Алексей Котаев – Чертог смерти (страница 6)

– Тише, тише. Постарайся не двигаться резко. Светлый-нефильтрованный немец не упомянул про тромбоз конечностей. Печально будет, если ты это того… ек.

– Не страшно. Завтра меня нового вам выдадут, – отшутился я, но совету последовал.

Выбрался из шаттла и оказался в закрытом ангаре. Серый. Голубые полосы диодных лент на посадочной площадке. Полосы желтых лент на стенах. Сзади – герметичный шлюз. Космос отсечен от нас, и не угрожает. Но все равно не комфортно.

Благо, я не пропустил вводный инструктаж. Повезло, что тромб не телепортировал меня в следующий день. Или, не дай Бог, в другое место. А то мало-ли, точка сохранения окажется на Земле. Я тогда, получается, уволюсь одним махом.

– Вы все получили в пользование наручные ПК. Или – НПК. Они довольно простые и их система не подразумевает сложных вычислений или возможности взаимодействия с Землей. Компьютеры будут связаны лишь с терминалом станции, и с вашим личным терминалом в каюте. По этим часам, или НПК, вы будете иметь возможность открывать и закрывать двери, следить за рабочим временем и получать уведомления, что бродят по местной локальной сети. Также, на первое время, вам будет удобно пользоваться картой. Там, в открытом космосе, с помощью этого ПК вы сможете управлять своими скафандрами, мониторя показатели или выбирая плоскость, в которой вам удобно находиться…

Как много… голова пухнет. Если он сейчас решит провести полный рабочий инструктаж, то я с ума сойду.

– … двери, шлюзы, порты, которые представляют угрозу герметичности станции вы открыть не сможете, пока не подготовите к выходу все необходимое. Завтра я проведу вам экскурсию, и организую обучение. А пока, прошу вас, займите свои каюты и приведите себя в чувства. Душ и физические упражнения отлично для этого подойду.

Я задумался о том, какая у меня каюта, и гибкий широкий экран на левом предплечье выдал мне номер. А потом и показал на карте маршрут.

Я сделал шаг в сторону, и моя позиция на карте изменилась на этот шаг.

А ведь точная штука.

Я подумал о трехмерном пространстве, и интерфейс изменился. Теперь я видел свою позицию в трех плоскостях, и был способен вращать трехмерную карту рукой, скользя по матовому экрану пальцами.

– Извиняюсь, – я снова отвлек немца в несвойственной местным манере. Он фальшиво улыбнулся. – А как нам связаться с Землей? Могу ли я послать им сообщение?

– Все на ваших терминалах в каютах. Думаю, вам нужно время, чтобы разобраться с функционалом личных вещей. На это вам выделен весь сегодняшний день. На ваших наручных ПК вы можете заметить, что время на данный момент общее, однако, по истечению нескольких дней, мы рассинхронизируем всех вас без ущерба для жизненных функция, чтобы Чертог мог работать в непрерывном режиме.

– Чертог? – не понравилось мне это слово. Мало знакомое оно для меня, но я его множество раз слышал. В крылатых выражениях, например.

– Нет. Чертог.

– Я об этом и говорю. Это место называется «Чертог»?

– Нет, господин Морохов. Это место называется «Чертог».

Я недоуменно посмотрел сначала на немца, а потом и на толпу за моей спиной. И двадцать человек глядели на меня в ответ, как на дурака.

– Рыжий, у меня проблемы с модулем перевода?

– Угу. Он говорит «Дворец», а ты слышишь «Чертог». Хотя, в первый раз я тоже услышал «Чертог». Мой модуль скорректировался. А эти, – здоровяк кивнул на иностранцев. – неруси, они вообще не понимают, о чем ты споришь.

– Михаэль, у меня проблема с модулем перевода. Но, кажется, я понял, как называется это место. Спасибо. С остальным я разберусь сам, – я блондину кивнул и обратно к своим прибился.

Мы немного поболтали, обсудили происходящее и разошлись по своим каютам. Тихо. Без спешки. Время в Чертоге было раннее, а впереди и вправду был целый день. Я долго думал над тем, чем мне придется заниматься, когда я начну тосковать от безделья, но оказавшись перед входом в свою каюту понял, что на это у меня не будет возможности.

Герметичная дверь щелкнула механизмами и скрылась в двухслойной стене. Я зашел внутрь, и та же самая дверь вернулась на свое место. Прошипела и вдавилась так, что воздух через нее пройти теперь не сможет. Везде резиновые уплотнители и металл с металлом не соприкасается. Одно только окошко из толстого прозрачного пластика соединяет каюту с общим коридором.

Окошко светонепроницаемо с внешней стороны, а вот из комнаты отлично видно, что происходит.

Я развернулся к мрачному пространствую своей каюты и свет начал лениво зажигаться. Везде вечные диоды. Холодные, пусть и светят белым. Все равно в этом свете не чувствуется жизнь.

Стены из стали. Нержавейка, тяжелая, но такая же вечная, как диоды. Мутная местами. Везде ниши для оборудования, полки, какие-то датчики и системы, с которыми мне еще только предстоит разобраться. По левую руку – стена, в которой спряталась душевая, что совмещает с собой и туалет. Дальше – шкаф и койка. Над койкой места для хранения вещей. Два ящика, что висят под самым потолком. Дверцы у них тоже зачем-то герметичные. Кровать простая, всего метр в ширину. Заправлена так аккуратно, будто в этом люксовом номере на краю Солнечной системы ждали важных гостей. А приехал я. На дальней стене встроенный холодильник. Справа от него стол с экраном и лампа. И за этим столом большое пластиковое окно. Затертое вечными попытками сделать его прозрачным.

– Два с половиной на шесть, – измерил я шагами вслух эту комнату.

Странным показалось и то, что в моей же каюте есть специальное пространство. Шлюз. Он соединяет эту мелкую комнатушку с открытым космосом. А справа от входа – витрина со скафандром. Сколько бы я ни пытался, свет в этой витрине все никак не мог загореться. Хотелось рассмотреть его, мой новый костюм. Понять, как выглядят космонавты, что разбирают на части космические корабли. Тщетно. Защита от дурака, не иначе. Доступ откроют после инструкций.

Я посмотрел на просторный верстак с тисками и паяльной станцией, что занял целый угол в комнате, спрятавшись за витриной. Невольно подумалось, что мне и чинить что-то придется тут. Не только разбирать, но и собирать. Благо, на такое я не подписывался…

От непонимания, что теперь делать, я достал телефон и запечатлел все местное убранство на фото. Отправлю его Юле, при первой же возможности.

А потом лег. Койка оказалась твердой. У изголовья панель управления климатом. Тут же экран с задачами, которых у меня пока не было. Я полежал с минуту и снова встал. Как неприкаянный. Приглушил на панели свет в комнате и присмотрелся в окно.

Трудно было понять форму Чертога. Он был похож на кольцо, внутренняя часть которого разделена перегородками. Снизу, если это низ, большие тоннели, что ведут в ярко-красную плавильню. Сверху – мириады прожекторов, что освещают рабочее пространство. Везде фермы, кабеля, условные обозначения зон и пространств. Пространств… Казалось, что внутри Чертога, внутри его кольца, может поместиться целый город. Места было так много, что я с трудом разглядывал свет в окнах кают напротив меня.

– Что это? – пальцем я ткнул на пространство за окном.

«Это – доки. Семь доков. Общая площадь четырнадцать миллионов семьсот сорок тысяч кубических метров. Высота рабочей зоны сто десять метров. Площадь рабочих зон варьируется от десяти тысяч квадратных метров, до двадцати пяти, в зависимости от типа утилизируемой техники. При спец заказах, фермы – разделители, служащие для безопасности отдельных исполнителей, могут быть сдвинуты»

Ничего себе справка на НПК. Кое как в экран влезла.

– Как попасть в доки?

«Сигнал о герметичности скафандра на пользователе деактивирует замок на шлюзе. Производится декомпрессия. Сигнал декомпрессора и скафандра блокируют замок каюты и деактивируют замок доступа в рабочее пространство»

– Для чего верстак?

«Рекреационные задачи. Модернизация и ремонт оборудования. Дополнительное пространство для работы. Может замещать обеденный стол»

– Ограничения на пользование душевой есть?

«Отведенное время варьируется в зависимости от напора воды. Допускается проводить в душевой не более тридцати минут в сутки при полностью открытых кранах»

– А холодильник для чего?

«Столовая в Чертоге работает по одному графику. Завтрак или ужин вам будет выдаваться в замороженном виде, в зависимости от вашего графика. Рекомендуется хранение пищи в специализированной камере – «Холодильнике». Допускается хранение непищевых предметов»

– Скажи на английском «Чертог».

«Palace»

– Дворец, получается… Почему такое название?

«На момент создания станции, проект был самым амбициозным и самым дорогим из существующих. Станция «Palace of changes» предполагалась как туристический центр со всеми удобствами для коммерческих рейсов. Первоначальное место базирования – высокая орбита Луны. Чертог подготавливал и тренировал туристические группы перед спуском на Лунную поверхность. Ошибка перевода. Максимально близкое название «Чертог перемен». Модуль перевода будет восстановлен из резервной копии. Название станции претерпело изменения. Излишняя помпезность была удалена»

– Так, а ты… Что за ИИ?

«Система поддержки персонала станции «Чертог», версия 4.4.132. Являюсь умным помощником персонала, способным ответить на любые вопросы, касающиеся работы или проживания в пределах Чертога. Осуществляю поиск и структурирование справочной информации. Синхронизирую расписание, организовываю работы с учетом личных качеств персонала»