Алексей Орган – Неслучайные случайности или как это было (страница 2)
– Ладно, – ответил он. А кто вы по знаку зодиака?
– Овен, – ответил я.
– Я так и думал, ответил он.
– Вы открытый человек? – спросил он.
– Стараюсь быть открытым, а что делать, каков есть, – таков и есть.
– А для чего Вы спросили о гороскопах? – спросил я.
– Как для чего, это очень важно. И вам надо знать. Скажем, приходит пациент, а вы уже о нем кое-что знаете. Вот, к примеру, я – козерог. Как меня не «тормозили», я все равно добился своего. Козерог живет долго и страдает одной хронической болезнью.
Поговаривали, что его сестра вышла замуж за немецкого офицера.
– Да, интересно, – ответил я. С тех пор я начал изучать астрологию с большим интересом. Раньше в средние века она была очень популярна. Сейчас мне нравится книга Луиса Хамона «Вы и ваша звезда», которая написана на основе халдейской нумерологии.
– Я готов вам помочь, – сказал Евгений Юлианович.
Другими словами, мы поговорили понемногу обо всём. Он мне много рассказывал, какие у него были случаи.
– Если я вижу, что человек трудяга, что-то делает полезное и старается, то даже если он ошибается, я ему помогаю.
Говорил, что у него были случаи, когда просили сделать диссертацию за дорогие подарки или деньги. Он с ними даже не хотел разговаривать.
Потом мы ещё не раз обсуждали разные темы. Он как-то разговорился, и я много интересного от него узнал. Как я уже писал, его сильно тормозили по профессиональной линии. Учился он вместе с министром здравоохранения Латвии Канепом.
Человек он конечно незаурядный и своеобразный. Он мне еще много чего рассказывал.
Изобретение рН-зондов – это его детище. И говорил мне, если я в своих дальнейших научных исследованиях буду описывать методики, то чтобы я не забывал писать фамилию Линар. Так я и делал. В моей диссертации и многих статьях при описании метода я писал – кислотность внутрижелудочного содержимого определяли с помощью двухоливных зондов конструкции Е.Ю. Линара и ацидогастрометра АГМ-10-01. Так потихоньку беседуя мы стали друзьми. Я взял в медтехнике два ацидогастрометра вместе с зондами. Они были упакованы в деревянные объемные футляры.
В конце моей поездки Евгений Юлианович подарил мне свою книгу, датированную 12 апреля 1985 года, как раз накануне моего дня рождения.
Линар Евгений Юлианович (Jevgenijs Linārs) (01.01.1920-03.01.2003) – доктор медицинских наук, профессор, Латвийский научно-исследовательский институт экспериментальной и клинической медицины, г. Рига, Латвия.
В 1957 году впервые в СССР разработал сурмяно-каломельный рН-зонд и регистрирующую аппаратуру для внутрижелудочной рН-метрии.
И в день моего отъезда он на своей машине вместе со своим старшим научным сотрудником отвезли меня на железнодорожный вокзал, усадили в купе и мы расстались.
Потом мы еще не раз встречались. Однажды в городе Вильнюсе на научной конференции и он еще как-то приезжал в Кишинев на съезд физиологов Молдовы.
Мы регулярно поздравляли друг друга с советскими праздниками – тогда посылали поздравительные открытки.
Эта встреча была 40 лет назад и как будто была вчера. Вот такие у меня воспоминания об этом замечательном латвийском ученом и человеком, и моим учителем.
Ну вот преодолен один важный этап. Найден метод, с которым я потом с интересом и увлечением работал.
Но нужен еще один метод – хотелось что-то найти оригинальное и не до конца исследованное. Я еще раньше думал, как мне освоить метод рефлексотерапии (акупунктуры). В то время в Советском Союзе начали появляться работы, показывающие, что этот метод весьма эффективен при лечении хронического болевого синдрома, а также в анестезиологии в пред и послеоперационном периодах.
И я поехал в Москву, где в 1996 году с января по конец марта прошел специализацию по рефлексотерапии в Институте усовершенствования врачей на кафедре неврологии (зав кафедрой профессор Гойденко В.П.)
Проходили вместе со мной специализацию врачи разного профиля и из разных регионов Советского Союза. Помню зима была холодная. Мы жили в общежитии по три человека в комнате. Отопление было на уровне. На первом этаже можно было принимать горячий душ. Как раз в это время действовал в стране безалкогольный режим. Да нам это и не надо было. Практические занятия были на базе Боткинской больницы.
Среди нас были и анестезиологи – где-то 6-7 человек. И вот в конце цикла на базе отделения иглоанальгезии и лечения болевых синдромов. Всесоюзного научного центра хирургии АМН СССР (директор академик Б.В. Петровский) с нами в течении недели занимался профессор В.Н. Цибуляк, заведующий этого отделения. В 1985 году вышла в печати его монография «Рефлексотерапия в клинической анестезиологии» издательства Ташкент Медицина. В начале апреля я прибыл в Кишинев. Тогда мы проезжали через Киев, где была известная проблема с Чернобылем, но мы об этом ничего не знали.
В Кишиневе мы открыли кабинет Ph-метрии во 2-й поликлинике при второй городской больнице, а также установили ацидогастрометр в операционной хирургического отделения больницы. Бывший глав врач Былба Арсений Михайлович помог оборудовать кабинет в поликлинике. Помогли специалисты из подчиненного нам предприятия «Светотехника».
Арсений Михайлович как-то сказал:
– Если ты тут не сделаешь диссертацию, значит мы зря трудились.
И вот с этого момента имея в арсенале два метода – Ph-метрия желудка и метод рефлексотерапии, я начал лечить пациентов и одновременно проводить научные исследования.
Материал собирал в течении трех с половиной лет. С середины 1986 года и до 1990 г.
В поликлинике по определенной методике, которая будет изложена ниже пролечено и обследовано более 80 пациентов.
Полное обследование прошли 37 пациентов. На втором этапе в хирургическом отделении пролечили в предоперационном периоде 44 пациента и группа контроля 22 человека. Всего 66 пациентов. На третьем этапе работы изучали влияние препаратов для анестезии на кислотность внутрижелудочного содержимого у 95 больных с язвенной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки в интраоперационном периоде.
В это время я неоднократно ездил в Москву к профессору В.Н. Цибуляк в центр хирургии АН СССР.
Он меня встречал довольно официально, и я проходил там усовершенствование, где знакомился с немедикаментозными методами обезболивания.
И вот наступил важный момент в 1990 году. Собрав весь материал, я сделал статистику и обобщил полученные данные.
Изложил все на «простыне» – так у нас тогда назывался анализ данных на большом листе бумаги – ватмана. Изложил некоторые параметры исследования – перед лечением, через три процедуры акупунктуры и через 14 сеансов. Изучив литературу, у меня появились некоторые оригинальные идеи. Но с кем посоветоваться? Конечно лучше бы всего с профессором В.Н. Цибуляк. Я ему позвонил в Москву. Он согласился меня принять и просил, чтобы я приехал где-то 7 марта, чтобы мы встретились 8 марта.
Я с удивлением ему сказал, что это праздничный день и все празднуют день женщин. Он ответил:
– Вот и хорошо, в институте никого не будет и у нас будет время пообщаться. Я уже праздники не отмечаю. 9 марта я должен улететь в Дели на международную конференцию.
Я так и сделал. Помню утром 8 марта в Москве шел легкий снежок. Я подошел к воротам института, сторож мне ответил:
– Проходите.
Он был на месте. Я зашёл в его кабинет.
– Ну вот у нас будет время пообщаться. Какие у тебя вопросы – спросил он.
Я спросил:
– Сколько Вы мне даете времени?
Он засмеялся – говори сколько захочешь, спешить некуда. И добавил:
– Один, два часа хватит? Я ответил – Вполне.
Мы в общей сложности беседовали более двух часов. Он слушал меня внимательно и по ходу изложения задавал вопросы, а я отвечал. В конце он серьезно и очень вежливо спросил:
– Откуда ты это взял?
Я ответил:
– Изучал литературу и вот пришел к таким выводам.
Мне показалось, что он был удивлён.
– Да, это весьма интересно, – сказал он. Надо будет показать нашим хирургам. Потом, немного помолчал и сказал:
– Нет, не будем показывать. Они не любят, когда с периферии приносят какие-то идеи. Материала у тебя для кандидатской диссертации достаточно, а это оставишь для докторской. Я его поблагодарил. Настроение у него улучшилось. Он позвонил своему старшему научному сотруднику Алисову Александру Петровичу и сказал: Саня, тут пришел один интересный хлопец, побеседуешь с ним. А мне пожал руку и сказал:
– Теперь ты для меня учёный! И когда бы ты ни приезжал ко мне, и кто бы ни был перед кабинетом, открывай двери и заходи. Потом подарил мне ещё одну свою монографию. И мы стали друзьями.
Суть этой идеи будет подробно изложена в следующих главах. А если коротко и популярно, то надо отметить, что, в конце 80-х и начале 90-х годов у нас в стране проводили хирургические операции на желудке по поводу язвенной болезни и двенадцатиперстной кишки в основном двух типов:
1. Различные варианты резекции желудка – Бильрот 1 и Бильрот 2.
2. Различные варианты ваготомий (пересечение блуждающего нерва, n.Vagus), от трункулярной до селективной.
Показаниям первому типу операций было превалирование гуморального звена регуляции процесса кислотообразования.
Показаниям второго типа операций было превалирование рефлекторного (нервного) звеньев регуляции процесса кислотообразования.
Критерием выявления и отбора пациентов было – применение атропинового теста в предоперационном периоде.