Алексей Федоров – МБК 2: Драконья кровь (страница 38)

— Начнём опыты с людьми.

Лина подхватила с пола сумку на завязке и вышла из палатки, Инк не отставал. Жизнь в лагере с бородатыми вооруженными людьми шла своим чередом. Они не выстраивали дозоры, а просто болтались по округе или сбивались в кучки для разговора. Громкая речь там и тут прерывалась грубым смехом. По мере приближения Лины все замолкали. Те кто сидел, вставали, звали товарищей из палаток. Люди откладывали все дела и выходили вперёд. На других членов Зендэ они так не реагировали.

— Ты, подойди, — Лина указала на ближайшего мужчину.

Тот послушался. Он шагал не слишком быстро, но как-то дёргано, будто хотел перейти на бег. Вены на лице подопытного вздулись, ноздри раздувались. Инк затруднялся сказать было это вызвано страхом или желанием услужить ученой.

— За кого они тебя принимают, — спросил Инк учёную, чем заслужил резкий взгляд от своего первого подопытного-человека.

— Не отвлекайся, — спокойным голосом укорила Лина.

— Хорошо, тогда… Как насчет этого, — подчиняясь воле Инка, с его рукава слетела кристаллическая фигурка богомола с телом змеи.

Извиваясь в воздухе каменное животное то стремительно двигалось по зигзагообразной траектории, то замирало, будто осматривалось. Глаза подопытного следили за маленькой фигуркой с опаской. Пальцы вчерашнего террориста сжимали автомат до дрожи от перенапряжения. Человек и кристаллическое существо всматривались друг в друга. Маленький даже неживой камень казался куда более могущественным огромного, по сравнению с ним, человека.

Богомол с телом змеи рванул так быстро, что исчез для обычного взгляда. Над переносицей подопытного распустился жуткой колючкой цветок из осколков кости. Артефакт исполнял своё предназначение. Инк чувствовал, как он двигается внутри шатающегося тела подопытного с опустевшими глазами. Вокруг кристалла распространялась волна силового поля, перестраивая плоть человека, меняя структуру тканей, хромосом, создавая новые химические структуры для нормальной работы тела будущего оборотня. Маленький артефакт уже изменил мозг и теперь скользил ниже, вдоль позвоночника.

— Энергия заканчивается, — предупредил Инк.

Лина растянула горловину, взятой из лаборатории сумки, достала крупный, размером с кулак, камень Эннота дымчатого белого окраса, бросила к падающему подопытному. Носитель тонкой энергии замедлил движение, замер в воздухе возле горла мужчины, медленно скользнул к торчащим бугоркам позвонков на шее. Там сейчас находился артефакт.

Террорист упал на вытоптанную сухую землю с глухим стуком. Камень возле его шеи потускнел. Инк ощутил радостное нетерпение от запертой в артефакте души монстра. Он наслаждался поглощаемой энергией. Вскоре её стало так много, что сдерживать силу в себе кристаллическое существо уже не могло. Богомол с хвостом змеи резко задвигался внутри тела подопытного. Его местоположение теперь мог отмечать не только Инк — камень Эннота как парный магнит следовал за монстром, оставляя за собой хвост из сверкающего на Солнце песка.

Тело человека задёргалось в конвульсиях. Сдавленный стон обозначил не оборвавшуюся еще жизнь. Его вдруг выгнуло, рвануло в воздух. Камень Эннота треснул, взорвался небольшими осколками, хвост из сверкающей пыли превратился в яростный вихрь. Подопытный гнулся как фигурка из тающего пластилина. Волосы и борода выпали, руки налились мышцами и теперь ничуть не уступали по своей толщине ногам. Последние тоже менялись, формируя вторую пару конечностей. Позвоночник в коконе из плоти удлинился. Вскоре туловище с четырьмя стало казаться лишь незначительным придатком к мощному пятиметровому змеиному хвосту.

Рост змеиной части тела остановился примерно на семи метрах, затем начались другие изменения: кожу покрыла чешуя; на спине из позвонков проросли шипы; вокруг горла сформировался радужный воротник, защищающий горло и появившиеся там прорези жабр. На верхней паре конечностей лучевая и локтевая кости разделились — меньшая превратилась в острейший серп с мелкими зазубринами, чтобы не резать, а рвать плоть. Сейчас она резко раскрылась, как нож-бабочка, выбрасывая природное оружие вперёд ладони, но Инк уже знал, что клинок легко может спрятаться в специальных складках кожи. Чешуя в этом месте имеет особую структуру, потому вред самому себя для монстра исключен. То же самое происходило с малой и большой берцовой костью, но стоило ли их так называть теперь, когда ноги превратились во вторую пару рук?

Монстр зашипел с лёгким горловым хлюпающим-клёкотом. Артефакт закончил работу по перестройке тела, поэтому теперь перекачивал остатки энергии из разбитого на осколки камня Эннота в плоть оборотня. Без этого ему не удастся снова превратиться в человека. Артефакт вырвался из тела подопытного через грудь, создав новую рану. Оборотень яростно заголосил своим шипением-хлюпаньем, его клинок рассёк воздух в попытке разрезать доставивший боль артефакт, но наткнулся на белую перчатку.

Инк без труда отбил несколько чудовищно быстрых атак подопытного, а после слегка дёрнул левой ладонью. Прогремел взрыв. Нага отбросило на десятки метров. Крупное тело на огромной скорости врезалось в скалу недалеко от входа в храм. С укреплённым внешним законом мнимым телом Инку больше не было нужды тратить на это свои силы. Чтобы отправить огромного монстра в полёт он в несколько мгновений пропитал воздух перед собой силовым полем, расширил сгусток газа в сферу вакуума. Инк позволил шару сломаться с одной стороны, определяя канал, по которому из-за разницы давления резким потоком устремится воздух.

Оборотень поднимался, тряся головой. Поток ударил в грудь оборотня как молот гиганта, но нага всё равно не получил слишком сильных повреждений. Он поглаживал чуть пожелтевшую область на теле — единственный след от полученного удара. На его груди уже не было раны — только шрам в форме извилистой линии с четырьмя изогнутыми линиями-отростками и треугольной вершиной с двумя овалами-глазами. Это небольшое клеймо было символом артефакта, подарившему человеку тело монстра. Рана на лбу тоже затянулась. Вместо костяного цветка там теперь красовалась белая метка в форме вертикальной линии и двух пересекающих её наискосок красных полос.

Лина сделал шаг вперёд и вдруг распустилась туманом. Мешок с камнями Эннота упал на землю, а одежда скрутилась неровными комками, полетев следом за учёной. Возле новосозданного оборотня она провела процесс в обратном порядке, приняв форму человеческой женщине в привычном наряде.

Монстр поклонился учёной. Лина коснулась шрама на груди пальцами левой ладони, повела в воздухе правой, принуждая упасть обрывки одежды подопытного.

— Необычный тилака[1], - проговорила Лина, гладя белые и красные линии на лбу наги.

Инк отлично её слышал благодаря частице светоча, оставленной артефактом прямо в разуме подопытного, но не подал виду. Он медленно двигался в сторону оборотня, а окружающие расступались перед ним. Теперь в их глазах было почти такое же почтение к нему, как при взгляде на Лину.

— Благодарю, дочь Срасвати, — «Не Аллаха[2]? — удивился Инк. — Кто такой этот Срасвати[3]?». Слова существа звучали неразборчиво, но Инк слушал голос светоча оборотня, потому отлично всё понял. Лина, он был уверен, поступала также.

— Ты получил силу, — спокойно сказал ученая. — Что будешь делать с ней теперь?

— Нести свет истины, мудрости, — бормотал монстр. — Все лжецы погибнут, недостойные носить имя хиндутва[4] будут разоблачены.

— Что для тебя ценнее всего? — продолжала допрос Лина.

— Родина, — ответил подопытный, — моя земля. Больше не будут её попирать захватчики. Несовершенная вера падёт. Я стану щитом от мечей чужестранцев.

Лина протянула руки вверх. В её позу Инк видел мать, что хотела обнять неожиданно быстро выросшего ребёнка.

Монстр наклонился, позволяя учёной обнять его лысую чешуйчатую голову. Пальцы Лина растекались туманом, падая крохотными песчинками на шею, плечи, шипастую спину монстра. Лина чуть отстранилась, положив ладони на щеки оборотня. Песчинки замерли, впитались в плоть оборотня. Его тело напряглось, задрожало. В распахнувшихся глазах подопытного Инк увидел ужас и ярость. Рот оборотня распахнулся в попытке закричать, но вышло лишь вялое бульканье.

Подопытный дрожал всё сильнее. Из его рта пошла пена, а нечеловеческие глаза с жёлтой радужкой закатились. Лина отпустила голову монстра. Из тела нага поднялись струи тумана, которые тут же втянула в свои ладони Лина Зендэ.

— Первый этап практических испытаний успешен, — сказала она подошедшему Инку.

— Зачем ты убила его?

— Зачем? — Лина посмотрела на свои руки. — Нам не нужен образец, не имеющий верности клану. Думаешь, мы могли попытаться провести разделение сознания даже теперь? Я ошиблась. Мы еще могли его использовать. Следовало проверить это ещё на мышах, а не убивать их сразу.

Инк имел в виду вовсе не это, но возражать ученой не решился. Частица его светоча начала действовать в разуме подопытного. Инк перемалывал чужую душу, вытягивая прану. Она еще пригодится ему для создания других артефактов. Тело могучего монстра лежало без движения, а Лина вернулась в палаточный лагерь, даже не попытавшись что-либо объяснить остальным людям. На ученую они смотрели с благоговением, на труп оборотня с презрением и гневом. Судя по всему, они вполне успешно сами нашли для себя объяснение случившемуся. Люди охотнее всего верят той лжи, которую придумывают сами.