Aleksey Nik – Голод извне (страница 1)
Aleksey Nik
Голод извне
Глава 1. Хавенрок
Полгода после Вельгарда научили Максима одной вещи, которую он никак не мог узнать из книг, — тишина бывает разной. Была тишина отдыха, тишина, в которой можно было позволить себе выдохнуть. И была тишина ожидания, тяжёлая, будто перед грозой, которая всё никак не начнётся.
Сегодняшнее утро принадлежало ко второму типу.
— Гонец из порта, — сказал Дренн, входя без стука в кабинет, где Максим разбирал донесения о новых членах Совета. — Плохие новости.
Максим отложил перо.
— Насколько плохие?
— Хавенрок, — сказал Дренн. — Пропал этой ночью. Целиком.
Перо, которое Максим держал секунду назад, будто оставило после себя эхо в пальцах — он вспомнил похожее чувство полгода назад, когда услышал слово «Эльмхерст» впервые.
— Хавенрок — это не деревня, — сказал он тихо. — Это порт с двадцатью тысячами жителей.
— Именно поэтому я здесь, а не отправил обычного посыльного, — сказал Дренн.
Ирса появилась в дверях следом, уже одетая для дороги, с картой в руках.
— Собираемся, — сказала она без предисловий. — Кассандр уже знает?
— Уже едет сюда, — ответил Дренн.
Максим поднялся, чувствуя, как знакомая тяжесть ответственности снова опускается на плечи — тяжесть, к которой он думал, что успел привыкнуть за прошедшие месяцы, но которая каждый раз оказывалась чуть больше, чем он помнил.
— Двадцать тысяч, — повторил он. — Эльмхерст был деревней в несколько сотен человек. Если трещина способна поглотить город такого масштаба...
— Значит, всё, о чём предупреждал Сай, происходит быстрее, чем мы рассчитывали, — закончила за него Ирса.
Кассандр вошёл в кабинет спустя несколько минут, лицо его было мрачнее обычного.
— Отец уже собирает совет лордов, — сказал он без приветствий. — Новости о Хавенроке разлетятся по континенту за считанные дни, и, боюсь, реакция будет не той, на которую мы рассчитывали.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Максим.
— Я имею в виду, — сказал Кассандр, — что лорд-протектор Марч уже прислал письмо этим утром, ещё до подтверждения новостей о Хавенроке. Он требует срочного собрания совета лордов по вопросу о статусе Совета Единства.
— Он использует катастрофу, чтобы атаковать нас политически, — сказала Ирса резко.
— Или искренне обеспокоен тем, что организация, неподконтрольная короне, растёт быстрее, чем кто-либо успевает это контролировать, — сказал Кассандр, и в его голосе не было злости, только усталая честность человека, вынужденного балансировать между двумя правдами одновременно.
Максим подошёл к окну, глядя на утренний Вельгард, живущий обычной жизнью, ещё не подозревающий о судьбе далёкого порта.
— Сначала Хавенрок, — сказал он. — Разберёмся с политикой позже. Сейчас нужно увидеть, что там произошло, своими глазами.
— Я уже распорядился о лошадях, — сказал Дренн. — Мирель и Сай ждут внизу.
— А Крон? — спросила Ирса.
— Остаётся здесь, следить за Советом в наше отсутствие, — сказал Дренн. — Кто-то должен держать оборону дома, пока мы разбираемся с побережьем.
Максим кивнул, чувствуя, как знакомый ритм действия начинает вытеснять тревогу — не устраняя её полностью, но, по крайней мере, давая направление, в котором эту тревогу можно было применить с пользой.
— Тогда выдвигаемся немедленно, — сказал он. — Чем раньше мы поймём, что случилось в Хавенроке, тем больше у нас шансов не допустить повторения где-то ещё.
КОНЕЦ ГЛАВЫ
Глава 2. Пустота на месте города
Дорога к побережью заняла три дня стремительной скачки, и с каждым часом пути тревога Максима нарастала, подпитываемая слухами, доносившимися от встречных путников, — обрывочными, противоречивыми, но неизменно мрачными.
— Говорят, там теперь просто море, — сказал один из торговцев, встреченных на постоялом дворе за день до прибытия. — Будто порта никогда и не было.
— А люди? — спросила Мирель.
Торговец покачал головой, не находя слов, и это молчание было красноречивее любого ответа.
Когда они наконец достигли побережья, открывшаяся картина оказалась даже тяжелее, чем позволяли представить слухи. Там, где раньше стоял Хавенрок — оживлённый порт с доками, складами, кварталами ремесленников, — теперь простиралась ровная водная гладь, будто море всегда доходило именно до этой линии, будто здесь никогда не существовало ничего иного.
— Боги, — прошептал Сай, останавливая лошадь на возвышенности, откуда открывался вид на побережье.
Максим спешился молча, чувствуя, как метка на его предплечье слабо, тревожно пульсирует — не так, как перед сбором, а иначе, будто резонируя с самим отсутствием, зияющим перед ними.
— Здесь были причалы, — сказал Дренн тихо, указывая на едва заметную линию, где вода казалась чуть более мутной, будто скрывая под собой остатки того, что раньше стояло на суше. — Я торговал в этом порту дважды. Здесь была таверна «Морской узел», где подавали лучший эль на всём южном побережье.
— Была, — тихо повторила Ирса.
Они спустились ближе к воде, туда, где на прежней границе города собралась небольшая группа выживших — рыбаки, оказавшиеся в море во время катастрофы, и немногие, кто по случайности находился за пределами городских стен.
— Вы из Совета Единства? — спросил один из выживших, немолодой рыбак с потрясённым, застывшим выражением лица.
— Да, — ответил Максим. — Мы можем чем-то помочь?
— Помочь, — рыбак горько усмехнулся. — Город исчез за одну ночь, а вы спрашиваете, можете ли помочь.
— Расскажите, что видели, — мягко попросила Мирель, подходя ближе с явным намерением утешить, а не просто собрать информацию.
Рыбак долго молчал, прежде чем заговорить, будто заново переживая случившееся.
— Свет, — сказал он наконец. — Красный, потом белый, потом снова красный, будто пульсировал. Появился над центром города, ближе к полуночи. А потом — звук. Не грохот. Шёпот, но такой громкий, что заглушал крики людей.
— Вы разобрали слова? — тихо спросил Максим, вспоминая рассказ гонца о единственном произнесённом слове «скоро».
Рыбак покачал головой.
— Не слова, — сказал он. — Скорее... чувство. Будто что-то очень старое смотрело на нас, оценивая, и не находило нас достаточно интересными, чтобы задерживаться дольше необходимого.
Максим переглянулся с Сай, оба явно подумали об одном и том же — Голод не просто разрушал, он будто изучал, судил, принимал решения, недоступные пониманию тех, кто оказывался на его пути.
— Есть ли ещё выжившие? — спросила Ирса. — Кто-то, кто был ближе к центру событий?
Рыбак замялся, взгляд его метнулся куда-то в сторону временного лагеря, разбитого выжившими у побережья.
— Есть одна, — сказал он тихо. — Хотя не уверен, что назвал бы её выжившей в полном смысле слова.
— Что вы имеете в виду? — спросил Максим настороженно.
— Пойдёмте, — сказал рыбак, поднимаясь. — Лучше вам увидеть самим.
КОНЕЦ ГЛАВЫ
Глава 3. Вейра
Рыбак привёл их к самому краю временного лагеря, где отдельно от остальных выживших, у небольшого костра, сидела молодая женщина, закутанная в одеяло, несмотря на не самую холодную погоду. Её взгляд был устремлён в пустоту, не фокусируясь ни на чём конкретном, а губы двигались едва заметно, будто она беззвучно повторяла что-то снова и снова.
— Вейра, — тихо позвал рыбак, приближаясь осторожно. — К тебе гости.
Женщина медленно повернула голову, и Максим невольно замер, встретившись с её взглядом — глаза её были обычного карего цвета, но в глубине читалось нечто, отчего по спине пробежал холодок узнавания, слишком похожий на тот, что он испытывал у Ядра Резонанса в горах.
— Вы из Совета, — сказала Вейра тихо, не спрашивая, а констатируя. — Я вижу метку на вашей руке даже сквозь рукав.
Максим невольно взглянул на своё предплечье, скрытое одеждой.
— Как вы это делаете? — спросил он осторожно.