Алексей Калинин – Сказочный Детектив (страница 14)

Серый попытался что-то буркнуть, вроде как что-то нелицеприятное и оскорбительное. Пришлось нажать на руку и уткнуть лицом в папоротник.

– Что-то хочешь сказать? – ослабил я хватку.

– Я… я не для камней! – выдохнул он. – Токмо лекарство для матушки добыть хотел. Совсем одряхлела она, бедовая… Сама уж целебной травы не разыщет… Простите меня, люди добрые, по неразумию молодому. Повинен я, отпустите душу на покаяние, а?

Я переглянулся с андроидом. Та подняла бровь, выражая недоумение:

– Вообще-то, самки волков живут четырнадцать лет, а ему около двадцати. К тому же, прикинув временной лимит и сообразность, получается…

– Получается, что этот тип снова пытается нас надуть. Взять на жалость. И это уже пункт четвёртый: мошенничество. В общем, я должен тебя спросить – будешь сотрудничать? Или хочешь, чтобы тебя за воровство, мошенничество и попытку убийства сдали властям? – я постарался спросить крайне жёстко, чтобы этот прохиндей почувствовал, что с ним больше не цацкаются.

– Буду! Не надо меня никому сдавать! – пробурчал Серый.

– Тогда ты должен надеть на себя вот это, – я показал «волчью петлю».

– Чегось? Опять? – оборотень недоумённо захлопал глазами.

– Это необходимая мера предосторожности. Но не бойся, она исправлена и поэтому менее опасна. Петля будет охранять нас с бабушкой от твоих неконтролируемых инс-тинк-тов! – проговорил я последнее слово так, как это раньше делал оборотень. – Впрочем, у тебя есть другой вариант!

– Пойду на мировую! Пойду! Не выдавайте меня властям городским. А то шкуру спустят, да скажут – сам, мол, виноват, волчья порода…

Я встал, позволяя Серому подняться. Он отряхнулся, потирая плечо, и посмотрел на нас полными стыда и отчаяния глазами. Однако, почему-то я этим глазам не верил. Протянул «волчью петлю». Серый вздохнул, посмотрел на небо, как будто ожидая сверху помощи.

Вместо помощи прилетели птичьи экскременты, расплылись по рубахе зелёновато-белесой каплей. Серый крякнул от огорчения, а после, смахнув лопушком птичий привет, протянул руку. На ней я и закрепил небольшой кожаный браслетик.

Серый приготовился испытать боль, зажмурился, но браслетик как висел, так и остался висеть.

– Он тебе не причинит вреда, если ты не задумаешь против нас плохого, – пояснила Баба-Яга. – К тому же, ты сможешь перекидываться, когда захочешь…

Оборотень тут же улыбнулся, сделал сальто и лязгнул клыками, когда приземлился. Тут же взвыл от боли и снова кувыркнулся, став человеком.

– Всё понял, осознал и принял, – пробурчал он.

– Укусить хотел? – спросил я.

– Токмо для эксперимента, – пояснил пройдоха.

– Ладно, движемся в сторону Китежа, – проговорил я. – Дорога не близкая, так что не будем тратить время на разговоры. Поговорить и в дороге успеем.

Глава 14

Ближе к вечеру дымчатые башни Китеж-града начали проступать из-за холмов, будто вылезали из-под воды. Вскоре мы выскочили на границы чёткой видимости.

Мы с Бабой-Ягой воспользовались ступой, а вот Серый, в обличье волка, мчал по земле. По пути мы пару раз останавливались, чтобы пообедать и сориентироваться на местности.

Я съел гаунистры, замаскированные под хлеб с салом, а вот Серому Баба-Яга специально соорудила эквивалент местной еды: гречневую кашу с бараньим боком. Благо записи о таком специфическом блюде сохранились у профессора Глоуза.

Серый уплетал за обе щёки! Даже урчал от удовольствия!

Потом вылизал предложенную плошку и попросил добавки. Андроид только покачала головой, мол, потом тогда бежать не сможешь.

Конечно, надо было рвануть на корабле, но тогда бы рисковали засветить тот факт, что избушка на курьих ножках может ещё и летать. И вовсе не на курьих крылышках!

Поэтому мы решили проделать путь до Китежа именно так. Избушку можно подтянуть и ночью, когда в ночном небе не так будет видна пролетающая махина. Да и саму ступу пришлось оставить в сторонке, в густом бору, чтобы не светилась и не бросалась в глаза.

Андроид включила гравитрон, прибавляя тяжести ступе, и теперь её даже десятком ломовых лошадей нельзя было сдвинуть с места. Это на случай, если вдруг кому-то захочется оприходовать брошенную кем-то ступу.

После этого мы вышли на центральную дорогу и двинули к городу Китежу.

Город не столько стоял, сколько висел в воздухе над озером Светлояром. Было в нём такое очарование, где всё находилось на своём месте. И отражался он в голубоватых водах озера почти что весь как есть: с белокаменными стенами, златоверхими церквами, с суровыми монастырями, с узорчатыми теремами, с боярскими каменными палатами, с рубленными из кондового, не гниющего леса домами.

Мост к нему был срублен из здоровенных брёвен, и по нему сновали в разные стороны разные люди и разные же создания. Не совсем люди, так сказать. То деревянные на вид – лешачьей породы, то мохнорылые, вроде нашего Серого в период оборачивания, то и вовсе – русалку в чане с водой провезли. Она задорно хихикала и плескала хвостом. От города веяло каким-то величием и суровостью. Вроде как надо уважать его таким, каков он есть, иначе можно поплатиться за неуважение.

Кстати, заметил, что при въезде в город стражники взимают плату с новоприбывших. Берут круглые монеты, а взамен дают продолговатые бирки. У выходящих же из города эти бирки забирают. Вроде бы пропуск такой получает всяк в Китеж входящий.

Я читал записи профессора Глоуза и знал, что тут в ходу разные монеты – медные, серебряные и золотые. На этот случай у нас даже молекулярный принтер имелся, нужно было только загрузить нужную деньгу для образца, потом соответствующий металл и на выходе получалось бы скопированное сокровище в виде нескольких монет.

Вот только где взять нужные монеты? У Серого их не оказалось, так как в волчьем обличье не имелось карманов. А мы как-то не задумывались о сотворении подобных.

Нет, мы можем сделать, но нам нужна хотя бы одна монета для образца. А вот их как раз и не было…

– А у нас есть монеты? Для проходу страже требуется, – озвучил мои мысли Серый.

– Нет. Вот чего нет, того пока нет. Но, если есть хотя бы одна и на время, то… – начал было я.

– Так я энто… стибрить могу, – расплылся в улыбке Серый. – Ежели для дела нужно, то я и на такую оказию вступить могу.

– Ага, помощник детектива станет воровать… – хмыкнул я в ответ. – Ну уж нет. Надо оглядеться и понять, где можно заработать хотя бы медную монету честным путём? Потом мы уже сможем справиться с безденежьем. Нам бы только одну монетку!

Похоже, что в этот вечер звёзды были к нам благосклонны. Я заметил, что не только мы осматривали город, но также осматривали и нас. Причём всё больше поглядывали на мою одежду. Ну да, для местных плащ и шляпа выглядели необычно. Но я не хотел менять свой наряд на подобие местных костюмов. Пусть сразу начну выделяться и вызывать вопросы – кто я такой?

А вот те, кто нас оглядывали, были тоже не совсем нормально одеты. Они выделялись на фоне остальных людей какой-то яркостью в одежде. Трое мужчин носили плисовые шаровары, поддевку из тонкого сукна, рубаху-косоворотку, картузы и яркие шелковые кушаки. На ногах пропылённые лапти. За спинами висели объёмные плетёные корзины.

Вообще эти трое выглядели так, как будто их специально собирали из разных типажей. Один мелкий и шустрый, с постоянно бегающими глазками, второй среднего роста, крепкий и жилистый на вид, а третий вообще был чуть ли не гигантом, с огромными ручищами и окладистой бородой. На мой взгляд, они все были одного возраста. И рядом с ними с ноги на ногу переступала тощая кобылка, привязанная к небольшой телеге, накрытой попоной.

В записях профессора упоминались уличные торговцы, коробейники-офени. Похоже, что с одними из представителей этого племени мы и встретились.

И вот, когда они заметили, что я обратил на них внимание, то вперёд выступил средний:

– Доброго здоровьичка, путники! А вот не угодно ли товару заморского? Гребни для сударыни, чтобы в волосьях вошкам не блуждать, а выступать по проторенным тропкам. Али мужам ложки расписные будут годны? Ткани есть разные, лапти плетёные…

– А нет ли у вас монеты медной? – спросил я. – Нам на время. Посмотрим и отдадим…

Мужчина, который с нами заговорил первым, оглянулся на остальных и расплылся в улыбке:

– А чего же на время? Навсегда могу отдать. Обменять её вон, на твой картуз с диковинным пером! С такой шляпенцией я мигом всех конкурентов обскочу!

Медную монету за мою высокотехнологичную шляпу? Этот абориген даже не понимал, что он спрашивает!

– Ну нет, – помотал я головой так, что мотнулось павлинье перо. – Это очень плохая сделка. Для меня.

– Да? А тогда не хочешь ли на кон свою шляпу поставить? Сыграем в догонялки! И если кто из вас догонит нашего младшего, то дам вам медную монету, а если нет, то ты мне, мил человек, шляпенцию отдашь, – расплылся в бородатой улыбке мужчина.

Я взглянул на Серого. То, что он умеет очень быстро бегать, он уже доказал. А вот сможет ли он опередить самого младшего из коробейников?

– Есть у нас один бегун, – проговорил я, глядя на него. – Сможешь в догонялки сыграть? Или устал?

Может и в самом деле устал? Путь-то оказался неблизким. Могли ноги подвести в нужный момент.

– Лукьян, чую подвох в словесах евоных! – протянул Серый. – Ой, что-то тут не то. Вон, и борода у него сотрясается…