Алексей Орлов – На краю необжитого мира (страница 1)
Алексей Орлов
На краю необжитого мира
Глава 1. «Инвентаризация безумия»
Дождь шёл вверх.
Это было первое, что заметила Грета, когда три года назад впервые переступила порог Цитадели. Капли срывались с каменных зубцов башни, на миг зависали в воздухе, словно раздумывая, а затем резво устремлялись к низкому свинцовому небу. Где-то на верхних этажах старый маг то ли неудачно пошутил с гравитационным контуром, то ли просто забыл выключить экспериментальный погодный артефакт. С тех пор так и повелось: дождь в Цитадели шёл снизу вверх.
Грета к этому привыкла. К странностям здесь привыкаешь быстро или сходишь с ума. Третьего не дано.
Просыпайся, чешуйчатая задница! бодро провозгласила она, распахивая дверь в свою каморку-мастерскую, которая по совместительству служила спальней, кухней и складом неопознанных железок.
С потолочной балки свесилась узкая морда, покрытая мелкой, переливающейся синим чешуёй. Два ярко-жёлтых глаза с вертикальными зрачками уставились на гоблиншу с выражением глубочайшего осуждения.
Кр-р-рах, произнесла ящерица-переросток.
Не «крах», а «доброе утро, любимая хозяйка, которая спасла меня из лап гигантского паука и выходила, потратив половину жалованья на сверчков», передразнила Грета, натягивая рабочий комбинезон. Комбинезон был велик размера на три, но зато имел семнадцать карманов, в каждом из которых лежало что-то жизненно необходимое. В левом нагрудном, например, хранился запасной гаечный ключ, пакетик с сушёными личинками (для Зубастика) и огрызок чертёжного угля.
Зубастик а именно так Грета назвала свою подопечную фыркнула и ловко переползла с балки на плечо хозяйки. Три килограмма тёплой чешуи и самомнения. Грета нашла её год назад в подземных катакомбах под Цитаделью, куда полезла искать протёкший трубопровод магического охладителя. Ящерка висела в паутине, жалобно пищала и выглядела как мокрая курица. Теперь же Зубастик отъелась, отрастила гребень и считала себя полноправным членом команды. Особенно её уважали за умение находить потерянные болты она чуяла металл за полсотни шагов.
Грета вышла в коридор и сразу врезалась в кого-то невидимого.
Ой! Извините, господин Бин, я опять забыла, что вы теперь прозрачный!
Воздух перед ней слегка сгустился, приобрёл голубоватый оттенок и оформился в фигуру высокого сутулого мужчины в старомодном сюртуке с высоким воротником. Призрак Архивариуса Бина выглядел как иллюстрация к слову «бюрократия» поджатые губы, пенсне на кончике носа и вечно недовольное выражение лица человека, которому только что принесли отчёт с помаркой.
Я, между прочим, не «прозрачный», юная гоблинша, ледяным тоном произнёс призрак, поправляя несуществующие манжеты. Я нахожусь в состоянии частичной дематериализации магического поля четвёртого порядка. И попрошу не тыкать в меня пальцем. Это неприлично.
Простите, Грета виновато убрала палец, которым действительно ткнула в область призрачного живота. Вы что-то хотели?
Мастер Виго велел передать, что ждёт всех в Главном Зале Сборки через двадцать минут. Бин поморщился. И ещё он сказал... дословно: «Скажи этой мелкой растяпе, чтобы не жрала на ходу, а взяла нормальный завтрак, потому что работы много и падать в голодный обморок я ей не разрешал».
Грета ухмыльнулась. Старый маг ворчал, как тысячелетний дед коим он, собственно, и являлся но заботился о каждом из своих подопечных. Просто выражал заботу в форме приказов и технических распоряжений.
Передайте Мастеру, что я уже бегу. Только за Тишей зайду.
Тиша уже в Зале, отрезал Бин. Она пришла туда в пять утра. Медитировала перед... объектом. И записывала что-то в свой дневник.
Призрак развернулся и поплыл по коридору, не касаясь пола, но почему-то издавая звук шагов. Грета подозревала, что он делает это специально чтобы раздражать.
Главный Зал Сборки представлял собой помещение, в котором легко поместился бы небольшой провинциальный городок. Когда-то здесь, вероятно, был естественный горный грот, но столетия работы, магии и взрывчатки превратили его в нечто среднее между кафедральным собором и судостроительной верфью.
Потолок терялся в темноте на высоте не менее ста метров. Стены были увешаны лесами, подъёмными кранами на магической тяге и бесконечными полками с деталями. А в центре зала возвышался ОН.
Грета каждый раз замирала, когда видела его.
Дракон.
Пока ещё не законченный. Пока ещё без плоти только скелет. Но какой скелет.
Он лежал на специальной стапельной платформе, вытянувшись на сорок метров от кончика будущего хвоста до массивного черепа. Череп пока напоминал скорее абстрактную скульптуру голый металл, ждущий обшивки. Рёбра изогнутые балки из титанового сплава, каждая размером с хорошее дерево. Позвоночник цепь шарнирных соединений, способных, по расчётам Мастера, выдержать нагрузку при перегрузке в двадцать раз превышающей земное притяжение.
Рядом со скелетом стояла Тиша.
Девушка была одета в простую серую робу, которую носила всегда, когда не нужно было выходить «в свет» (в свет они выходили примерно раз в полгода, за припасами). Её светлые волосы были собраны в небрежный пучок, заколотый... кажется, отвёрткой. Она стояла, прижав ладонь к одной из рёберных дуг дракона, и что-то шептала.
Грета подошла ближе и услышала:
...и пожалуйста, когда тебя оживят, не ешь сразу всех. Давай начнём с чего-нибудь маленького. Например, с горного козла. Или с той особенно противной вороны, которая гадит на подоконник Мастера...
Тиша, ты опять с ним разговариваешь? Грета плюхнулась на ящик с какими-то шестернями.
Тиша вздрогнула, обернулась. У неё было лицо человека, который постоянно ждёт чего-то плохого, но при этом старается сохранять оптимизм.
Я не «разговариваю», я провожу предварительную этическую подготовку, поправила она с достоинством. Кто-то же должен позаботиться о том, чтобы Армагеддон не вырос с комплексом неполноценности или, наоборот, манией величия.
Его зовут не Армагеддон, проворчала Грета. Я буду звать его... Бублик.
Ты не можешь назвать сорокаметрового титанового дракона с алмазными клыками и душой из хаоса БУБЛИКОМ! возмутилась Тиша.
Почему? У него хвост закручивается кольцом. Вылитый бублик.
Зубастик на плече Греты одобрительно защёлкала.
Вот! Даже она согласна!
Тиша тяжело вздохнула и сделала пометку в своём дневнике. Грета краем глаза увидела: «День 2473 проекта. Консенсус по имени не достигнут. Предложение Бублик набирает сторонников. Это тревожный сигнал».
ВНИМАНИЕ! БРЫСЬ ОТ ЧЕРТЕЖЕЙ!
Голос раздался откуда-то сверху. Грета и Тиша синхронно подняли головы.
По одной из подвесных балок, на высоте метров двадцати, шёл Мастер Виго. Шёл сильно сказано. Он передвигался при помощи сложной конструкции, напоминающей паука о восьми ногах, пристёгнутой к его поясу. Ноги-манипуляторы цеплялись за балки, ступени и выступы, перенося сухонькое тело старика с грацией горного козла.
Магу было, по его собственным подсчётам, около тысячи ста семидесяти трёх лет. Выглядел он на все тысячу сто семьдесят три. Сгорбленный, с длинной седой бородой, в которую были вплетены медные проводки (для заземления статического электричества), в заляпанном машинным маслом балахоне. Его глаза были скрыты за сложным оптическим прибором, заменявшим ему зрение собственные глаза он потерял лет шестьсот назад во время неудачного эксперимента с концентрированным солнечным светом. С тех пор он видел мир через магические линзы, показывающие не только видимый спектр, но и потоки маны, температуру предметов и даже эмоциональный фон собеседников.
Сейчас линзы показывали, что Грета испытывает смесь любопытства и голода (оранжевый с вкраплениями жёлтого), а Тиша фоновую тревогу, приправленную искренним восхищением (фиолетовый, переходящий в розовый у сердца).
Мастер, доброе утро! хором произнесли девушки.
Доброе? Виго спустился на платформу рядом со скелетом, и его механические ноги сложились в аккуратную конструкцию за спиной. Утро было добрым примерно восемьсот лет назад, когда я ещё спал. А теперь я не сплю уже триста сорок семь лет, потому что сон это неэффективное использование времени. Итак!
Он хлопнул в ладоши. Звук вышел сухой, как щелчок арбалетного механизма.
Сегодня у нас важный этап. Мы начинаем монтаж системы охлаждения дыхательного аппарата. Тиша, твои расчёты по теплоотводу готовы?
Тиша торопливо раскрыла потрёпанную тетрадь.
Да, Мастер. Я проверила семь раз. Если мы используем стандартный контур с жидким азотом, то при первом же выдохе напалма гортань дракона нагреется до температуры плавления титана. Нужно что-то более... агрессивное.
Именно, Виго кивнул, и его оптический прибор издал тихое жужжание, фокусируясь. Поэтому мы будем использовать не азот. Мы будем использовать саму плазму как хладагент.
Повисла пауза.
Простите, осторожно подала голос Грета, вы сказали «плазму как хладагент»? Разве плазма не... горячая?
ОЧЕНЬ горячая, с видимым удовольствием подтвердил Виго. Именно поэтому она так эффективно отводит тепло. Парадокс, юная гоблинша. Иногда, чтобы охладить что-то, нужно использовать нечто ещё более горячее, но по-другому организованное. Это как... как если бы ты пыталась потушить пожар огнём. Звучит безумно, но работает.