Алексей Калинин – Сказочный Детектив (страница 15)
– А чего не то? Вот мы, все как перст перед тобой. Наш младшенький припустит вдоль берега, а ты вдогонку. Ежели догонишь, то отдам монету! – оскалился коробейник.
– Или забздел? – тонким голоском пропищал самый мелкий и тощий.
Крупный коробейник скалился сквозь бороду. Его глаза поблёскивали, глядя на разыгрываемое представление.
– Я? Забздел? Да побежали! – рыкнул Серый. – Беги, давай! Посмотрим, насколько тебя хватит!
– Ну, сперва надо по рукам ударить. А уж потом и наперегонки…
Я знал об этом обычае. И вроде бы визуальный анализ не показал, что мелкий и тощий коробейник такой уж хороший бегун. То есть, он не оборотень, не какой-то бегун. Серый его вмиг догонит. Так что этот спор можно было считать уже выигранным. Поэтому я протянул руку, и средний коробейник ударил по моей открытой ладони. Потом повернулся к тощему и хмыкнул:
– Выпускай младшего.
Тощий быстро скинул короб с плеч, порылся там и вытащил стреноженного… зайца. То есть самого натурального серого лесного зайца. Тот прижал лапы к телу и испуганно смотрел на окружение, пока младший распутывал стянутые лапы.
– Это что, и есть ваш младший? – проскрипела Баба-Яга.
– Ну да, самый младший из нас. Мы же не говорили, что это обязательно должен быть человек! – расхохотался средний.
Крупный и мелкий вторили этому смеху. Кажется, они были довольны, что смогли провернуть такую шутку. Вот только, они не знали, кем является Серый…
– Так чего не выпускаешь-то? – буркнул он, разминая плечи.
– Да? Надо выпускать? Тогда беги, мила-а-ай! Фьюи-и-и-ить! – тощий положил зайца на землю и оглушительно свистнул, придавая животному скорости.
Заяц подпрыгнул на месте и дал такого стрекача, только его и видели. Серый улыбнулся нам, подмигнул, а после устремился в ту сторону, куда полетел заяц. Через несколько секунд он тоже скрылся из виду.
Коробейники заразительно хохотали, потирая руки. Средний уже потянулся к моей шляпе:
– Ну, мил человек, похоже, шляпенция теперь моя! Не по Сеньке шапка, как говорится! А на мне-то она будет ой как лепо смотреться…
– Не спешите, – процедил я, прислушиваясь. – Догонялки ещё не закончились.
– Да куда уж там! – хмыкнул тощий. – Ни одна собака такого зайца не догонит! Натерпелся, бедолага, после силков-то да пленения. Ни за что обратно…
Но его слова потонули в общем гомоне. Ибо через мгновение из-за ближайшего холма показалась фигура в белой сраченице. Это Серый мчался обратно, держа за загривок того самого зайца. Заяц висел, как тряпочка, в полной покорности судьбе. Может быть даже пытался молиться, а может, мне это только показалось.
Серый, не сбавляя хода, подлетел к нам и ловко затормозил. Потом бросил зайца прямо в руки ошарашенному тощему коробейнику и зевнул, мол, делов-то…
Заяц перекувырнулся в воздухе, потом решил подороже продать свою жизнь и на подлёте ударил обеими ногами прямо по подставленным ладоням тощего. Затем с верещанием помчался прочь. Я мог поклясться, что он крыл нас всех всеми известными ругательствами, но только на своём языке.
– Ну что? – спросила Баба-Яга ледяным тоном. – Кто забздел-то теперь? Если хотите, то сами своего младшего догоняйте теперь…
Коробейники переглянулись. Средний был не готов к такому повороту. Он мрачно покосился на гиганта, который только пожал плечами: мол, чего, с такими фактами не поспоришь.
– Ладно… – нехотя протянул средний, роясь в кармане. В его глазах мелькнула хитрая искорка. – Хотя… ежели ты такой удалой, мил человек, да с такими помощниками, не хочешь ли заработать ещё? Монету серебряную? Чистым серебром, не обману!
Я почувствовал, как Баба-Яга тихо вздохнула. Она предвидела подвох. И я почувствовал, что нас снова попытаются обмануть. Однако, нельзя полукриминальному элементу брать верх над детективом. Надо ударить в ответ его же способом!
– А в чём состязание? – спросил я, делая вид, что заинтересовался.
– В силе! – средний хлопнул себя по жилистому предплечью. – Видишь кобылку нашу? Слабенькая с виду, а тянет телегу исправно. Вот попробуй её поднять и с ней пройтись. И пройтись больше нашего! Да, Ваня? – жилистый подмигнул здоровому коробейнику. – Коли сделаешь – серебро твоё. Не сделаешь… – он многозначительно посмотрел на мой плащ. – Не буду отдавать монету, а заберу твою накидку. Она тоже видная, обращу в хорошую цену.
Что же, серебряная монета тоже пригодится как образец для копирования. Если предлагают, то почему бы и нет?
Я оценивающе посмотрел на лошадь. Она и правда была неказистой, тощей, но для обычного человека поднять её, да ещё и пройти – задача непосильная. Но это для обычного человека.
– У нас ещё есть мобильные гравитроны? – спросил я у Бабы-Яги вполголоса.
– Ага, парочка имеется, – ответила она.
– Для дела один нужен.
– Держи, – она незаметно сунула мне пластинку в руку.
– Я приму ваше предложение, – сказал я, снимая плащ и отдавая его ничуть не запыхавшемуся Серому. – Сколько примерно надо пройти? Десять шагов? Сотню?
Коробейники загоготали:
– Да ты хотя бы пяток шагов пройди!
Я только усмехнулся в ответ. Подойдя к лошади, я погладил её по шее. Отвязал от телеги, погладил по боку, незаметно приклеив пластинку гравитрона к животу животного. Затем кивнул Бабе-Яге, подсел под лошадь и… выпрямился с ней. Гравитрон сработал в обратную сторону, сделав животное почти невесомым.
Надо было видеть округлившиеся глаза коробейников, когда я прошёлся с животным на плечах вдоль берега, сделал парочку танцевальных па, и плавно поставил лошадь на место.
– Иго-го себе, – проржала удивлённо лошадь.
Рот у среднего коробейника был открыт. Мелкий онемел. Даже гигант Ваня смотрел с нескрываемым уважением.
– Вот… вот это да, – наконец выдавил средний. – Ну и силён ты, добрый молодец.
Он нехотя полез в другой карман и извлёк серебряную монету, блеснувшую на вечернем солнце. В тот момент, когда он протягивал монету, его взгляд упал на кобылу. И в нём снова вспыхнул азарт.
– Стой! – крикнул он. – Ты, молодец, силён, не спорю! Но сила – она не только в поднятии! Она ещё и в уме! Вот ты на плечах её протащил, а я смогу между ног пронести!
Коробейник ловко вскочил на спину кобыле, встал на стремена, приготовившись совершить некий акробатический трюк. В этот момент палец андроида, спрятанный в складках её одежды, нажал невидимую кнопку на маленьком пульте. Тончайшая пластинка гравитрона сменила полярность.
– Йах-х-хо! – завопил средний, собираясь поддеть лошадь ногами и подпрыгнуть вместе с ней.
Но вместо того чтобы стать невесомой, лошадь внезапно стала тяжелее, чем скальная глыба. Многократно тяжелее. Раздался оглушительный хрумь, как будто под ней проломился мост. Лошадь, не издав ни звука, просто прилипла к земле, вдавив копыта в грунт. А средний коробейник, по инерции продолжавший движение вверх, описал нелепую дугу и шлёпнулся прямо в лужу рядом, издав при этом звук, очень похожий на тот, что издавал ранее ругающийся заяц. Лошадь кое-как поднялась на дрожащие ноги.
Наступила мёртвая тишина. Прервал её тихий смешок Бабы-Яги.
– Что-то кобыла твоя сегодня не в духе, – заметила она. – Наверное, не хочет, чтобы её между ног таскали.
Средний, весь в грязи и пыли, поднялся. Он был побеждён, и это понимали все. С мрачным видом он встал. Хмыкнул и достал золотую монету. Потом взглянул на здоровяка. Похоже, что пришло время для самого главного задания. Здоровяк понял с полуслова и выступил вперёд.
– Погоди, – пробасил он. Его маленькие глазки сузились. – Силу мы проиграли. А как насчёт удали? Смекалки? Или только на хитростях да на уловках горазды?
– Что ты предлагаешь? – спросил я, чувствуя, что развязка близка.
Ваня нагнулся, поднял с земли здоровенный булыжник, размером с добрую дыню.
– Видишь камень? Я его подброшу. Если ваш молодец, – он кивнул на меня, – кинет камень выше, чем упадёт мой, то забирайте все три монеты. Все ваши. А если нет… – он обвёл взглядом нас троих. – Тогда вы отдаёте нам всё, что при вас есть ценное. И метлу!
Серый тихо рыкнул, но я жестом его успокоил. Взгляд Вани был твёрд. Он был уверен в своей силе, как и в том, что я, субтильный горожанин в плаще, не смогу даже приблизиться к его результату. Это был их последний шанс отыграться, и они бросали всё на кон.
– Ладно, – согласился я. – Бросай. Только пусть уж на этот раз поучаствует наша бабушка. Она слабее и медленнее всех, так что пусть хоть фору даст.
Ваня размахнулся своей богатырской рукой и швырнул камень в небо. Тот взмыл вверх, стремительно уменьшаясь, превратился в точку и исчез в вечерней синеве. Мы все задрали головы. Прошла минута. Ещё полминуты. И вот, с тихим свистом, камень врезался обратно в землю в двадцати шагах от нас, оставив небольшую вмятину в земле.
– Выше некуда, – с удовлетворением констатировал Ваня, потирая ладонь. – Теперь твоя очередь, мил человек.
Я подошёл к тому же камню. Баба-Яга подошла тоже.
– Ну что, куда его запулить?
– А пусть по орбите носится, – хмыкнул я в ответ.
– А и пускай… – андроид легко подняла камень и что есть дури швырнула его в небо.
Камень понёсся вверх. Так же быстро, как и предыдущий. Но на высоте, где первый начал замедляться, второй продолжил ускоряться. Он пронзил облачко, сверкнул в последних лучах солнца и… растворился в темнеющей вышине. Он просто исчез.