Алексей Данилко – Корона, закалённая в крови. Часть I (страница 9)

В перерывах от необходимых дел Александр изучил, какие вассалы Ланита обязаны присягой кому-то из других герцогств. Он потратил уйму времени, чтобы перебрать списки мелких феодалов и их поместий, и рассчитывал потратить ещё столько же, чтобы все их сопоставить и направить письма.

Александр понадеялся, что хотя бы большая часть записей будет актуальна, ибо документация в Неверфеле хранилась из рук вон плохо из-за немыслимых ежегодных объёмов и низкого качества бумаги. Принц решил, что, став королём, на налаживание бюрократического аппарата следует выделить деньги в первую очередь. Иначе никакие реформы не дойдут до дела, а он не узнает об их результатах.

В момент раздумий его застал герольд, больше походивший на убийцу, нежели на лакея.

– Ваше высочество, – поклонился посланник с безупречной грацией фехтовальщика, – принцесса Фиона Ридо желает аудиенции.

Александр едва скрыл усталость, пока перебирал в голове свободное время.

– Завтра будет пир для членов совета, она может составить мне компанию.

– Увы, боюсь её не устроит подобное предложение, – уверенный и вызывающий взгляд при разговоре с принцем явно выдавал принадлежность герольда к королевскому роду, заставляя воспринимать его слова с большей серьёзностью. – Её высочество настаивает на персональной закрытой аудиенции.

Сейчас Александр меньше всего нуждался в ссорах с собственным окружением, а потому назначил встречу на следующее утро, перенеся завтрак с главой цеха ювелиров Неверфела.

Фиона пришла в платье с символикой королевства Иландии: аккуратный чёрный ромб на золотом поле и золотой внутри, из вершин которого поднимались слегка скруглённые лезвия, покрытые золотой росписью. Наряд девочки оказался более открытым, чем когда-либо. Александру даже стало неловко, что его юная жена прошла в таком виде по замку. Обтягивающее платье оставляло открытыми даже прорези в юбке, незаметные издали лишь благодаря чулкам того же цвета, а неприличное даже по меркам Неверфела декольте доходило почти до пупка.

От мужчины не укрылись мотивы жены: Фиона явно желала напомнить о своём статусе, а также попыталась намекнуть, неубедительно на взгляд принца, что уже взрослая женщина.

Девочка старалась держаться максимально уверенно и попросила, чтобы слуги также покинули их после того, как принесут блюда. Александр играючи разрушил её подготовку, просто избавившись от формальностей, когда остался с женой в подобии уединения.

– Осторожнее с подобными платьями, дорогая. Я могу не сдержаться при виде такой соблазнительности, – сладострастно шепнул он с лукавой улыбкой, что тут же заставило принцессу растеряться. Когда смущённая девочка покрылась румянцем и выгнула брови в смешении удивления и радости, принц перешёл в наступление: – Жизнь постоянно заставляет меня задаваться вопросом, когда женщины только находят время быть такими красивыми? – он повёл девушку дальше от её мыслей, сделав комплимент и одновременно упрекнув за трату его бесценного времени.

– Я очень старалась для ва… для тебя, дорогой муж, – растеряно пыталась она прийти в себя.

– Тебе удалось меня впечатлить.

– Спасибо! Но я хотела не этого … То есть я пришла не только за этим!

Александр позабавился её неловкости, однако подметил, что девочка всё же смогла вернуть самообладание.

– Я твоя жена! Будущая королева! – с обидой произнесла она и тут же обернулась удостовериться, что слуги их не слышат, чем подобрала громкость разговора. – А ты держишь меня слишком далеко! Твоя матушка даже не подпускает меня к управлению двором, оставляя довольствоваться организацией моей свиты! – она ненадолго замолчала, а затем, закусив губу, выкрикнула напоследок: – А ещё ты отправил меня на открытие сарая!

Александр вперил в неё испытующий взгляд и искренне удивился, когда девочка его выдержала.

– Прости, Фиона. Я видел, как ты вела себя на церемонии принятия регентства. Ты быстро устала и не выказывала гостям должного уважения после второго дня. Некоторые это заметили… – он искренне хотел обвинить жену, однако понял, что делает это из-за собственной усталости, и договорил, взяв её за руку: – Я лишь решил из заботы оградить тебя от слишком сложных дел.

– Наоборот! – шмыгнула девочка. – Я ведь твоя жена. Я дочь короля и будущая королева! Я хочу, нет, я обязана участвовать в твоих делах! Учиться, набираться опыта… Тем более что я до сих пор не…

Александр засмеялся, представив, как она подбирала платье и готовила речь, чтобы аккуратно намекнуть на всё то, о чём сейчас говорила прямо. Впрочем, ему польстила такая преданность жены.

– Хорошо. Я уже долго готовил одно дело, ты мне поможешь.

– Надеюсь, это не открытие очередного сарая! – недовольно хмыкнув, скрестила на груди руки принцесса, заставив Александра устало выдохнуть.

– Тот «сарай» – дипломатическая гавань для моего союзника из Полисов. Грубо говоря, суда, прибывающие туда, будут получать печать дипломатического груза, обходя все пошлины кварталов. То есть это прямая доставка заморских товаров или тайных писем к королевскому двору. Мой союзник получит возможность прибыльной торговли, а я – все необходимые мне новости из далёких краёв, – Александр взял паузу, глядя на жену. – И договариваться об этом следовало члену королевской семьи.

Фиона с виноватым видом закусила губу, однако не стала извиняться.

– Но нет, в этот раз будет не сарай. Суд. А точнее суды.

Принц щёлкнул пальцами, и вскоре слуга принёс ему список, прочитав который Фиона вскипела.

– Ты что шутишь! Барон Алексей Тикров, барон Евпатий Горгет? Кто это вообще? – её глаза увлажнились. – Да я про половину этих родов впервые слышу, хотя всегда внимательно…

Мужчина легонько дёрнул вскочившую жену за руку, аккуратно уронив её к себе на колени. Увидев подобное, гвардия принцессы, стоявшая на небольшом отдалении, тут же шагнула вперёд, однако девочка неуверенно дала отмашку.

– Алексей Тирков является одним из мелких вассалов Рафаэля Ришела. Однако в наследство от тётки он получил поместье в Божграде, за которое принёс вассальную клятву Дмитрию Богвиру. Который, в отличие от Рафаэля, выставил войска в поход. Барон получил от герцога Божграда призыв на войну и в ответном письме обещал скоро прибыть. Алексей Тирков точно мог выступить в поход, однако нарушил присягу и никуда не поехал.

– Но это такая мелочь! – обиженно надулась девочка.

– Вот именно, дорогая. Никто не вступится за худородного мелкого барона, когда его призовёт на войну лично кронпринц. Да и он сам перепугается и с радостью искупит вину службой, небольшим штрафом или поставкой провианта для войск. Мелочь? Но прецендент. Когда десятки вассалов Рафаэля и остальных герцогов уплатят штрафы, как смогут отказаться сами герцоги? Корона получит своё и хоть как-то компенсирует затраты.

Фиона слушала, открыв рот. Она окончательно потеряла задор и выучку, оказавшись сначала смущённой, потом разозлившейся, мгновение напуганной, а теперь посрамлённой. Хоть и сочтя подобную мелочность излишней для будущего короля, принцесса осознала глубину планов мужа и почувствовала себя просто глупым вредным ребёнком.

– Прости! Прости за мою грубость… Я просто не знала…

– Как ты правильно заметила, это мелкое дело, и меня на него не хватит. Потому я включу тебя в состав своих представителей. Заодно заведёшь знакомства, как уже пыталась при помощи Лианы.

Фиона не удивилась, что о её встречах было известно, однако не ожидала, что Александр уделяет ей хоть сколько-то внимания, а потому почувствовала себя ещё более виноватой.

– Я буду стараться изо всех сил! – пообещала она, ещё сидя в объятиях мужа.

В такой близи открытость платья и красота девочки сделали своё дело, пробудив в принце похоть. Инстинктивно мужчина провёл рукой по бёдрам жены, прежде чем выпустил её из объятий. Прикосновение отразилось смущением и радостью на лице Фионы, однако Александру с трудом удалось скрыть печаль. Он вспомнил фигуру возлюбленной первой жены, погибшей при родах. Её бедра были куда шире.

V.

Фиона сдержала слово и не покладая рук трудилась, изучая выделенные ей дела, хотя приставленные советники и убеждали, что ей едва ли придётся что-то говорить. Несмотря на подобные заверения, когда она узнала, что остальные представители Александра уже начали суды, то поспешила добиться встречи, чтобы попросить советов. К своему удивлению, принцесса, привыкшая долго ждать аудиенции у мужа, сразу же получила предложение присоединиться к собранию в одной из палат дворца, что и поспешила сделать.

Войдя в комнату, почти полностью состоявшую из красного с золотым цветов, Фиона наконец-то нашла столь долгожданную компанию. Алина Богвир, светловолосая сероглазая девушка с блеклой внешностью, но крайне живой мимикой – жена Ивана Ивановича, старшего сына Иван Счетовода. Анна Святогор – жена брата короля, пожилая статная женщина с карими глазами, контрастирующими с сединой. А также жена Алексея Панемвика, сейчас воевавшего в Первоземье – 14-летняя принцесса королевства Карисп.

Даже будучи на пару месяцев младше, Аннабель Ангор почти на голову возвышалась над Фионой и уже обладала большой грудью, которую не стеснялась подчёркивать небольшим декольте и облегающим платьем, красным, как знамёна её дома и сверкавшие из тиары, серёжек и ожерелья рубины. Девочка по-прежнему имела довольно детское выражение лица, однако уже в свои юные годы считалась одной из первых красавиц в мире: длинные и пышные каштановые волосы, большие зелено-голубые глаза с прекрасными изгибами уголков, слегка вздёрнутый прямой и стройный носик, аккуратные скулы, горящие щёчки с прекрасной ямочкой, тонкие нежные губы и безупречная улыбка, обнажавшая идеально ровные белоснежные зубы.