Алексей Лукшин – Убей в себе дъявола (страница 5)

– Значит, я должен тебе платить. Но ведь хочу – плачу, хочу – нет. Это моя прихоть: помогать тебе или нет. А это что? Где ты взял двести тысяч?

Расклад в Жорином представлении последовал тут же.

– Люди в списке – твои поставщики. За каждого, по нашей опять же договорённости, ты должен двадцать тысяч. Но я согласен на десять – пойду на уступку.

Семёна разрывало. Он чертил ручкой по чистому листу линии. По чёрточкам было видно – он вышел из себя.

– Не знаю, чем считать твою наглость и бесцеремонность. Больше нет слов.

Андрей Философ взял листок.

– Жор, подробней о деньгах. Похоже, твоя легенда непроста. Хотелось бы знать, как ты стал директором, какой фирмой руководишь.

Он обратился к остальным:

– Он что, правда, директор здесь?

Никто не возражал. Судя по лицам, это имело место.

– Жор, ты клоун, и здесь ты не директор, – перекрыл его Семён. – А директор отдела продаж и связей, если быть точным. Формально. Хотя и на бумаге. Расскажи сначала. С той аварии под Питером.

– Авария при чём? – недовольно усмехнулся Жора.

– Так ты директором стал после неё, чтоб избежать тюрьмы и получить условный срок. В той истории много занимательных деталей.

Становилось интереснее. Любопытство разгоралось.

Жора уставился в потолок.

– Та история не имеет отношения к делу. Семён, вот такой ты всегда. Плюсы себе зарабатываешь. Нет бы долг отдать, и дело с концом. Что, у тебя денег нет? Скажи, у тебя нет денег? Мои заработанные отдай. А потом можешь рассказывать, какой ты хороший. Ты хочешь уступку. Ладно. И это я предусмотрел. Знал, что ты о ней заговоришь, потому сделал пометку и вместо двадцати указал десять тысяч.

– Всё написанное – полная ерунда, – Семён потихоньку успокаивался. – Ты верни вещи, взятые тобой. Я не хочу больше тебя видеть.

– Стоп! Как не хочешь видеть? – мигом закипел Жора, подбоченясь. – Я не слезу с тебя, приду с людьми. Они вытрясут из тебя деньги. Нет, ты чего-то не понимаешь. Ты денег должен мне, – он сжал кулаки. – Не имея способа воздействия, не нашёл ничего иного, как взять вещи. Нажать на тебя надо, вот и нажал. А то, что сейчас нормально с тобой говорю, это лишь благодаря Андрюхе.

Хорошо, он согласился рассудить. Мы одинаково предпочитаем не вредить сложившимся за столько лет отношениям.

Вмешался Андрей:

– Жор, так расскажешь?

Жора даже не посмотрел на него.

– Да зачем мне чего-то рассказывать? Я уж не помню. Мне это не так важно было.

Но Андрей не отставал:

– Понятно. Но за всё время я ни разу тебя не видел при исполнении обязанностей. Странный ты директор. Потому и спрашиваю.

Жора думал, стоит ли участвовать в разговоре. Вместо него заговорил Семён:

– Год назад он погнал машину в Питер – решил заработать.

Высвободив кисть из-под подбородка, он указал на Жору.

– Сбил мужика и уехал. Через сотню километров его остановили. Дэпээсник сразу всё понял: так характерно выглядели все вмятины и разбитое стекло. Развернул его назад, чтобы он уладил всё на месте, а сотрудников, в чьё дежурство посты проехал, не подставлял. Он же того мужика в лесу бросил и решил укатить.

Припоминая, на секунду задумался и продолжил.

– В ту ночь Жора позвонил мне. Описал, что да как. Я ему пообещал денег, если понадобятся. На адвоката, да мало ли на что.

Никто не знал этих подробностей. Все слушали.

– Уладили всё. Возместили родственникам издержки. Старику было девяносто два года. Оказался пьяный. В половине третьего утра на магистраль, ограждённую забором, выскочил. Машина «Волга», на которой Жора ехал, сделана на заказ, в тюнинге. Ему выплатили неустойку за разбитую машину, да ещё уговорили такую же забрать. Адвокату заплатили. Тот ещё пройдоха, грамотный. Постарался, чтобы Жору к условному сроку приговорили. Ему необходимо было устроиться на работу с хорошей зарплатой, чтобы выплачивать компенсации. Если куда требовались деньги – я ему давал.

Андрей уточнил:

– Одолжил? Или что значит дал? Дать по-разному можно. Сколько денег-то?

– Андрюх, у человека беда. К тому же известный факт, у Жо… у него и гроша за душой нет. Разве поехал бы он за копейки перегонять эту «Волгу», за полторы тысячи вёрст.

Жора слушал, скосив голову набок. Верхняя губа насмешливо приподнялась.

Молчавший до сих пор Тарас добавил:

– Хорошее начало. Лиха беда беде придти, а пабедки с ног собьют, – и подчеркнул: – Если бы не Сеня!

На него уставился Рязанцев.

– Это что такое?

– Вспомнилась поговорка старая.

Семён ответил Андрею:

– Да не в деньгах дело.

– Уж точно, – все странно улыбались.

– Легче стало? – глаза Жоры наполнились ядом. – Рассказал. Под сплав меня пускаешь. Я ведь, если можно так сказать, человека убил. Ты меня притыкаешь тем самым. Напоминаешь. Я с того дня места не нахожу. Тебе ли понять, что там происходит…

Он ткнул себя кулаком в грудь.

– Меня это в корне изменило. Другим человеком стал. Вся моя сущность наружу всплыла. Я теперь перед Богом как на ладони. И вера укрепилась. Только в людях разочаровываться с каждым днём всё больше начал.

Раздражённый Тарас, проговаривая каждое слово, сказал:

– О, как тебя понесло. Похоже, когда ночью вещи крал, вера твоя принципами поступилась. Может, спала твоя вера? Или задремала на время, пока ты разногласия с другом ночью урегулировал. Нет. Впрочем, современная гибкая вера более убедительна.

Жора не спасовал, постращав его:

– Пожалеешь, Тарас. Ой, как пожалеешь. Я ведь серьёзно.

– Не зли меня, Жора, – спокойно ответил Тарас. – Похоже, ты комедию ломаешь.

– Тарас, подожди, всё интересное только начинается, – сказал Андрей, пытаясь прояснить историю.

Жора не выдержал.

– Дай я расскажу. А то сейчас Семён вам расскажет.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Подошёл к столу, взял чей-то недопитый бокал с чаем. Выплеснул в корзину. Ополоснул в кулере, снова выплеснул, налил кипятка и сунул пакетик с чаем.

– Так-то он рассказал верно, но к делу моему это не относится.

– Времени нет, Жор, – торопил Андрей. – Ты человек скорый, быстрый, моментальный. Давай по-существу да разойдёмся.

Жора сбивчиво расставлял точки над i.

– После всего Семён предложил мне стать директором. Открыл фирму. Назначил меня. Я согласился. Но я же за просто так не буду работать. Вот договорились, что он будет платить десять тысяч.

– Семён, это правда? – Андрей обратился к нему.

– Правда. Суд же впереди. Иначе нельзя.

– А деньги? Деньги за что?! – удивился Андрей.

– Он же гол, как сокол, ребёнка нечем кормить. Да беда навалилась: тогда он в казино сильно проигрался. Я решил: с меня не убудет. Подкину. Кто в церковь несёт, кто в детский дом. Разве мало способов десятину свою отдавать. Благое дело. А здесь особенно: с детства знакомы. Вдвойне приятно. Ну подкидывал ему.