Алексей Карпов – Великий князь Юрий Всеволодович (страница 46)

Девица же отцу своему предсташа, вся реченная старцем исповедаша; князь же великии в болшюю печаль впадоша. Яко приспе нощь, он же възляже в ложице своеи на одре своем. Яко же бысть четвертыи час нощи, и видев свет великии и мнев, яко граду горящу. И скоро въстав с постеля своея, и възрев в окно, и видев образ Владычень на воздуху стоаще, пресветлыя луча испущающа на град. Князь же великии, пад, поклонися образу Владычню, с многими слезами глаголя: «Слава Тебе, Владыко Христе, слава Тебе, Боже, слава Тобе, Царю! Мы и убо окааннии ужеотчаяхомся Твоея милости, но Ты убо, Владыко, не по грехом нашим, ни по безаконьем не отвращаеши лица Своего от места сего, но призираешь на нь и схраняеши десницею Своею. Не пришел бо еси. Владыко, праведных призвати, но грешных на покаание».

И многиа молитвы съ слезами изрек, и въста от места, и не видев образа Владычня, и рад бысть велми. Въ утреи иде к иному старцю, дале от града живущи, яко двадесять поприщь. Сеи бо предста вертепу, исповеда ему с радостию явлениа образа Владычня, Каламиросовы же сие словеса осужаше. Яко же исповеда старцю видение, старец же, въсплакався, рече: «Горе тобе, княже, яко радуешися, не разсудив видениа! Не слышиши ли псалмопевца Давида, глаголюще: „Лице Господне на творящая злаа, иже потребити от земля память их“ (Пс. 33: 17), паки и ино писание глаголеть: „Призирая на земли, творя и трястися, и коснуся горам, и въздымятся“ (см. Пс. 103: 32). Горы бо Святое Писание беси именуют, еже умножишася зде, и обладаша, и оскверниша место се; сего ради призирает Господь, и потребляет я, и очищает место се. Тем же, княже, не радуися, но паче плачися, хощем бо, княже, приати по делом своим». Князь же великии отиде тощь.

Безбожному же царю Батыю приближающися с многою силою агарянскою, грады разоряя, и села пожигаа, и человекы погубляа. И взя грады наша славныя Владимер и Ярославль и прочая грады, и уби великого князя Георгиа и вся сынове его, и вся сродники его изби, и поплени всю землю Суздальскую Божиим попущением, грех ради наших, по проречению святых старець. <…>

(Печатается по изданию: Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития (Обзор редакций и тексты). М., 1915. Приложение (Тексты). С. 81–82.)

Плач великого князя Юрия Всеволодовича (Из летописной повести о приходе безбожного царя Батыя на Русь, по рукописи XVII века)

<…> И тако оттуды приидоша к Москве. А на Маскве в те поры бысть князя Юрия великого сын его князь Володимер, а воевода с ним Филип Нянка. Татарове же пришед и скоро взяша Москву и воеводу убиша, а князя Володимера руками яша, а люди вси избиша и младенцы до единого возраста все в Москве побиты. Слышав же сие велики князь Юрья Всеволодовичь и плакося горко ревыи, яко струя из быстрины, кричаша горко, в перси руками биюще, гласом же не яко труба, но яко орган слатко вещаше: «Камо заиде свет очию моею, где отощли есте сокровище живота моего, цвет мои прекрасныи?»

Страшнаго ужаснаго великаго плача.

О, великаго плача и болезни изполнися вси рустии князие! Великии же князь Юрья Всеволодович от великого кричания лежа, яко мертв, на земли, и едва отлиявше его, носяще по ветру едва отдохнувша его:

«Днесь кому приказываете меня, солнце мое драгое, месяц мои прекрасныи! Почто рано зашли есте? Где, господие, честь и слава ваша? Многим землям государи были есте, а ныне лежите на земли пусти, и зрак лица вашего изменися; не слышасте ли, господи(е), словес моих бедных? О земле, земле! о дубравы, дубравы! вси плачите со мною! Како нареку день тои и воспишу, в он же толико погибе государеи и великих храбрых удальцов? И ни един же возвратися, вси равно умроша и едину чашу смертную пиша!»

Бысть сие убо тогда во всеи земли Рустеи многия туги, скорби, слезы, воздыхания страха и трепета. И тако великии князь со владыкою Митрофаном и со княгинею своею и з детми своими вниде во церковь, и знаменася у святых икон, и целова епископа, и княгиню, и дети, и бояры своя, и бе плач во граде, не слышати что друг со другом глаголаша в слезах и рыданиих. И остави в Володимери сыны своя и воеводы, а сам иде за Волгу с братаничи своими збирати силу многую. <…>

(Печатается по: Халанский М. Г. Материалы и заметки по истории древнерусского героического эпоса. СПб., 1903. С. 7–8. См. также: Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития (Обзор редакций и тексты). М., 1915. Приложение (Тексты). С. 162–163.)

Из Летописца Владимирского собора[202]

<…> В лето 6745-го убиение благовернаго великого князя Георгия Всеволодича великие княгини Агафии и чад их благоверных князеи: Владимира, Всеволода, Мстислава, и дщери их благоверные княжны Феодоры, и снох их княгинь: Марии, да Христины, да Феодоры, и владимирского владыки Митрофана от безбожнаго и злочествивого царя Батыя. И положены бысть в Володимере в церкви Успения Пресвятыя Богородицы.

В лето 6745-го февраля в 4 день убиение благовернаго великого князя Георгия Всеволодича Владимирского чюдотворца от безбожного и злочестиваго царя Батыя в Ростовской земле, на реце на Сите. И положено бысть тело его в Володимере в соборной церкве Успения Пресвятыя Богородицы…

<…>

Роспись родословию великим князем

Первый великий князь Рюрик; от Рюрика Игорь; от Игоря Святославль; от Святославля Владимир Киевский; от Владимира Ярослав; от Ярослава Всеволод; от Всеволода Владимир Манамах; а от Владимира Манамаха князь Юрьи Долгорукий; а от Юрья Долгоруково благоверный князь Андрей Боголюбский да Димитрий Всеволод; а от Димитрия Всеволода благоверный великий князь Георгий, что лежит во плоти, да брат ево великий князь Феодор Ярослав, великого князя Александра Невскаго отец…[203]

<…>

[О гробницах]

В Володимере соборная церковь от горняго места до западных дверей — 17 сажен с полсаженью; а поперег церкви — 14 сажен без локти. Да в церкве 5 двери, а круг церкви 62 сажени 3-х аршинных. <…>

Среди церкви, у патриарша места, в сребряной раке лежит благоверный великий князь Георгий Всеволодич, во плоти, от Батыя убиенный.

На южной стране. В пределе мученика Георгия лежат: благовернаго великого князя Георгия Всеволодича брат ево благоверный великий князь Феодор Ярослав, отец благовернаго великого князя Александра Невского. Да великого князя Георгия Всеволодича три сына: Владимир, Мстислав, Всеволод.

<…>

[В Комиссионном списке:

<…> Да в той же соборной церквии, на правой стране, страстотерпца Христова Георгия, лежит благоверный велики князь Георгий Всеволодичь во плотии, да брат его Феодор Ярослав Всеволодич, великаго князя Александра Неускаго отец. А той благоверный велики князь Георгий Всеволодич принесен бысть в болшую церковь к правому крылосу и положен бысть в сребреной гробнице позлащенной.

Да у том же вышереченом пределе страстотерпца Христова Георгия благоверный велики князь Г[л]еб Андреевичь в гробнице. Да в том же пределе лежат три сына великаго князя Георгия Всеволодича: Владимир, Мстислав, Всеволод…]

(Печатается по изданию: Летописец Владимирского собора // Шилов А. А. Описание рукописей, содержащих летописные тексты. Материалы для полного собрания русских летописей // Летопись занятий Императорской Археографической комиссии за 1909 г. Вып. 22. СПб., 1910. IV. Приложение. С. 59–62.)

Надписи на гробнице святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича

Божиею милостию и повелением Благочестиваго и Христолюбиваго Государя нашего Царя Великаго Князя Михаила Феодоровича всея России, по благословению и обещанию отца его и богомольца Великаго Господина, святейшаго Кир Иосифа, патриарха Московскаго и всея России, лета 7153/1645 сделана сия рака серебряная и позлащенная его святительскою казною в великий град Владимир, в соборную Апостольскую церковь Пресвятыя Богородицы честнаго и славнаго ея Успения, Благоверному Великому Князю Георгию Всеволодовичу, мученически венчавшемуся кровию за веру христианскую, Владимирскому чудотворцу, убиенному от злочестиваго и безбожнаго царя Батыя в лето 1237 Февраля в 4 день за Волгою рекою, на реке Сите. По убиении ж его блаженный Кирилл, епископ Ростовский, прииде с Бела озера на место, идеже добропобедный Христов мученик великий князь Георгий святую кровь свою пролия, ту обрете честное тело его и принесе в Ростов и положи в церкви Пресвятыя Богородицы, главы же его не обрете тогда во множестве трупия мертвых, последи же обретоша и святую его главу и принесоша в Ростов и положиша ю во гробе к честному телеси его, и в лето 6743/1239 прииде из Новаграда во град Владимир брат великий князь Ярослав Всеволодович и посла в Ростов, повеле принести во Владимир честное и святое тело брата своего великаго князя Георгия, егоже вземши со многою честию понесоша. Егда же бысть близь города Владимира, срете его сам великий князь Ярослав с епископом Кириллом и со священным собором и с детьми своими и с боляры и положиша его в соборной церкви Пресвятыя Богородицы в приделе южном, с песньми надгробными, всем же зрящим чудо преславно и удивления достойно, яко глава его совокупно прильпе к честному телеси его, яко ни следа видети отсечения на выи его, но все составы целы и неразлучны и доныне так в гробе почивают, от всех людей видимы и удивляемы. В то же лето 153 в 5 число Января по обещанию Великаго Господина, святейшаго Кир Иосифа, патриарха Московскаго и всея России, в третие лето патриаршества его, принесены быша мощи благовернаго великаго князя Георгия из придела в соборную церковь Пресвятыя Богородицы и переложены в серебряную раку позлащенну и поставлены быша на десной стране близь святительскаго места во славу и честь Благоверному Великому Князю Георгию мученику Владимирскому чудотворцу во веки. Аминь.