Алексей Христофоров – Страшные истории города N (страница 3)

Анжела брала то одну, то другую вещицу, медленно подносила её к лицу, вдыхала её аромат и с нежностью целовала и рассматривала каждую грань своей собственности.

Иногда в сознании Анжелы мелькала мысль – нет, это плохо, зачем она крадёт вещи, но при взгляде на любую мелочь, будь то баночка с блеском для губ или самая дешёвая резинка для волос, тело Анжелы пронизывала мелкая дрожь. Что-то начинало давить изнутри на лоб, и в такие моменты, Анжела понимала: без этой вещи она не выйдет из магазина. И никто не должен знать, что эта вещь теперь у неё, никто! Анжела очень аккуратно брала вожделенный предмет в руки и прятала так, чтобы охрана магазина не уличила её в воровстве.

Началось это ещё с детства. Родители даже водили дочь к психологу, и Анжела изворотливо изображала из себя нормальную девочку. Она стала осторожна и скрытна, и с тех пор её ни разу не застукали за кражей.

Иногда Анжела пыталась изменить себя, но каждая попытка разбивалась о нерушимую скалу из желания овладеть некоторыми вещами. Эта тяга была сильнее. Анжела должна спасать вещи, должна их оберегать у себя дома и обязана всё это делать втайне от всех.

Гром за окном разразился очередным трескучим разрядом. На мгновение всё стихло, и в следующую секунду улицу озарила яркая вспышка молнии. Её отблеск отразился в драгоценных камнях, украшающих кольца, разлился белым светом по металлам, из которых они были отлиты, и на какую-то долю секунды этот свет ослепил Анжелу. Женщина толком не поняла, что произошло. Молния погасла, снова наступил приятный полумрак, а над городом прозвучал очередной раскат. В комнате на мгновение сверкнули две точки – глаза кота Анжелы, который тихой сапой пересёк спальню и, бесшумно запрыгнув на кровать, стал наблюдать за хозяйкой. Анжела моргнула и снова начала осматривать свои владения. Она понимала: ей чего-то не хватает! Её коллекция неполная, ещё столько вещей нужно спасти! Вещи зовут её! Просят о помощи! Анжела поднялась с пола. Она должна им помочь! Дождливый влажный ветер, так бестактно ворвавшийся через приоткрытое окно в комнату, начал ласкать её тело и вместе с мыслями о новых вещах прокрадывался в самые сокровенные изгибы, доводя Анжелу до сладострастного забвения. В этом блаженстве обнажённая женщина свернулась калачиком на ковре, провела рукой по своим любимым вещам и закрыла глаза.

Статистические данные о городе N

от 14 мая. Год_текущий

Город: N

Координаты: 25°15'39" с.ш., 121°28'39" в.д.

Внутреннее деление: городские районы: Пятый, Четвёртый, Третий, Второй, Первый

Местное самоуправление: Глава города – Н. П.

Глава администрации – В. Г.

Основан: 1895 г.

Площадь: 276,68 км(2)

Население: 66 000 человек

Плотность: 2 666 чел./км(2)

Часовой пояс: UTC-5, летом UTC-4

Телефонный код: +1313

Почтовый индекс: 678562

II

Зазвонил будильник. Сергей Алексеевич уже не спал и был готов услышать этот назойливый сигнал. «Очередной РАБочий день», – подумал он. Пролежав с открытыми глазами минут пять, мужчина поднялся и подошёл к окну. Клочья белёсого утреннего тумана стелились по мокрому асфальту. Солнце пыталось пробиться сквозь хмурые тучи и хоть как-то окрасить серый городской пейзаж в законные яркие тона весны.

Зевнув, Сергей Алексеевич быстрым шагом направился в ванную. Промокнув лицо водой, он посмотрел в зеркало. С чёрных коротких волос стекала вода. Заспанные карие глаза смотрели на своё отражение с уставшей улыбкой. «Взбодрись», – сказал себе мужчина, улыбнулся зеркалу тонкими губами и взял зубную щётку.

Ему не хотелось видеть этих опасных детей, но от детей он скоро отдохнёт, каникулы не за горами. Закончив собираться быстрее, чем обычно, учитель вышел на улицу. Солнце к этому времени почти справилось с остатками дождевых облаков, правда, сегодняшний день был холоднее, чем обычно.

Для всего N наступало очередное будничное утро. Город лениво просыпался. Кто-то уже шёл на работу, кто-то неспешно готовил себе завтрак, дворники подметали улицы, машины ехали по всё ещё мокрому от ночного ливня асфальту.

Со стороны могло казаться, что городская жизнь протекает своим чередом, но всё же что-то было не так. В движениях жителей появилась какая-то неестественность, по лицам скользила тень отрешённости. Молодое солнце светило не так ярко, и свет лучей, падающих на город, был скорее холодного оттенка, нежели тёплого, которого требует свежая весна. В сыром утреннем воздухе больше не ощущалась последождевая свежесть. Воздух был заражён, и жители, ничего не подозревая, вдыхали в себя отравленный кислород.

Общий темп жизни города изменился. Дружелюбный сосед, с которым всегда идёшь до остановки, мог в это утро неприветливо поздороваться. Коллега по работе мог отпустить неприятную шутку и косо посмотреть даже из-за самого небольшого пустяка. Вроде бы в этом нет ничего особенного. Каждый может встать не с той ноги! Но, тем не менее, всё это связывала некая закономерность, которая предвещала нечто плохое. Никто не заметил лёгкого налёта ЗЛА. Возможно, потому что это была лишь начальная стадия заражения.

С этого утра жители стали ещё больше погружаться в себя и свои проблемы, с этого утра многие стали слишком увлечены собой, своей жизнью, своей зоной комфорта, и пускай кто-то краем уха услышал, что не вернулась с ночной прогулки девочка из соседнего подъезда. И что с того? С кем не бывает? Осталась у подруги, не смогла дозвониться родителям, и вообще, кому какая разница, если сегодня нужно столько сделать на службе, затем успеть в торговый центр до закрытия, а потом добраться по пробкам до дома, зарыться с головой под одеяло и плевать, что там творится в мире. В это утро в головах жителей города N всё смешалось.

Осмотревшись по сторонам, Сергей Алексеевич с жадностью вдохнул в себя сырой воздух и неспешно направился к школе. Перешагивая небольшие лужицы, учитель решил изменить свой привычный маршрут до работы. Подойдя к школе с бокового входа, он заметил своих учеников, которые, докуривая сигареты, о чём-то спорили. Мужчина недовольно покачал головой. «Снова сигареты», – пробурчал он про себя. «Можно подумать, что все их жизненные ценности в этом возрасте сводятся к курению и бунтарству… Ненавижу…». Сергей Алексеевич ещё раз посмотрел в сторону учеников и нервно зашагал к центральному входу.

В это время Настя тоже подходила к школе. Матвей быстро пробегал мимо и даже не заметил, как столкнулся с одной из учениц. Удар в плечо вырвал Настю из омута мыслей о Диме. Девочка с неприязнью посмотрела на молодого парня, который, не извинившись, побежал дальше. Матвею не было дела до какой-то малолетки. Он опаздывал на работу в редакцию. Общественный транспорт сегодня почему-то ходил с перебоями. Матвей ускорил темп. Он подумал о своём дневнике и о вчерашней записи. Вдруг мама зайдёт в комнату и, отыскав дневник, прочтёт, что он написал? Может, вернуться домой? Вчера он обсуждал с дневником свой переезд в отдельную съёмную квартиру (родителям он о своих планах ещё не сообщил, будучи уверенным, что с их стороны последуют исключительно отрицательные комментарии). А он, наконец, решился жить самостоятельно. В дальнейшем в планах был переезд Софии к нему. Но вчера Матвей подумал, что девушку он перевезёт к себе позже. Сейчас, как никогда, он нуждался в своём убежище, в своём маяке – месте, где он сможет побыть в одиночестве. Ему больше не хочется видеть по вечерам своих родителей, выслушивать их вопросы о том, как прошёл рабочий день, выслушивать их нравоучения, наставления или слышать от матери упрёк, что сын ест ужин без хлеба. Это настолько раздражало, что скрывать свою неприязнь было уже сложно. Квартира являлась единственно верным, по его мнению, решением проблем с родителями.

Перебирая в голове эти мысли, Матвей подходил к работе. Он уже видел огромное белое, вытянутое вдоль улицы десятиэтажное здание, построенное из больших квадратных панелей, в котором редакции газеты принадлежали пятый, шестой и седьмой этажи. Матвей хорошо знал, где находится его отдел, и без проблем отыскал глазами нужные окна. В окнах смутно виднелись силуэты людей. На какое-то мгновение подул холодный ветер, и остатки дождевых облаков, которые всё ещё пыталось отогнать от себя солнце, сомкнув круг, перекрыли солнечные лучи. Матвея кольнула неприятная мысль, что он снова увидит те же лица, снова будет заниматься теми же делами. Снова работа, работа, работа… Будь она неладна! Такой дискомфорт он никогда не чувствовал. Воодушевление, с которым он обычно приходил в редакцию, куда-то испарилось. Сейчас хотелось развернуться, добежать до дома и запереться в своей комнате, оградившись от всего мира. Парень посмотрел на небо: солнцу всё же удалось прорваться сквозь назойливые тучки, и Матвею стало легче. Вдохнув воздух, он ускорил шаг: за опоздание могли предъявить штраф, а в ожидании переезда Матвей старался экономить на всём.

Поднявшись на свой пятый этаж, он вошёл в просторный кабинет. Рабочее пространство в нём было разграничено небольшими прозрачными перегородками и заставлено деревянными столами, за которыми едва мог уместиться один человек. Створки больших квадратных окон были открыты, отчего в помещении было довольно свежо. Коллеги В. и Л. при виде Матвея прервали свой разговор. На их лицах нарисовалась чопорная улыбка, обозначающая приветствие. Матвей кивнул в ответ и направился к своему столу, который был, как никогда, завален разными набросками и черновиками для будущих статей. Коллеги проводили Матвея, как ему показалось, насмешливым взглядом и продолжили беседу.