Алексей Орлов – На краю необжитого мира (страница 4)
Тиша прижала дневник к груди, закрыла глаза и начала шептать. Что именно никто не слышал, но Грета, сидевшая на шее дракона, вдруг почувствовала, как вибрация под ней меняется. Гул становился тише. Плазма, рвущаяся из шарнира, замедлилась, словно задумавшись.
Получается... прошептал Бин, забыв о своей обычной чопорности.
НЕ ОТВЛЕКАЙСЯ! ДЕРЖИ БАРЬЕР! рявкнул Мастер, хотя в его голосе слышалось удивление.
Тиша продолжала шептать. По её щекам текли слёзы, но она улыбалась.
Ты не оружие, расслышала Грета обрывок фразы. Ты не злой. Ты просто... новый. И я тебя не боюсь. Мы тебя не боимся. Мы тебя уже любим. Даже Грета, хотя она и предлагает назвать тебя дурацким именем.
ЭЙ! возмутилась Грета, но возмущение вышло каким-то скомканным, потому что в этот момент плазма... остановилась.
Просто перестала течь.
Синий шар в панели управления мигнул и погас. Гул стих. Лампы вернулись к тёплому жёлтому свету.
Тиша открыла глаза, покачнулась и рухнула бы на пол, если бы Мастер не подхватил её своими механическими руками.
Дурочка, сказал он, но таким тоном, каким говорят «спасибо». Храбрая, талантливая, совершенно безрассудная дурочка.
Получилось... прошептала Тиша. Он услышал...
КТО услышал?! не выдержала Грета, слезая с шеи дракона на подгибающихся ногах. У него даже МОЗГА ещё нет! Только скелет! КАК он мог услышать?!
Тиша слабо улыбнулась.
Душа из хаоса, помнишь? Мастер сказал, что хаос это не пустота. Это... потенциал. Возможность всего. И когда я говорила с ним все эти дни... я не просто бормотала в пустоту. Я создавала связь. Направляла этот потенциал. Учила его... отличать «можно» от «нельзя».
В Зале повисла тишина.
Мастер Виго медленно опустил Тишу на ящик с шестернями, выпрямился и посмотрел на скелет дракона. Его оптические линзы работали на полную мощность, сканируя, анализируя, пытаясь понять, что произошло.
Невероятно, произнёс он наконец. Тиша, ты... ты сделала то, что я считал невозможным. Ты установила эмпатическую связь с незавершённым конструктом. Это... это меняет всё. Всё наше понимание того, что мы создаём.
Он повернулся к ней, и его голос дрогнул впервые за много лет.
Я нанимал тебя как специалиста по магической этике, чтобы ты следила за соблюдением протоколов. А ты... ты стала его первым другом. Ещё до того, как он родился.
Тиша покраснела и уткнулась в свой дневник.
Грета, всё ещё прижимающая к груди Зубастика, медленно подошла и села рядом.
Знаешь, сказала она, я думала, что самое крутое в этом проекте это алмазные зубы и плазменное дыхание. А теперь я понимаю: самое крутое это ты. И он, она кивнула на скелет. То, что между вами происходит. Это... это настоящее.
Зубастик одобрительно защёлкала.
Бин, спустившийся с потолка (барьер он удерживал до последнего, пока не убедился, что плазма полностью рассеялась), откашлялся.
Я бы хотел официально заявить, произнёс он своим обычным чопорным тоном, что снимаю свои возражения против имени «Бублик». После сегодняшнего инцидента я считаю, что существо, способное на такую... эмпатическую избирательность, заслуживает любое имя, которое выберет его... семья.
Грета и Тиша переглянулись и одновременно фыркнули.
Вы назвали нас семьёй, сказала Грета.
Я оговорился, быстро ответил Бин. Я имел в виду «команда проекта». Это профессиональная среда. Никаких семейных отношений. Это было бы нарушением субординации и...
Вы наша семья, господин Бин, мягко перебила Тиша. Смиритесь.
Призрак замолчал. Его полупрозрачное лицо приобрело едва заметный розоватый оттенок что для призрака было эквивалентом яркого румянца.
Я... я пойду проверю сохранность архивов, пробормотал он и поспешно растаял в воздухе. Но перед этим Грета успела заметить, что уголки его призрачных губ дрогнули в чём-то, очень похожем на улыбку.
Мастер Виго ещё некоторое время стоял неподвижно, глядя на скелет. Потом резко развернулся и направился к выходу из Зала.
Мастер? окликнула его Тиша. Вы куда?
В огород, бросил он через плечо. На восточную башню.
Но вы же сказали, что забросили его двести лет назад!
Значит, пора восстановить. Он остановился в дверях и, не оборачиваясь, добавил: Тиша права. Ему нужно имя. Не «Проект Совершенство». Не «Армагеддон». И уж точно не «Бублик», прости, Грета. Ему нужно имя, которое будет значить что-то для него самого. И я... я хочу подумать над этим. В огороде хорошо думается.
Двери закрылись.
Грета и Тиша остались вдвоём в огромном Зале, освещённом тёплым жёлтым светом магических ламп, рядом с сорокаметровым титановым скелетом, который полчаса назад чуть не уничтожил их всех.
Ну и денёк, сказала Грета.
Ага, согласилась Тиша.
Чай будешь?
Буду. У тебя есть заварка?
Есть. Правда, она трёхсотлетней выдержки. Мастер где-то раздобыл ящик, когда его изгоняли, и с тех пор бережёт как зеницу ока. Но сегодня, мне кажется, особый случай.
Особый, кивнула Тиша. Сегодня наш дракон впервые... сказал «нет».
Сказал «нет» чему?
Тиша посмотрела на скелет долгим, тёплым взглядом.
Разрушению. Он мог сжечь нас всех. Но не стал. Он выбрал остановиться. Он выбрал... нас.
Грета помолчала, переваривая услышанное.
Знаешь, сказала она наконец, если так пойдёт дальше, то к моменту, когда мы его закончим, он будет самым воспитанным драконом в истории мироздания.
Я на это надеюсь, улыбнулась Тиша.
Они пошли ставить чайник.
Зубастик, оставшаяся на ящике с шестернями, внимательно посмотрела на скелет, склонила голову набок и издала тихий, мелодичный звук нечто среднее между мурлыканьем и щебетом.
Ей показалось, или в ответ едва заметно дрогнул кончик титанового хвоста?
Нет, наверное, показалось.
Но на всякий случай она решила, что будет спать сегодня здесь, в Зале. Просто... на всякий случай.
Глава 3. «Корни и крылья, или Краткая история одного изгнания»
Восточная башня Цитадели когда-то задумывалась как обсерватория. Об этом свидетельствовали остатки огромного телескопа, ржавеющего в углу, и пролом в потолке, через который открывался вид на вечно серое небо. Но примерно двести лет назад Мастер Виго решил, что звёзды это скучно (они слишком далеко и не поддаются модернизации), и превратил башню в огород.
Огород не задался.
Дело было не в отсутствии солнца Мастер давно научился создавать искусственные светила размером с кулак, которые висели под потолком и светили точно в нужном спектре. Дело было не в почве он собственноручно синтезировал идеальный грунт, смешав вулканический пепел, перегной из магического леса и какую-то субстанцию, которую добыл из желудка каменного червя (способ добычи он предпочёл не описывать).
Дело было в самом Мастере.
Он подходил к огородничеству так же, как к созданию дракона. С той же страстью, с тем же перфекционизмом и с тем же... размахом.
Первый урожай моркови, например, пришлось утилизировать с помощью боевых заклинаний, потому что корнеплоды отрастили ножки и попытались колонизировать соседнюю башню. Помидоры мутировали в нечто, способное плеваться кислотой на расстояние до десяти метров. А тыква... о тыкве до сих пор ходили легенды. Говорили, что она всё ещё где-то там, в подземельях Цитадели, выросла до размеров небольшого дома и по ночам ворчит.
В общем, огород забросили. Двести лет назад.
И вот теперь Мастер Виго стоял посреди этого запустения, сжимая в руке ржавую тяпку, и смотрел на то, во что превратилось его бывшее сельскохозяйственное угодье.