Алексей Федоров – МБК 2: Драконья кровь (страница 36)

— Ты, — резко бросил старейшина, обращаясь к девчонке, но та его перебила.

— Моё имя — Арси.

Это было сказано с улыбкой, но вместе со звуком имени пришло нечто особенное. Фоун ощутил, что его решение превращать тело в туманную нить было ошибочным. Туман — вода на грани между жидкостью и паром, поэтому гораздо вернее для него не виться, а течь. Фоун быстро перестроился. Его тело растекалось туманным ручейком по золоченой поверхности гримуара. С изменением пришел комфорт. Фоун чувствовал правильность новой формы. Он пребывал в гармонии с миром, или по крайней мере с его местным клочком.

Движения членов клана дракона стали замедленными, будто они попали под воду. Даже свет вокруг стал искажаться, словно проходил через потоки прозрачной жидкости.

— Ты развила тонкое тело, — даже голос старейшины звучал по-другому. Фоун стал подозревать, что воздух превратился в воду, но старейшина драконов не проявлял паники, и пузыри изо ртов ни у кого не вырывались.

— К чему эти формальности, — сказала девчонка и улыбнулась. Из её рта слова звучали обычными, совсем не затронутые странным явлением. — Я предпочитаю говорить по-простому. Можете называть меня богиней.

— Коснулась природы воды и смеешь задирать нос? Надеешься на обычный внешний закон. Драконы рождаются в воде, нас…

Ученик Глэма впечатал кулак в лицо старейшины. На него изменения пространства тоже не подействовали. Удар был так силён, что старика отбросило прочь, а гримуар с растекшимся по нему Фоуном медленно упал. Пыль взметнулась низкими, но густыми облачками, не спеша успокаивать свой танец.

— Раз уж вы пришли, придётся ответить на несколько вопросов, — кожа ученика Глэма стремительно темнела. Всего за секунду она стала абсолютно черной. На тыльной стороне ладоней из складок сформировались белые знаки, еще один Фоун заметил на лбу отпрыска клана Лету. Сами его глаза вдруг стали светить чистой белизной, без намёка на радужку или зрачок.

“Молодец! Как я давно хотел врезать этим негодяям из клана дракона, — Фоун мысленно хохотал, благодаря ученика Глэма. — Молодец! Хотя теперь тебя изобьют. Надеюсь, Глэм решит отомстить за тебя и позовёт свой клан на помощь. Эти драконы сами себе могилу роют.”

Что-то мелькнуло, и ученик Глэма улетел в дом. Один из воинов изменился. Его тело покрылось темной, серо-синей чешуёй, а ниже спины появился хвост. Именно им был нанесён могучий удар.

— Что же, — проговорила девчонка, наблюдая за возвращением своего парня из дыры в деревянной стене коттеджа, — вы только что сделали большую ошибку. Говорите, драконы рождаются в воде? Интересно, на какой глубине?

Она улыбнулась. Всех воинов-драконов впечатало в землю.

[1] Цитируется текст с плиты, известной под названием «Изумрудная скрижаль». Полный текст можно найти в интернете.

Глава 22 В бой вступают драконов тучи

Фоун тёк струйкой тумана по обложке гримуара и наслаждался зрелищем. Обратившиеся в гуманоидных ящеров члены клана дракона активно плавали вокруг. Воздух действительно стал для них подобием воды. Такой полёт не требовал крыльев. Девчонка в чем-то помогала противникам, но без сдерживания давлением закона их с учеником Глэма разорвали бы за считанные мгновения.

Драконы плавали достаточно медленно, чтобы потомок клана Лету успевал уклониться от обычных ударов. И всё же их развороты с хлёткими ударами хвостом оставалось лишь блокировать. Фоун заметил на теле ученика Глэма вмятины. Словно он тоже применил внешний закон, но лишь к своей плоти, а не окружающему пространству.

— Арси, — ученик Глэма произнёс имя, будто заклинание. Эффект оказался под стать — его стало воплощением закона воды, вмятины выровнялись, а от ударов он уклонялся под невозможными для обычного человека углами. Будь он духом, такое можно назвать естественным, но Фоун был уверен, что тело потомка Лету настоящее.

Драконы старались ускориться. Их чешуя вспыхивала искрами разных цветов, позволяя делать рывки, но руки с длинными когтями не попадали по ученику Глэма. Хвосты проходили сквозь девчонку. Фоун пригляделся и понял свою ошибку. Молодая богиня просто разделяла своё тело, а после соединяла вновь. Старейшина клана стоял поодаль с закрытыми глазами. Иногда его губы подрагивали. Фоуну казалось, что он молится, но кому? Искать бога в нулевом мире — разве не смешно? Даже если найдётся, кто захочет поделиться силой?

“Идиот, — злорадствовал бесчестный воин. — Решил провернуть всё в тайне от своего хозяина, вот и пожинай плоды.”

Словно в насмешку над его мыслями, старейшина клана дракона резко распахнул глаза и коротко крикнул. Воздух разорвало рябью. Драконы упали на землю потеряв поддержку закона, ринулись к противникам. Когда что-то вокруг девчонки засверкало Фоун невольно отметил красоту явления, лишь после обратил внимания на разлетающиеся в стороны лапы и хвосты драконов. Спустя миг серебристая струя приблизилась к старейшине драконов, взорвалась уродливыми полосами отростками, отсекая конечности и голову. Уже через секунду девчонка стояла возле ученика Глэма, из её тела торчали полосы металла. Они показали Фоуну ростками неведомого растения, которое нехотя возвращает свои усики и ветки обратно.

“Ещё один закон? — предположил Фоун. — Наверное, она ещё недостаточно хорошо его контролирует. Одно полностью развитое тонкое тело и другое на грани готовности. Должно быть, ради него она остаётся в нулевом мире. Хотя, если она надеется получить идеальный сосуд…”

Фоун отбросил лишние мысли. Какая разница, чего хочет молодая богиня?

— Уходим, — девчонка опёрлась о плечо ученика Глэма.

— Не будем добивать?

— Не сможем, — покачала головой богиня. — Смотри.

Посмотреть было на что. Из раз членов клана дракона не текла кровь, но выделялась густая слизь. Отрубленные части стремились вернуться к телу. Это было естественно. Фоун видел на что способны его родственники, пробудившие кровь, а ведь они даже в большой тридцатке не блистали. Сравнивать силу с кланом из малого круга? Такие темы так или иначе всплывали, но мощь лидеров буфера никогда не была поводом для шуток. Молодая богиня была сильна, но кланы, взявшие в свои руки правление всем нулевым миром еще сильнее. Даже худшие из них, утратившие значительную часть силы, всё равно остаются могучими противниками.

“Как я мог забыть об этом? — сокрушался Фоун. — Как бы ни голодал в этом мире бог-зверь, что ему смогут противопоставить местные кланы? Отомстить дракону — несбыточная мечта. С другой стороны — даже если ему просто намнут бока, уже будет отлично. Пусть я останусь в плену, но кто помешает мне в мире богов распустить слух о позорном проигрыше бога-зверя кучке смертных?”

Эти мысли вернули Фоуну оптимизм.

— Мы должны хотя бы узнать, зачем они приходили, — не сдавался ученик Глэма.

“Такой же Безумный, как его учитель.”

— Я это и так знаю, — фыркнула молодая богиня. Её лицо болезненно кривилось, пока она пыталась загнать остатки металлических отростков обратно в тело. — У нас с ними одна цель, просто их клан слишком нетерпелив и оттого делает глупости. При нормальных обстоятельствах, они бы никогда так не поступили. Уверена, произошло нечто из ряда вон, раз вместо нормального разговора всё скатилось в драку.

“Ну да, — усмехнулся мысленно Фоун. — У них произошел голодный припадок бога-зверя. Никто не захотел бы ждать в такой ситуации.”

— Что еще за цель? — ученик Глэма возвращался к нормальному виду.

— Не здесь, — покачал головой молодая богиня. — Эй, ты, старикашка. Ты же хочешь найти Инка, так? Умерь своё нетерпение. Пусть ваша девочка и дальше обрабатывает Грэнка. Не вздумайте оставить меня без награды, иначе… — она вдруг рассмеялась. — Поверьте, последствия вам не понравятся.

Всё поглотила тьма. Это было настолько неожиданно, что Фоуну показалось, будто он опять заточен в одну из страниц гримуара. И всё же тьма была другая. В гримуаре Фоуна встречало отсутствие света, но сейчас… Он видел клубящиеся тени. Ухватит глаз одну, и та расползётся чернильным пятном, сливаясь с темнотой. Маленькие и большие, похожие на зверей и людей — они водили свои безумные хороводы, а само пространство превратилось в изломанный узор калейдоскопа. У него будто в один миг появилось куда больше трех измерений.

Фоун попытался уловить незнакомое чувство, приспособиться к изменившемуся миру, но тьма вскоре пропала. Ни девчонки, ни ученика Глэма рядом больше не было. Все члены клана дракона уже вернули себе человеческий облик. О ранах напоминала лишь изрезанная одежда.

— Минимум три тонких тела, — задумчиво проговорил старейшина клана дракона, — и все уже в стадии рождения или близки к нему. У нас была об этом информация?

— Нет, — тут же отозвался один из воинов.

— Интересно. Узнайте о ней больше, — старик поднял гримуар, отряхнул прилипшие комки земли и вдруг добавил, — не называя имени.

— Она вряд ли может услышать нас, учитывая особенности переговорных совета, — засомневался один из воинов.

— Вряд ли, — согласился старейшина, — но эта тьма кое-что мне напомнила.

Старик молчал, очищая гримуар. Воины терпеливо стояли.

— Вы очень молоды, поэтому еще не встречали представителей пятого клана, верно? — старейшине никто не возразил, а Фоун напрягся.

Пятый клан. В малом круге буфера было всего пять кланов, но ходили очень неприятные слухи, что на самом деле стоит говорить о тройке кланов. Лидером всегда был гений из смертных. Говорят, давление потомков богов на перерожденных настолько велико, что многие погибают во время конкуренции за ресурсы буфера, но настоящие таланты лишь крепнут. Возвыситься в такой среде может лишь тот, кто способен противостоять всем божественным кланам сразу. Не удивительно, что кланы таких личностей становятся первыми в буфере. Замок Гудар — сборище слабаков, но его лидер — Карл Де Монтье — фигура достаточно мощная для противостояния кланам в одиночку. Ходит слух, будто среди этих порождений нулевого мира существует неписанное правило — уходить из нулевого мира только после появления подходящей замены. Сколько в этом правды, никто не знал.