Алексей Христофоров – Страшные истории города N (страница 2)
Она сотни раз рисовала себе эти картины, но сейчас почему-то стало тревожно. Над этой одной большой мечтой, над этим так чётко сформулированным планом что-то нависло. Настя не могла понять, что означает это чувство и откуда оно так внезапно возникло. Девочка застыла. Что-то вмешалось в её мысли. Что-то неожиданно стало перебивать такие яркие и счастливые картинки в голове. Как же это правильно назвать… Неуверенность… Нет, не совсем верно. Настя пыталась подобрать правильное слово. Она хочет, чтобы всё получилось, она любит своего парня… Дима принадлежит лишь ей… Но в этом логичном тракте из мыслей Настя начала спотыкаться о какую-то странную тень. На мгновение ей померещилось, что у них с Димой ничего не выйдет. Но как такое может случиться? Она сомневается? Неужели что-то может пойти не так? Они любят друг друга, она любит Диму, а он любит её… Любит? Опять эти неясные сомнения!
Новый порыв ветра в очередной раз подхватил струи дождя и хлёсткими ударами мокрых плетей ещё громче забарабанил по стеклу. Мысли путались. Множество новых странных ощущений бродило в голове. Настя была растерянна и не могла понять, что же происходит.
Надо определить причину, тогда точно получится разобраться, в чём дело. Девушка выдохнула очередное облачко пара и взглянула в окно. Дождь продолжал злобно стучать по стеклу и рисовать странные картинки. В этих размытых тёмных силуэтах на окне Настя начала видеть новый образ. Она понимала, что образ ей кого-то напоминает, но пока не могла определить, кого именно.
Сон – вот что поможет прояснить мысли! Точно! Сейчас она примет ванну и ляжет спать! Настя слезла с подоконника и вышла из своей комнаты, так и не заметив, как струи дождя на оконном стекле сплелись в злую маску, которая злобно смотрела ей вслед.
Ольга Витальевна, закрывая дверь в комнату сына, застыла на пороге. Она неподвижно стояла у двери и со странным огоньком в глазах наблюдала за своим ребёнком. Дима уже спал. Она зашла лишь на секунду, оставить поглаженные вещи.
Любовь матери бесконечна и всегда тревожна. Её милый, красивый мальчик. Ольга Витальевна смотрела на тёмный силуэт спящего сына и её сознание кольнула мысль: скоро выпускной, поступление в университет в другом городе. Как же без неё он будет там справляться? Стоит ли его отпускать? Эти вопросы тревожили её материнское сердце. Один вопрос подразумевал под собой десятки новых. В какой-то момент женщина начала путаться в сплетении всех вытекающих друг из друга обстоятельств. Гроза за окном только подыгрывала её смутному настрою. Но она справится. Обязательно справится! В конце концов, она смогла вырастить сына одна. Своего мальчика точно в беде не оставит. Материнское сердце способно на всё. Женщина улыбнулась и осторожно закрыла за собой дверь.
Стоя перед закрытой дверью ванной комнаты, М. думал о том, как ему не хочется возвращаться обратно в спальню к жене. Может, выскочить в магазин за сигаретами? Задержаться подольше? Возможно, к его возвращению жена уже уснёт и освободит от ненужных и таких тяжёлых разговоров перед сном. Неужели она не понимает, насколько ему не интересно её слушать?! Эта бесконечная болтовня о бывшей работе, сплетни о коллегах, обсуждение цен на продукты и ненужных новостей, которыми он вообще не интересуется. Неужели ей так трудно это понять? М. нервно мотнул головой.
Раньше эти накопившиеся упрёки его так не терзали. Он всегда находил, чем себя успокоить. Раньше… М. криво ухмыльнулся.
В глубине души он уже давно смирился, что выбрал не ту женщину. Их совместная жизнь катилась по своей извилистой дороге, вошла в привычку и свернуть с уже накатанной колеи было страшно.
Да, он ругал про себя жену, винил её во многих вещах, в которых и сам был неправ, ведь брак – это совместная жизнь двоих людей, которая подразумевает какие-то уступки друг другу. Но каждая новая уступка давалась всё тяжелее. М. сто раз повторял про себя: лучше уступи, это поможет избежать ссоры. И каждая такая уступка, как прочитанная книга, ложилась на полку, которая с каждым годом прожитых вместе с Агатой лет всё больше и больше прогибалась под весом накопившихся томов. И сейчас, с первым раскатом грома, М. понял: деревянные полки уже не выдерживают тяжести, и скоро вся многотонная масса уступок, накопленная за восемь лет брака, обрушится на него и похоронит заживо.
Мужчине вспомнился вчерашний день. Она пригласила в гости свою маму и попросила никуда не уходить, пока тёща будет в гостях. Он сделал так, как хотела Агата, хотя единственным его желанием было провести субботний вечер в кругу своих напарников по работе и сыграть в карты. Но вместо этого он уступил, ещё туже затянув петлю свободного времени у себя на шее. В душе бушует негодование, а снаружи – добрая улыбка любящего мужа и зятя. Тёща всё прекрасно понимала, а вот Агата…
Уже не в силах остановиться, М. продолжал винить жену: она сама во всём виновата, она специально забеременела второй раз, чтобы укрепить их бессмысленный брак и наверняка этим очень довольна. А кредиты?! Долги! Их стало слишком много! Всё из-за неё! «Мы не можем жить с двумя детьми в такой маленькой квартире!» – прозвучали в сознании М. слова жены. И теперь ему приходится выходить на любую подработку, чтобы продолжать тянуть семью. Денег всегда на что-то не хватает. Агата всегда на что-то жалуется. А ведь он спросил тогда: ты точно выпила противозачаточные? Если бы не второй ребенок… М. сжал кулаки от нарастающей злости. Как же он всё это терпит? Хоть к психологу иди. М. нервно гоготнул своей идее. Можно подумать, что у него есть лишние деньги.
Дождь шипел над городом, капли яростнее разрезали воздух и летели к земле. Мысли М., в такт дождю, всё яростнее и быстрее проносились друг за другом и, как капли дождя, клевали землю, мысли клевали его мозг. Губы дрогнули. Рука М. застыла над краном умывальника.
Выключив кран с холодной водой на кухне, Агата направилась к балкону. Спать ей совсем не хотелось. Женщина прекрасно понимала, что муж так надолго застрял в ванной только для того, чтобы дождаться, когда она заснёт. Неужели М. не понимает, что она всё видит, всё чувствует. Агата открыла балконную дверь и посмотрела на шумный дождь. Весь огромный, накопившийся ком проблем сдерживать больше не было сил. Наверное, именно сейчас она приняла для себя эту правду. Все препятствия, которые они пытались ставить на пути несущегося вниз с горы кома их семейной жизни, не выдерживали его огромных размеров и, разлетаясь в щепки, отнимали у их брака последние возможности к сохранению мира.
Ветер всколыхнул волосы Агаты. Погода словно обезумела. Разбушевавшиеся потоки воды и воздуха заставили грозно звучать городские улицы. Беспокойно скрипели вывески, качались ставни и незакрытые окна, уныло стонали водосточные трубы. Ритм ночного города замедлился ещё больше. Редкие прохожие торопливо пробегали по улицам, стараясь найти место, где можно спрятаться от сумасшедшего ливня.
Часы на башне центрального вокзала угрюмо наблюдали за городом. Стрелки грузно передвигались по циферблату, и казалось, даже секундная стрелка замедлила свой ход, настолько ей было тяжело противостоять стихии.
Во дворе дома Агаты от дерева отделилась тёмная фигура, облачённая в безразмерный плащ, и сразу же растворилась в чёрных потоках дождя. Ветви деревьев обречённо бились друг об друга, создавая такой страшный треск, что казалось, будто человечество вернулось в первобытное время, когда стихия природы пугала ещё больше.
Гроза давила город тяжёлыми потоками воды, а Агату всё сильнее давили мысли о проблемах. Она никак не могла сбросить лишний вес, который набрала после второй беременности, она всегда чувствовала на себе вечно недовольный взгляд мужа. Он уже давно не смотрит на неё, как на женщину! Только одна любезность с его стороны, что он её до сих пор не оставил. А она родила ему двоих сыновей!
Агата перешагнула порог незастеклённого балкона и её сразу же, с головы до ног, окатило ледяным бризом из дождевых капель. Женщина молча замерла и загипнотизированно смотрела на улицу. Её внимание отвлек громкий стон, который вылетел из приоткрытого окна соседней квартиры. Стон был слышен даже сквозь пелену громкого дождя. «Вот кому хорошо. Ни мужа, ни проблем… Наверняка, сейчас предаётся сладострастию с каким-нибудь дьявольски привлекательным незнакомцем», – с ноткой зависти подумала Агата, представляя себя на месте соседки, и с любопытством посмотрела в сторону её окна.
Агата не могла видеть, как Анжела лежала на полу, без одежды, в размякшей позе и ласкала себя своими небольшими ухоженными руками, украшенными многочисленными украшениями. Рядом с ней не было никакого мужчины, она была одна. И ей никто не был нужен. Никто, кроме её вещей.
Подняв кисти рук над лицом, Анжела с благоговением рассматривала свои кольца. Блеск золота и серебра, лукавый отблеск драгоценных камней сводили её с ума! Становилось трудно дышать от мысли, что все эти вещи принадлежат ей, только ей одной! Вокруг тела женщины было разложено много разных безделушек, не только драгоценностей. Это были гребни для волос, маленькие тюбики лака для ногтей, ручки, аккуратно сложенные колоды карт, заколки для волос, небольшие блокноты, точилки для карандашей, миниатюрные шкатулки и пр., и пр., и пр… Для стороннего наблюдателя могло показаться, что женщина собрала эти вещи вместе, чтобы сделать отбор и выбросить ненужное, но для Анжелы каждая из вещей, лежавших рядом, была родной. Она никогда их не выбросит, никогда никому не отдаст, никогда никому не покажет. То, что она есть у вещей, а вещи у неё – это их маленькая совместная тайна, которую никто не должен знать.