки нельзя. Видимо, течения так устроены. Оттуда, к дельтам – пожалуйста. Суда несёт со свистом. Само море и отнесёт, представляешь?