Алексей Коблов – Сияние. Прямая речь, интервью, монологи, письма. 1986–1997 (страница 64)
Н.: По нашим оценкам, от 7 до 15 % он возьмёт.
Е.: Нет. Женщины обычно голосуют за солидного мужчину. Это психологическая тонкость. Юрий Власов — символ России и кумир для многих поколений советских людей. Они ему верят. Он честный человек, что в политике редкость. Но он не победит на выборах.
В этот момент политические разногласия Летова с Лимоновым обострились. Они ещё долго будут общаться при удобном случае, проявляя друг к другу неподдельный интерес. Но активиста НБП из Летова в итоге так и не получилось, хотя многие вступали в партию или просто симпатизировали ей во многом благодаря ему. Ну и Лимонову, конечно, книги Лимонова были — да и остаются по сей день — очень популярны.
Егор Летов:
Я буду дальше воевать!
Дмитрий Аграновский: Егор, сейчас о чём ни начни говорить, всё равно вернёшься к выборам, поэтому первый вопрос: как тебе ход предвыборной борьбы, агитации?
Егор Летов: Да, есть часть избирателей и довольно большая, которым нужно говорить: «Если вы меня изберёте, я вам через четыре года коммунизм построю!»
Д. А.: «Я защищу! Я верну! Я решу! А остальные ответят по закону!»
Е. Л.: Да. Более того, сделаю это всё за год, и зарплату выплачу, и пенсии, и прочее. Коммунизм — это спираль, идущая к горизонту, который недостижим. Те, кто придёт на смену нынешним коммунистам, должны сказать: «Да, мы коммунисты» и не отрекаться ни от чего, не каяться перед всякой сволочью. Мы шли по миру, шли широкими шагами, и ушли далеко. Придут люди, которые не будут оглядываться назад, а скажут: «Мы идём вперёд, и ещё дальше пойдём!» Молодые, весёлые, с весёлыми глазами. Люди действия.
Д. А.: Я не раз замечал, как наши противники пытаются втиснуть нас в определённые рамки, очень злятся, когда мы их представлениям не соответствуем, и называют нас то фашистами, то социал-демократами, то ещё как-нибудь. Для меня, например, совершенно естественно, что люди по-настоящему верующие объединяются сейчас с коммунистами — вот и «Русский прорыв» объединил людей разных взглядов, и если Роман Неумоев видит в Зюганове лидера прежде всего патриотов и поддерживает его как христианин, то ты поддерживаешь его как радикальный коммунист.
Е. Л.: Да, я коммунист, но это нам не мешает быть вместе, ведь «Русский прорыв» — это не партия, это движение, и люди в нем собрались вокруг одной общей идеи, идеи выживания нашей страны. Эта же идея объединяла солдат в окопах Сталинграда. Она объединяет людей в самый критический момент, когда речь идёт о жизни или смерти. Сейчас именно такой момент — мы дошли до последнего рубежа. И то что произошло перед этими выборами — объединение всех левых сил, всех патриотических сил, «белых» и «красных» вокруг единого лидера — это очень важно, возможно, это вообще самое главное, что произошло в стране за последние двадцать лет. Поэтому вопрос не стоит, голосовать или не голосовать за коммунистов — объединились все порядочные люди, и быть не с ними просто нельзя. И то, что мы вместе должны сделать — это установить в нашей стране нашу власть, для нас, для нашей земли.
Д. А.: Чего ты ждёшь от победы Зюганова? На что надеешься?
Е. Л.: В первую очередь я надеюсь, что в стране будет наведён элементарный порядок. Как пишет Зиновьев — мы будем выбирать не между капитализмом и коммунизмом, а между государственностью нормальной и государственностью криминальной. Я понимаю, что история развивается по спирали, а не по кругу, и уже невозможно вернуть многое из того, что мне вернуть очень хотелось бы. Я бы очень хотел, чтобы вернулось то, что было в моем детстве. Чтобы у нынешних и будущих детей было такое же детство, как у нас. Это была свобода, спокойствие, защита, это была жизнь, НОРМАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ. Вот это вернуть уже невозможно. Во всяком случае, мы до этого уже не доживём. Может, хоть наши дети доживут.
Д. А.: Сейчас много говорят о программах Ельцина и Зюганова, а по-моему, за каждым из них сформировались некие интуитивно понимаемые ценности, и выбор происходит в первую очередь на уровне глубинном, подсознательном.
Е. Л.: Вся история человечества — это борьба Идеалов и Интересов. Мы стоим на стороне Идеалов, даже если это дело заведомо проигрышное. «Проигранное дело поэзии…» А против нас воюют Интересы — вот придут коммунисты, отберут у меня мою лавочку. Поэтому на стороне Ельцина нет ни патриотов, ни вообще каких-либо идеалистов, даже «демократов», и собрать вокруг себя людей он может только одним способом — постоянно запугивая гражданской войной и тем, что отберут собственность, «мою личную», пусть даже это полушка, заработанная в переходе. За Ельцина — только страх, вот они от страха и собрались вокруг него, все эти «Голосуй или проиграешь», все эти рокеры, вся эта мразь. А с другой стороны, очень хорошо видно, кто чего стоит.
Д. А.: «Продавшиеся за колоссальный бесценок…» Получается, на стороне Ельцина нет никаких идеалов?
Е. Л.: Никаких. Война идёт только за собственность, только за свой личный карман. Всё остальное — с другой стороны. Поэтому, если мы сейчас проиграем, это будет не просто проигрыш, а глобальный проигрыш — по схеме Гумилёва это будет означать, что наш народ вступил в стадию угасания пассионарности.
Д. А.: То есть победа Ельцина покажет, что люди предпочли отношения собственности всему остальному — морали, нравственности, патриотизму, религии, идеалам?
Е. Л.: Она покажет, что большинство народа выбирает для себя смерть, уничтожение. И, видимо, в этом случае нужно будет отказаться от понятия «народ», отказаться от того, что мы являемся ЭТИМ народом, сказать, что мы являемся ДРУГИМ народом. Я скажу только за себя: я никогда, ни при каком раскладе не соглашусь с тем, что сейчас происходит, потому что для меня есть определённая система ценностей, определённая ПРАВДА, за которую проливали и проливают кровь все НАШИ, и если сейчас мы отступим, я всё равно не покину наш фронт, и буду дальше воевать, и если нам будет навязана жестокая война, будем воевать жестоко.
Д. А.: Мы ждём Победы. Победа коммунистов мало что изменит практически, во всяком случае, в ближайшее время. Никуда не денутся ни бандиты, ни «новые русские», но символическое значение этой победы будет огромно. В чём оно, на твой взгляд?
Е. Л.: В том, что в борьбе между жизнью и смертью снова победит жизнь.