Алексей Губарев – Темный охотник (страница 38)

Противник не успел среагировать на новую угрозу, тут же поплатившись десятком жизней, которых просто порубили с двух сторон. Обьединившись, мы стали представлять организованный отряд, а не разрозненные группы, пытающиеся продать свои жизни подороже.

— Отходим к воротам, — скомандовал я, понимая, что против конницы, если та навалиться, нам не устоять. Просто засыпят стрелами. Как раз на против ворот появилось очищенное от вражеских воинов место и мы дружно, шаг за шагом стали отступать. За спиной раздался тихий скрип, а затем раздался зычный голос Трогарда:

— Живее за стены, пока конные не очухались.

Дружный залп из луков и арбалетов со стен внёс сумятицу в ряды пытающейся перестроиться конницы, давая необходимые секунды. Только вражеские лучники тоже не спали, принявшись засыпать нас градом стрел, вновь забирая выигранное время. Требовалось немедленное решение и я принял его.

— Сварг, за ворота, живо! Дружина, за мою спину, всем за ворота, бегом!

Опытным воинам не требовалось повторять дважды и ливень из вражеских стрел тут же сосредоточился на мне. Вместо обычного оружия я сформировал перед собой здоровенный башенный щит, на который и принимал все стрелы и болты. Изредка меткие стрелки умудрялись пустить стрелу в обход щита но эти крохи легко принимал на себя «Покров силы», лишь незначительно проседая в прочности. А потом вражеская конница рванула вперёд.

— Закрыть ворота! — Гаркнул я что есть мочи, бросив короткий взгляд назад. Сварг, а за ним и дружинники уже были внутри, мне же до сужающегося между створок прохода оставалось не меньше трёх саженей. И, понимая, что мне не успеть, я решительно шагнул вперёд. До столкновения оставались считанные мгновения, когда я, активировав «Всплеск ярости», ринулся на встречу конной лавине. От чего-то я не сомневался в своих способностях не только устоять, но и нанести ответный удар. Ярость на врага придавала дополнительных сил и, когда до столкновения с несущимся прямо на меня всадником оставалось мгновение, я нанес удар щитом, вкладывая в него, словно в оружие, усиливающее умение.

От удара вся левую руку, вместе с плечом, прострелила сильнейшая боль. Если бы не возбуждение схватки и рвущаяся на ружу ярость, скорее всего я бы потерял сознание. Да и так, от напряжения в момент столкновения, из носа хлынула кровь. Но все же я выдержал. Даже более, всадника вместе с конём словно огромным бревном снесло, швырнув назад, под ноги скачущим сзади. В итоге передо мной возник настоящий затор, состоящий из лошадиного ржания, криков боли и грохота. И это давало мне шанс! Благодаря тому, что я удалился от стен селения на достаточное расстояние, теперь можно было, не боясь зацепить своих, использовать самое мощное из известных мне заклинаний.

«Безумное пламя», заклинание хаоса четвёртого круга разом ополовинило остатки внутреннего резерва магической энергии. А от меня, в разные стороны, пошла распространяться волна чёрного пламени, среди которого мелькали красные и рыжие всполохи. Вокруг все тут же наполнилось конским ржанием и криками людей, тут же переходящими на хрип. Пламя поднялось на две сажени в высоту и продолжало выжигать не успевших отвернуть всадников.

Действие заклинания постепенно развеялось, оставляя после себя лишь обгоревшие кости и пепел. Если бы на мне не было глухой брони, я бы тоже был весь в ожогах.

Вместо криков и ржания, вместо топота конницы, от которого дрожала земля, вокруг стояла тишина. Даже звуков боя не было слышно. Оброненный кем-то щит издал настолько громкий звук в наступившей тишине, что показался ударом грома.

— Катанак, — раздался чей-то испуганный возглас, а через секунду его подхватило уже несколько голосов, — Катанак! Катанак!

Не понимая, что вообще происходит, я, обновив на себе «Покров силы», разминал левую руку, к которой медленно возвращалась чувствительность. Тяжёлый башенный щит пришлось развеять, вернув привычный мне средний, около двух локтей в диаметре. После использования заклинания четвертого круга ярость словно выжгло черным пламенем, осталось лишь спокойствие и решимость. Я медленно обвел взглядом противников, а затем так же медленно сформировал в правой руке клинок. Вражеские воины с шумом и вздохом отступили на шаг. У меня появилось чувство, что если я сейчас брошусь в атаку, они все в ужасе кинуться прочь.

— Тыныш, иттыр! — Внезапно раздался громогласный голос, заставивший заткнуться вражеских воинов. Со стороны, откуда недавно вынеслась вражеская конница, двигалась небольшая группа всадников, среди которых был и тот, кто одной командой заставил умолкнуть испуганных противников. От этой группы отделился один из воинов и направился ко мне, понукая своего коня, чтоб набрать разгон. Я уже было приготовился повторить свой удар, правда без пятикратного усиления, но враг не стал даже пытаться стоптать меня, лишь приблизился на пять саженей и метнул короткое копьё, а сам тут же отвернул в сторону. Я не стал принимать копьё на щит, лишь слегка сдвинулся в сторону, пропуская его мимо себя. Враг, метнувший его, разразился ругательствами, а остальные всадники дружно заржали. Вели они себя, словно были здесь хозяевами, от чего во мне вновь пробудилась ярость, поднимающаяся темной волной. Сейчас я понял, она не затопляет сознание, ведь я не теряю ясность ума, она просто меняет мое отношение к окружающему миру. Все становится немного другим, у предметов появляются новые тени, более глубокие и таящие в себе нечто важное, то, что мне может помочь. Только я понятия не имел, как это использовать. Да и не до размышлений мне сейчас было. Один из командиров, слегка выдвинувшись вперёд, прокричал мне на ужасно исковерканном росском:

— Урус, ти убиль мой хороший воин, черный колдовства использиваль, за это я сожгу твоя дом.

Из-за спины говорившего, словно из воздуха, вышагнули три высокие фигуры, облаченные в черные одежды с капюшонами, скрывающие их лица. Проклятые жрецы Мары!

В меня тут же устремилась сотканная из серого тумана стрела, которая, не долетев до меня полусажени, развеялась. Видя неудачу одного, следующий залп магическими плетениям сделали все трое, так же не получив результата. Били до тех пор, пока я в ответ не ударил «Стрелой хаоса», которая хоть и не причинила никому вреда, отраженная магией, все же прервала атаки черных колдунов.

В этот момент из-за спины послышался глухой стук, а за ним лёгкий скрип железных навесов. Мне даже оборачиваться не надо было, чтобы узнать, что там происходит. Позвякивание металла, дружный топот окованных сапог, шелест клинков, извлекаемых из ножен. Жрецы Мары тут же подались назад, как и вражеские командиры.

— Вы все здесь сдохните, — слова сами собой сорвались с моих уст, прозвучав, словно приговор для степняков. И меня поняли. Среди противников раздались возгласы, где-то испуганные, а где-то и полные ярости и злобы. Только они по прежнему не нападали, а скорее наоборот, медленно пятились назад, отступая шаг за шагом.

Топот сзади приближался до тех пор, пока не поравнялся со мной. Бросив взгляд в сторону, я увидел строй закованных в броню дружинников. Каждый держал в руке щит, каждый был вооружен топором или мечом. Мне оставалось лишь шагнуть назад, чтобы занять свое место в этом строю. Едва я это сделал, над полем разнёсся зычный голос Трогарда:

— Лучники, залп!

Короткий скрип натягиваемых луков, а следом хлопки тетивы и шелест летящей на головы врага смерти. Враг, после неудачной атаки жрецов, всё ещё находился в каком-то ступоре, поэтому большинство стрел нашли свои цели. Среди вражеского войска раздались хрипы умирающих, крики боли и неизвестные проклятия.

А затем они ответили. Несколько сотен стрел противника смертельным дождем обрушились на нас. Обрушились, чтобы завязнуть в магическом щите, укрывающем всю дружину.

— Ещё четыре таких залпа выдержу, не больше, — послышался голос Кайрата откуда-то из-за моей спины. А затем, справа от меня, раздался оглушающий рык, от которого, казалось, в сторону противника ударила волна, заставившая вражеских воинов отступить на шаг.

— Вперёд! — Резко прозвучала команда воеводы и мы, шаг за шагом набирая скорость, стали сокращать расстояние до воинов противника. Вражеские командиры стали отдавать команды, расшевелившие воинов, благодаря чему те начали формировать плотный строй, который тут же двинулся к нам на встречу.

— Хех, — раздался знакомый голос слева от меня, — наконец-то веселье, а то уже два дня бездельничаю. Хирдманы, хольд линъен!

Присутствие среди нас гнумов во главе с самим Зуи порадовало меня. Скорее всего в строю находился и Ярослав, не мог он уклонится от такого веселья. Эх, какое же это доброе чувство, когда с боков ощущаешь присутствие дружеского плеча, чувствуешь, что ты не один, что тебя поддержат, даже если ты споткнёшься, оступишься!

Разнёсшийся по округе грохот от столкновения щитов и ударов по ним был оглушительным. Я, благодаря своей увеличенной «Праведным гневом» силе, буквально смял двух противников из первого ряда и шагнул вперёд, принимая кривой меч врага на щит и тут же нанося колющий в открытую шею воину из второй шеренги. Тут же делаю шаг вперёд, наступая на тело сбитого мною врага, чувствуя, как под моим весом хрустят сминаемые рёбра.