Алексей Данилко – Корона, закалённая в крови. Часть I (страница 7)

Наследник престола до сих пор отлично помнил серию побед, прогремевшую 8 лет назад на всю страну.

Междоусобица близнецов-наследников привела Междуречье к целой череде отравлений, выкосивших род достаточно, чтобы командование одним из войск попало в руки тогда ещё 15-летнему мальчишке, который за год захватил власть и закончил войну, остановив вторжение четырёх герцогов, одним из которых был сам Александр.

Однако сегодня Андрей столь торжественно, словно прямо сейчас выводил в поле двадцать тысяч рыцарей, заявил, что поддержит поход с юго-запада, присоединившись к войску Ланита, явно будучи уверен, что никто не выедет из южного герцогства, куда более заинтересованного в морской торговле или походе в южные царства.

Обеспокоенный тем, что несколько рядом находящихся герцогств юга вовсе не выставили рыцарей, король согласился с предложением Александра оставить на крайний случай часть сил Треклета и Божграда. Готовые к войне резервы должны были пресечь мелкие баронские междоусобицы, на время похода сведённые к минимуму гигантским трудом короны, а в крайнем случае и напомнить о вассальных присягах.

Кроме того, уже до похода начались первые ссоры и склоки с городами, которым предстояло выделить гавани для военных кораблей, обеспечить снабжение или пострадать из-за его сбора поблизости. Городские советы, как и всегда, утверждали, что платят налоги тому, на чьей земле стоит город, а потому, если корона хочет чего-то конкретно от них, то пусть даст поселению статус феодала. История была стара как мир и регулярно приводила к восстаниям, которые легче было предотвращать небольшими уступками или демонстративным маршем войск поблизости.

Больше месяца Александр фальсифицировал смотровые списки, тасовал военные корпорации в подвластных землях, урезал бюджеты. Таланты торговца и безупречно осведомлённая о ценах на необходимые товары свита позволяли ему заключать невыгодные, ненадёжные, а то и вовсе провальные сделки по поставке провианта и всего необходимого снабжения.

Намереваясь сделать всё возможное, чтобы поход состоялся в как можно меньшем масштабе, Александр ставил на ключевые должности обеспечения донельзя вороватых или абсолютно бесталанных чиновников. На которых к тому же в будущем мог свалить свои промахи, а, если всё получится, то и провал похода.

Тем не менее принц слишком приблизился к той грани, когда его притворное желание прикрыть южную Эсабирию или многочисленные неудачи станут походить на откровенный саботаж. А потому ему приходилось прикладывать все свои таланты и к организации похода, через нежелание пополняя отцовские войска.

Несмотря на все старания Александра, только в первой волне вторжения в королевское войско собралось больше 25 тысяч всадников, среди которых оказалось огромное количество высшей аристократии, благодаря чему численность тяжёлой и средней конницы составила по меньшей мере 18 тысяч.

Сосчитать пехоту же оказалось почти невозможно, так как кто-то отказывался от похода ещё на полпути; другие, обозрев собравшееся рыцарство, решали, что не получат никакой добычи; иные воинские корпорации не сходились в цене или предложенных пенсиях; а иные же, напротив, присоединялись незваными, вливались в свиты рыцарей, приходили по родственным связям или же записывались в обычные слуги, имея при этом оружие и подготовку.

Лишь после долгих инспекций, сравнивая заявленные численности с реальными и следя за притоком и оттоком воинов в разных отрядах, Александр смог вывести закономерности и более или менее точно определить сколько их отправится на север: примерно 25 тысяч. Ветераны пехоты, небольшие наёмные отряды, лучники, некоторые воины гарнизонов и, в основном, служилые люди: боевые слуги или обедневшие рыцари, почти не имевшие снаряжения, но сохранившее военную подготовку.

Немыслимых размеров войско всё же казалось маленьким на фоне почти 900 километровой протяжённости княжества Первоземье, однако Александр не позволял себе питать иллюзии. Их численность обещала по меньшей мере удвоиться в ходе похода, ибо вторая волна добровольцев хлынет на север, как только первые успехи вторжения подтвердятся. Тысячи бедных рыцарей и служилых людей поверят в шанс на успех и направятся в Гардарику вместе со сперва воздержавшимися от похода лордами. В результате, не учитывая неизбежные потери, Александру предстояло снабжать до 70 тысяч военных и боевых слуг одновременно.

Оценивая грядущие траты, Александр пришёл в ужас и невольно порадовался, что отряды Иландии, выступавшей союзниками вторжения, не его забота. Добавив к получившимся расчётам прачек, поваров, ремесленников, посошную рать, обычных слуг и обозных шлюх, число устремилось далеко за 100 тысяч.

«Если же их наберётся больше, что ж… Кому-то придётся меньше кушать», – определив ожидаемое число людей, решил Александр и утвердил план снабжения.

II.

Последний месяц стал самым насыщенным в жизни Фионы, заставив её балансировать между восторгом и истощением.

Лиана же и вовсе слегла, ибо натёрла несколько мозолей на ногах, бегая по поручению своей госпожи в поисках важных знакомств. Вылавливая оказавшихся в одиночестве гостей дворца, она заводила непринуждённые беседы, которые аккуратно переводила к расспросам о господине собеседника. И в случае, если тот стоил внимания, подготавливала почву для возможности в дальнейшем организовать его встречу с принцессой.

В это же время гвардейцы и наставники девочки, наоборот, старались не допустить лишних встреч. Хотя в основном решения принимали двое бастардов дяди Фионы: ещё молодой Давид Чёрный, несколько лет проведший наёмником в Южных царствах, а также разбивший и разжёгший не одно девичье сердце; и Педро Вескер, зачатый братом отца в столь неприлично юном возрасте, что пришлось заплатить мелкому дворянину за его признание.

Мужчины определяли, кого можно подпустить к будущей королеве: кто слишком мелок; общение с кем может дурно повлиять на репутацию; кто сейчас замешан в каких-то интригах, делавших связь с ними опасной; кто слишком умён для того, чтобы говорить с принцессой вне официальных приёмов; а также, кто находился в немилости принца, без чьего разрешения не следовало и смотреть в их сторону.

К сожалению Фионы, опекуны были излишне бдительны, в большинстве случаев заканчивая общение лёгким намёком на её заинтересованность. В результате всё общение переходило к свите, но, словно в насмешку, вынуждало именно принцессу запоминать тех, кому стоило лишний раз подмигнуть или кивнуть, выказывая внимание, или отправлять письмо с бессмысленным для неё описанием того, как её поразило выступление получателя на турнире.

По-настоящему Фионе удалось переговорить с несколькими главами торговых гильдий под предлогом рассказа об их товарах. Почтенные мужи раздавали обещания услуг и сыпали дарами даже за потенциальное заступничество принцессы или же надежду, что та в случае необходимости направит на их проблему внимание нужных людей.

Девочка устроила едва ли не скандал своим наставникам, но всё же смогла выбить разрешение на лёгкую беседу с братом правителя Креота, которому предстояло возглавить войска герцогства. Да и то, Педро уступил принцессе из-за заверений Давида, что Рагнар Кошбер прямее чугунной палки, а его основной интерес – это женщины, а не политика.

Фиона не поняла услышанную от них шутку: «Рагнар выглядит как девичья мечта, но чаще становится тем, кто их разбивает», судя по жестокому смеху, бывшую очень пошлой, но при встрече с мужчиной согласилась с первой частью утверждения.

Брат герцога оказался 32-летним блондином красавцем, хотя и с немного резкими чертами: все линии овального лица выступали лишь настолько, чтобы оставаться заметными, но при этом сохраняли ровные формы. Над подбородком красовалась ямочка, а яркие изгибающиеся губы, окружённые короткой светлой щетиной, приятно контрастировали с элегантной бледностью и хищными серыми глазами.

– А мой дяденька как-то говорил братцу Алонсо, что, если кто-то и уделяет столь же много внимания женщинам, так это его сиятельство Рагнар. Мне показалось, что это скорее упрёк, но разве есть что-то плохое в подобном? – словно невзначай обронила принцесса в начале лёгкой беседы.

– Я находил лишь положительные стороны, ваше высочество, – мужчина ухмыльнулся в усы, столь короткие, что походили на щетину.

– Ах, тогда вам точно стоит познакомиться с моим братцем! – имитируя неловкость, Фиона закусила губу. – Быть может, вы встретитесь с ним в Первоземье, отец отправил его с войском в помощь батюшке моего мужа.

– Если, как вы уверяете, Алонсо Ридо столь же ярый ценитель женской красоты, я с удовольствием постараюсь оказаться с ним в одном лагере. Тем более с вашей рекомендацией к его высочеству, – с лёгкой благодарностью кивнул Рагнар, на что принцесса заискивающе наклонилась.

– Я так давно не видела братца, что буду очень благодарна, если вы после расскажете мне о походе лично. К тому же Алонсо не помешает совет такого опытного воина.

Когда более чем приятная беседа подошла к концу принцесса осталась абсолютно довольна собой, так как сумела свести свою семью с братом герцога, женатого на королевской дочери. Хоть и с опаской, но девочка понимала, что подобное может оказаться крайне полезным в случае междоусобицы.