Алексей Гребенников – Перед будущим (страница 8)
– Да.
– Диктуйте номер.
После ухода женщины Вася ещё немного посидела в начальственном кресле, бездумно глядя в окно. Потом встала, сняла пиджак, повесила на место. Пересела на стульчик для посетителей и стала ждать.
Несмотря на тишину, она всё же пропустила момент, когда Чеширас появился в кабинете. Такое впечатление, что он всё время был здесь, а теперь стал видимым. Начиная с улыбки.
Внештатный сотрудник теперь был облачен в похожий же пиджак, но только в небесно-голубую полоску. Маечка очевидно была тельняшкой воздушно-десантных войск. Понятно, – «никто, кроме нас».
И он действительно невероятно широко улыбался.
– Вы что же, весь свой заработок перечислили этой женщине?
– Вам-то что? Мой долг никуда не делся. Рассчитаюсь. Ещё какой-нибудь контрактик мне подбросите, делов-то, – грубо ответила Василиса.
– Вы нам больше ничего не должны.
– С чего это?!
– Вы забыли про премии. Помните про рекламные материалы, «отбеливатель» там, то сё…?
«Отбеливатель»… Надо же.
Вася медленно переваривала услышанное.
– Прошу вас, впредь, думайте, прежде чем брать взаймы. Читайте договоры внимательно. Особенно то, что написано мелким шрифтом!
– Да я вообще ничего подписывать не буду. И читать не буду. И брать не буду. Особенно, мелким шрифтом.
– Прощайте!
– Прощайте!
Вася пулей вылетела в коридор и, не снижая темпа, улетела из здания. Перебежала дорогу. Но и на другой стороне улице, даже после пятого светофора, ей ещё долго чудилась в толпе прохожих широкая-широкая улыбка над мохнатым пиджаком в полоску.
Фрагмент отчёта Василисы Ц.
«Роспрост». Новосибирск.
Размещение: пять баллов.
Обслуживание: пять баллов.
Питание: пять баллов.
Рекомендации: Продавать Туры всем. Особенно подросткам.
Примечание: Чтобы знали, как копеечка трудовая достаётся.
ИЗ ЖИЗНИ СНЕЖНЫХ ЛЮДЕЙ
Прямые высокие ели, ветки покрыты колпачками снега. Черно–белая акварель с тусклыми полутонами темно–зеленого. Снежные лапы сложились в необычный узор – словно древняя протоптица архиоптерикс встала на дыбы и хочет то ли взмыть в небо, то ли опрокинуться навзничь. Паша моргнул и видение рассыпалось на отдельные пушистые пиксели. Крест на вершине так облеплен снегом, что едва видны контуры. Солнце полосами разрезает склон Зеленой. Красиво! Паша поправил камеру на шлеме, опустил очки. Надо торопиться. Погода в горах меняется мгновенно. Не успеешь оглянутся, как натянет белесая мгла. Видимость упадет до двадцати–тридцати метров, тогда запросто можно заблудиться. Он тихонько, для себя, гикнул и заскользил вниз по пухляку....
Не стоило, наверное, на новых лыжах сразу на черную трассу залазить. Лучше бы на борде пошел. Но хотел опробовать, однако. Теперь Паша лежал в одном сугробе, а лыжи в каких–то других кучах снега. Надо искать. Слава богу, ничего не сломал, шею не свернул. Паша, как пловец, двинулся по пухляку, в сторону, где, как ему казалось, должны быть лыжи.
Как назло, резко, без предупреждения, началась метель. Паша заторопился. Сейчас засыплет следы, и прощайте мои восемнадцать тысяч кровных за новое снаряжение. То, что он сам, без лыж, в лыжных ботинках и с палками, очень легко может пропасть в такую пургу, Паше как–то не пришло в голову.
Где–то через час пришло. К этому времени он понял, что лыжи ему не найти, и начал замерзать. Чем дальше, тем больше. Метель не прекращалась. Паша достал телефон. Батарейка полная, связь не установлена. Интересно, можно из него добыть искру? Вот бы у костра погреться. Кто бывал в подобной ситуации, знает, какая это мука – спускаться в лыжных ботинках вниз по склону. Еще через час он так измотался, что уже готов был лечь прямо на снег. Разум кричал, что этого нельзя делать ни в коем случае, но тело ныло и просило об отдыхе.
В этот момент Паша заметил расщелину в скале, похожую на вход в пещеру. Вопреки доводам разума, он докарабкался до нее и залез внутрь. Это действительно оказался вход в небольшую пещеру. Причем, посещаемую. На полу виднелись остатки кострищ, в углу лежали сухой хворост и большие желтые кости. Паша пошевелил перчаткой среди углей, в глупой надежде на тлеющие искры. Конечно, костер давно погас.
«Ладно, допустим, я не умею добывать огонь из мобильного телефона. Может, попытаться по–старинке – трением?»
Он понимал, что здесь, в пещере, его может полностью занести снегом и не то, что огня, воздуха не будет. Самое правильное, как ни странно, выйти и продолжить путь вниз. Минус семь – не та температура, чтобы паниковать, пара километров вниз, шансы очень высокие. Тут же кругом лыжники, снегоходы, ратраки, кафе–шашлычные на склонах. Однако, сила воли пропала совершенно. Сидя на корточках, он начал тереть одну хворостину о другую. Не сожгу, так согреюсь. И не заметил, как заснул.
Очнулся Паша от запаха дыма. Посреди пещеры горел костер и двое здоровых дядек молча сидели возле него, отбрасывая огромные смутные тени на стены пещеры.
«Спасатели, МЧС», – с удовольствием подумал Паша.
– Огонь трением не так добывают, – глухо сказал один из спасателей, – надо тонкую круглую палочку вставить в соразмерную дырочку в досточке, предварительно обложив сухим мхом или берестой.
– А? – обалдело спросил Паша, – вы так и добываете?
– Нет. Мы добываем огонь зажигалкой, – ответил сведущий собеседник и неспешно развернулся в Пашину сторону.
«Не, не МЧС», – отметил Паша, ошеломленно разглядывая покрытое густой белой шерстью лицо. Или морду?
– А что вы здесь делаете? – не нашел лучшего вопроса Паша.
– Живем.
Глядя в желтые глаза «спасателя», конечно, хотелось спросить:
«А чем питаетесь?»
Хотя размер костей наводил на размышления. Паша облек вопрос в политкорректную форму.
– А как?
– Бреемся. Трижды в день. И один раз ночью.
– Работаете? – задал очередной дурацкий вопрос Паша.
– Да. В туристическом бизнесе.
– М–м–м… А кем?
– Йети. Йети и работаем. До десяти групп в высокий сезон. Плюс псевдодокументальные фильмы. Канал «ТВ–3» приезжал…
Помолчали.
Неразговорчивый напарник Пашиного собеседника достал из большого камуфлированного рюкзака котелок, таган, трехлитровую бутылку воды «Родники России», пакеты с замороженными овощами, хлеб. Споро расположил таган над костром, налил воды, добавил хвороста.
Посмотрев на пакеты с «Хортексом», Паша спросил:
– Вы вегетарианцы? – он где–то слышал, что доисторические люди, йети и всякие неандертальцы не ели мясо.
И, вообще, были добрые.
– С чего бы это? У нас в Сибири без крови не выживешь, – разочаровал Пашу разговорчивый неандерталец.
И достал большой разделочный нож.
Все сжалось внутри у известного в узких сетевых кругах безбашенного экстремала горных трасс. Снова бросились в глаза большие желтые кости.
Не выпуская ножа из рук, йети порылся в пакете и достал «на живую нитку» порубленные субпродукты. Ловко орудуя ножом, он разделил их на отдельные кусочки и побросал в казан.
– Скоро суп будет.